Келли Армстронг – Кольцо отравителя (страница 47)

— Мистер Уэйр ничьи интересы больше не представляет, — отвечает один из офицеров. — Он мертв.

— Я знаю, поэтому мне и нужно забрать бумаги. Срок сегодня. Я понимаю, это звучит кощунственно — бедняга еще не остыл, — но дело действительно срочное. Если я не представлю документы до конца дня, я потеряю свой бизнес, не успев его начать.

Айла подходит к лестнице и кричит вниз:

— Пропустите его, пожалуйста. Мы за ним присмотрим.

Мгновение спустя на лестнице показывается мужчина. Ему под тридцать, бакенбарды у него такие, что сам МакКриди бы позавидовал, но это единственная модная деталь в его облике. Темные волосы в беспорядке, а костюм выглядит как поношенный, который к тому же — и весьма скверно — перешили под его худощавую фигуру.

— Благодарю вас, мэм, — говорит он Айле, слегка запыхавшись. — Прошу прощения за беспокойство. Я просто в отчаянии.

— Да, мы слышали.

Его взгляд переметнулся на меня, и он склонил голову.

— Мои извинения и вам, мисс. Я не стану мешать вашей работе. Мне только нужно забрать свои бумаги.

— Да, конеч… — начинает Айла.

Я откашливаюсь, перебивая её.

— Боюсь, это будет не так просто, как кажется. Все бумаги мистера Уэйра теперь являются частью его наследства. Они будут удерживаться до тех пор, пока юристы их не проверят.

У бедняги глаза на лоб полезли.

— Что?

— Но поскольку ваше дело срочное, я могу найти нужные вам документы, хотя забрать всю папку клиента вы сейчас не сможете.

Он выдохнул.

— Спасибо. Этих страниц будет достаточно.

— Ваше имя?

— Моррис. Сайрус Моррис.

Я уже хочу спросить удостоверение личности, но вовремя вспоминаю, что в этом мире их нет. Айла была в полном ужасе от мысли, что в будущем люди обязаны носить с собой доказательства того, кто они такие.

Я нахожу папку, она лежит прямо на столе.

— Не сочтите за грубость…

— Это я проявляю грубость, мисс, прерывая вашу работу в свете такой трагедии.

— У вас есть на то причина. Однако я должна спросить о характере вашего дела, чтобы убедиться, что передаю страницы именно тому человеку.

— Разумеется. Я ищу договор аренды офиса. Я часовщик, открываю собственное дело после долгого ученичества, и наконец-то нашел помещение, которое мне по карману. — Он быстро называет адрес, я нахожу договор в бумагах и протягиваю ему.

— Спасибо, — говорит он, кивая и вытирая вспотевший лоб. — Еще раз простите. Мистер Уэйр был прекрасным джентльменом. Поистине прекрасным. Могу я спросить, что с ним случилось?

— Что-то не то съел, — отвечаю я.

— А-а. Он так любил жирную пищу. Помню, он рассказывал, что экономка вечно грозилась — мол, еда его и погубит. — Он кривится. — Звучит ужасно легкомысленно. Я не это имел в виду. Она постоянно донимала его диетами, но он говорил: если его не убьет еда, то убьет подагра, так что он предпочитает еду.

— Лично я с ним согласна.

Он улыбается мне.

— Как и я. — Он перебирает свои бумаги. — Могу я взять что-нибудь, чтобы скрепить их?

Он указывает на моток бечевки на другом конце стола. Я киваю — мол, валяйте. Айла вернулась к осмотру комнаты в поисках других папок. Пока Моррис тянется за бечевкой, он задевает локтем стопку бумаг, которые я сортировала. Они разлетаются по полу. Он бросается их подбирать.

— Я сама, — говорю я, наклоняясь за упавшими листками, пока он рассыпается в извинениях. Затем я замираю. — Когда вы в последний раз видели мистера Уэйра, сэр?

— Три дня назад.

Я стараюсь не ссутулиться от разочарования. Но тут он добавляет:

— Ах да, и еще я заносил эти бумаги вчера.

Бинго.

— Вы случайно не видели, ел ли мистер Уэйр что-нибудь в тот момент?

Моррис улыбается.

— Он всегда что-нибудь ел. Вчера на столе стоял поднос с ланчем от экономки, который он игнорировал ради выпечки.

Эти слова заставляют Айлу прервать работу.

— Что за выпечка?

— Тарталетка с джемом. Я его не виню. Выглядела она весьма аппетитно: вишневый джем и немного густых сливок сверху.

— Он не говорил, откуда она взялась? — спрашиваю я.

Молодой человек качает головой.

— Когда я пришел, он был не в настроении для светских бесед, так как только что спровадил одну крайне неприятную женщину.

— Женщину?

Моррис отступает к столу и полуприсаживается на край.

— Полагаю, клиентку. Когда я вошел, они спорили. Что-то об инвестициях, которые её муж делал через мистера Уэйра. Наверное, это не имеет значения, разве что вам тоже придется иметь с ней дело. — Он содрогается. — Я бы подготовился.

Я спрашиваю, о чем именно они спорили, чтобы мы могли «подготовиться», но Моррис поспешил ретироваться, едва услышав повышенные тона. Он не может сообщить ничего конкретного и о самой женщине, которая пронеслась мимо него.

— Едва с ног меня не сбила. Прошагала прямиком к своей карете, ожидавшей в мьюзе. О, могу сказать, что на дверце кареты был герб. Лев под горной вершиной. — Он выпрямляется. — Надеюсь, вы с ней не столкнетесь. Настоящая фурия. — Он похлопывает по своим бумагам. — Еще раз спасибо за помощь. Я вернусь через несколько дней за остальными документами.

Он уходит, и я жду, пока за ним захлопнется дверь.

— Пожалуйста, скажи мне, что на гербе семьи Лесли нет льва под горной вершиной.

— На нем лев под двумя шевронами, — мрачно отвечает Айла. — Которые вполне можно принять за горную вершину.

— Дерьмо.

Глава Двадцать Восьмая

После этого мы «перезагружаем» наш поиск с новой целью: как можно быстрее просмотреть мешочки клиентов в поисках любого упоминания лорда Лесли или Эннис — и отделить всё, что связано с похоронным бизнесом. Мы уже заканчиваем, когда часы бьют десять… и я вспоминаю, что Джек обещала дать ответ от автора листков к десяти.

Я оставляю Айлу обыскивать последние стопки папок, а сама лечу вниз по лестнице и припускаю так быстро, как только могу, не привлекая лишнего внимания. В современном мире я всегда могу перейти с шага на бег трусцой, и никто ничего не заподозрит, даже если на мне нет спортивного костюма. Здесь же быстрый шаг едва не стоит мне задержания: двое джентльменов явно подозревают, что я скрываюсь с хозяйским серебром.

Я добираюсь до особняка, слегка запыхавшись. В мире, где женщины редко ходят быстрее, чем «энергичным шагом», легкие Катрионы не приспособлены к спринтам. Корсет не помогает. В последнее время я научилась дышать по-викториански — то есть правильно, диафрагмой, — но в спешке забыла об этом и вернулась к своей более современной манере дыхания.

Грей еще не вернулся, Алисы я тоже не вижу, так что я залетаю на кухню с вопросом:

— Заходил кто-нибудь?

Миссис Уоллес не поднимает взгляда от замешивания теста.

— Нет.

Я медлю.

— Да, я уверена, — говорит она. — Звонок от парадной двери раздается на кухне, а я здесь с того самого момента, как ты ушла.