Келли Моран – Веди меня (страница 9)
Ее сердце бешено стучало. Она посмотрела на темно-синюю рубашку его медицинского костюма, облегавшую поджарое мускулистое тело, и подумала: каково почувствовать эти твердые мускулы под своей ладонью. Габби уже так давно ни с кем не имела близких отношений. Прохладный ветерок проник между ними, и в эту минуту ей захотелось зарыться в его теплые объятия, и чтобы весь остальной мир просто исчез. Чтобы к ней прикоснулся тот, кому она была небезразлична.
Боже. Нет. Плохо. Плохо, Габби!
Флинн как будто почувствовал ее мысли и нервно сглотнул. А потом еще раз. И еще.
Она чуть не спросила, все ли с ним в порядке, но он внезапно отпрянул. Затем оглянулся, покачал головой, обогнул машину и нырнул на пассажирское место.
Потрясенная Габби проглотила для профилактики антибиотик, который они всегда брали с собой на случай укусов, убрала сумку в багажник и села за руль.
Глава 5
Флинн уже раз в десятый смотрел на часы. Габби обычно не опаздывала на работу. Он сидел в своем кабинете и раздумывал, не написать ли ей. Она задерживалась всего на десять минут, и в этот день в клинике не было большой загруженности, но он не мог вспомнить, чтобы Габби хоть раз не приходила вовремя.
Может быть, решила взять больничный? Но вчера она чувствовала себя хорошо. И Габби почти не отпрашивалась. Даже когда два года назад заболела пневмонией, ее пришлось силой выпроваживать домой. Она тогда устроила настоящий скандал.
Внутри поселилось нехорошее чувство тревоги. Флинн покачал головой, подвинул телефон поближе и набрал текст сообщения. Возможно, просто застряла в пробке. Но когда прошло еще десять минут, а от Габби все еще не было вестей, он встал и направился в приемную. Она всегда отвечала на его сообщения. В любое время и в любых обстоятельствах. Всегда.
Он подождал, пока Эйвери закончит оформлять очередного пациента, а затем спросил у нее жестами:
Эйвери удивленно нахмурила лоб и взглянула на автоответчик.
– Нет. Она не приехала?
Флинн покачал головой, в висках у него застучало.
– Ты пытался позвонить ей?
Он кивнул, с трудом подавив желание сорвать раздражение на Эйвери. Она не виновата в том, что он едва держал себя в руках. Просто… Габби никогда еще так не поступала.
Эйвери подняла вверх указательный палец, попросив его подождать, и взяла трубку стационарного телефона. Через несколько мгновений она повесила ее, набрала номер и снова взяла трубку.
– Она не отвечает ни по домашнему, ни по мобильному. – Эйвери отъехала в своем кресле назад к шкафчику и достала оттуда папку. Пролистала какие-то бумаги, похожие на истории болезней пациентов, и снова сняла трубку.
Финн наблюдал за движением ее губ, пытаясь понять смысл сказанного, но она говорила слишком быстро. Не зная, чем заняться во время ожидания, он стал рассматривать забавные рисунки мультяшных собак и кошек, которые вели себя как люди. Зоуи расписала этими рисунками стены, когда они делали в клинике ремонт. Затем окинул взглядом приемную – посетителей собралось немного, большинство пришли к Кейду или на операции к Дрейку.
Эйвери вскочила.
– Что? – Ее карие глаза в панике уставились на Флинна. – Хорошо, спасибо. – Она повесила трубку и, крепко сжав пальцы, проговорила с тяжелым вздохом: – Я дозвонилась до ее мамы. Габби в больнице. У нее какая-то инфекция.
Внутри у Флинна все упало. Черт. Вчера ее укусила кошка. Он думал, что хорошо обработал рану, к тому же Габби приняла антибиотик для профилактики, но кожа была повреждена. Флинн хотел позвонить ей вечером, спросить, как дела, однако чувствовал себя неловко после того, что произошло около дома миссис Кросби, и не хотел ей навязываться.
Он показал на дверь, давая понять, что собирается уйти.
Эйвери кивнула.
– Напиши, когда доедешь. Держи в курсе.
Флинн поехал через весь город в соседний округ до ближайшей больницы. В Редвуд-Ридже было отделение скорой помощи, но в более серьезных случаях приходилось ездить в крупные города. Однако до некоторых пор Флинна это совершенно не тревожило.
Инфекция сама по себе серьезная штука, но, войдя в больницу, он немного успокоился от мысли, что Габби обратилась за помощью при первых признаках проблемы. Флинн надеялся, что госпитализация – всего лишь для профилактики.
Сестра в регистратуре не понимала язык жестов, поэтому он написал на листке бумаги имя Габби и дату ее рождения, чтобы она смогла выяснить, в какой палате та лежит.
– Вы член семьи?
Флинн замер, испугавшись, что Габби положили в отделение интенсивной терапии. Обычно подобный вопрос задавали только в таких случаях. Он хорошо знал принятые в медицине бюрократические требования, поэтому солгал.
Когда сестра сказала Флинну номер палаты, тот с облегчение вздохнул и пошел по коридору. В палате он обнаружил сестру Габби – Рейчел. Та сидела в углу и со скучающим видом листала журнал. Заметив его, она удивленно выпучила глаза.
Габби и Рейчел были настолько непохожи, что даже удивительно, как у этих двух совершенно разных женщин могла быть одна и та же ДНК. Рейчел унаследовала от отца темные волосы и смуглую кожу, Габби была светловолосой, как мать. Рейчел грубая и самолюбивая. Габби отличалась необыкновенной тактичностью и мягкостью.
Рейчел зашлепала губами, но Флинну никогда не удавалось ничего по ним прочитать. Она как будто поняла, как его это раздражает, поскольку улыбнулась и посмотрела на него так, словно считала не столько глухим, сколько тупым.
Флинн сосредоточил все свое внимание на спящей Габби. Ее щеки казались слишком румяными, но в остальном она выглядела как обычно. К правой руке шла капельница. Левая была перевязана… и распухла от кончиков пальцев до локтя. Боже. Похоже, она тяжело перенесла укус. Судя по данным на мониторе, жизненные показатели в норме. Он посмотрел на капельницу. Всего лишь физраствор с сильным антибиотиком.
Веки Габби задрожали и открылись, на губах появилась слабая улыбка.
– Привет.
Его глупое сердце радостно застучало. Флинн бросил взгляд на ее разметавшиеся по подушке волосы цвета карамели, а затем взглянул в голубые глаза, еще немного затуманенные от сна.
Она забылась и дернула рукой, чтобы ответить, но поморщилась. Ее щеки немного побледнели.
Флинн осторожно взял Габби за руку и постучал пальцем по губам, показывая, чтобы она просто говорила.
– Со мной все в порядке. Немного болит рука, и я устала.
Почему она не позвонила ему?
Габби немного подвинулась и поерзала бедром по матрасу. Флинн послушно присел на краешек.
– Где-то к полуночи у меня стала распухать рука. И началась лихорадка. Я поехала в отделение скорой помощи.
От тревоги у него сжало горло.
Если это так, то дела плохи. Очень плохи.
Габби покачала головой.
– Анализы хорошие. Если температура больше не будет подниматься, меня отпустят домой уже сегодня днем. – Она взглянула через его плечо на Рейчел, та нахмурила брови. – Я же говорила, что тебе не нужно здесь оставаться. Моя машина на парковке. Я сама доберусь.
Пусть даже не думает! Флинн повернулся к Рейчел, которая отмахнулась от него и что-то быстро затараторила. Он покачала головой и снова сосредоточил внимание на Габби.
Ее нахмуренный от раздражения лоб разгладился.
– Мама привезла Рейчел утром. Ей пришлось отпроситься с работы, чтобы посидеть со мной. – Она бросила на сестру многозначительный взгляд. – Но тебе совершенно не нужно было этого делать. Возьми мою машину и поезжай на работу. Все в порядке.
Ладонь Габби под его рукой сжалась в кулак, глаза сощурились.
– Ты прекрасно понимаешь почему. Потому что ему приходится читать только по моим губам.
Вероятно, Рейчел спросила у сестры, почему та говорила медленнее, чем обычно. Из-за препирательств с Рейчел пульс Габби участился, это отразилось на мониторе.
Она внимательно посмотрела на Флинна и проглотила комок в горле.
– А как же твои пациенты?
Судя по взгляду Габби, она все еще сомневалась, однако ее грудь поднялась, а затем опустилась, когда она глубоко вздохнула.
Габби перевела взгляд на Рейчел.
– Флинн сегодня отпросился. Возьми мою машину и поезжай на работу. Завтра я ее заберу. – Она закрыла глаза, словно пытаясь не сорваться. – Передай маме, я скоро позвоню. И спасибо, что посидела со мной.