Kazuki Miya – Власть книжного червя. Том 1 (страница 90)

— Я действительно не хочу говорить или даже действительно думать об этом, но… Лютц, если к тому времени, когда мы крестимся, твои родители все еще не будут одобрять твой выбор стать торговцем, то что ты собираешься делать?…Ты… думал об этом?

Его лицо болезненно скрутилось, как только я задала свой вопрос. Он ответил тихим бормотанием, совершенно слабым голосом.

— …Я думаю, что буду жить в магазине мастера Бенно и работать там учеником.

— Да уж, если ты действительно хочешь стать торговцем, то тебе придется так сделать, верно? Я рада, что ты не сказал, что сдашься.

В тот момент, когда мне показалось, что Лютц немного улыбнулся, он вздохнул с облегчением. Он сказал, что покинет свой дом в таком раннем возрасте, а это требует огромной решимости, и я думаю, что у него все еще есть некоторые сомнения по этому поводу. Лютц, однако, движется полностью по своему выбранному пути, а это значит, что ему действительно понадобятся деньги.

— Но, Лютц, подумай об этом. Если ты уйдешь из дома, чтобы стать учеником-стажером, то до тех пор, пока тебе не выдадут твою первую зарплату, тебе понадобятся деньги на расходы на проживание, одежду, необходимую для вашего обучения, и так далее. Будет огромная разница между Лютцем, который уйдет из дома с деньгами, накопленными на его свободу, и Лютцем, у которого ничего не будет.

— Ах…

Лютц в шоке поднял голову, чтобы посмотреть на меня.

— Я не думаю, что будет плохо, забрать деньги, которые ты же сам и заработал, и сохранить их для своего будущего, знаешь ли. Я понимаю, что мы должны отдавать все, что мы зарабатываем семье, так что ты можешь чувствовать себя виновато, но ты еще недостаточно взрослый, чтобы работать в любом случае, а ты принес домой тринадцать больших медных монет за пять дней, понимаешь? Это больше, чем Ральф приносит домой со стажировки, понимаешь? Так что все в действительности лучше, чем ты думаешь.

— Хм… я зарабатываю больше, чем Ральф.

Лютц гордо улыбнулся. Ральф, который только недавно начал свое обучение, вероятно, приносит домой только от восьми до десяти больших медных монет за месяц. Сумма, которую мы оба заработали, огромна по сравнению с этим.

— Мэйн, спасибо. Теперь я чувствую себя намного лучше.

— Я так рада!

Широко ухмыляясь, Лютц почему-то отвернулся от меня, затем присел на корточки.

— Что ты делаешь, Лютц?

— Садись мне на спину, — ответил он.

— Что?

— Сегодня мы посетили много разных мест, так что ты, должно быть, устала, да? Ты выглядишь немного бледной.

Не задумываясь, я протянула руки, чтобы потрогать свое лицо. Я все еще не чувствую жара, так что не думаю, что у меня температура.

— …Я бледная?

— Сейчас все не так плохо, но нам нужно встретиться с мистером Бенно завтра днем, так что, думаю, не стоит слишком тебе напрягаться. В конце концов, моя работа номер один — заботиться о твоем здоровье.

— …Хорошо. Тогда спасибо!

Это правда, что после целого дня прогулок с места на место, я немного устала. Поскольку Лютц сказал мне не переусердствовать слишком сильно, значит все стало очень опасным.

Лютц дошел со мной на спине ко мне домой. Я, конечно же, поднялась по лестнице своими собственными силами, но так как есть шанс, что я могу слишком устать прямо на полпути, Лютц пошел со мной, ведя меня за руку. Он действительно очень сильно помогает.

Честно говоря, подниматься по лестнице к моему дому — самая трудная часть.

— Мамочка, я вернулась домой.

— О боже, Лютц! Ты же так редко проделываешь весь этот путь сюда наверх, да? У Мэйн сегодня не все хорошо, что ли?

— Мы изначально планировали сегодня просто пойти показать шпильки мистеру Бенно, но мы еще и встретились с лидером гильдии, а затем он тут же пригласил нас к себе домой. Он сказал, что хочет, чтобы мы доставили шпильки лично. Я думаю, что она сейчас очень устала.

— Понятно. Спасибо тебе большое, впрочем, как и всегда, Лютц. Ты нам очень сильно помогаешь.

Пока она говорила это, она подсунула взятку в среднюю медную монету ему в руку. Увидев эту монету, я что-то вспомнила.

— Ах, точно же! Мама, я хочу отдать тебе это, пока я не забыла.

— Мэйн… что, черт возьми, ты наделала на сей раз?

Когда моя мама увидела пять больших медных монет, которые я ей протягула, все цвета стекли с ее лица. Ее глаза расширились настолько сильно, насколько я никогда не видела, как будто она никак не могла подумать, что шпильки стоят где-то столько денег.

— Это деньги за изготовления шпильки для Фрейды. Я говорила же, что она покупает их за большие деньги, потому что они настолько редки, верно?

— Я слышала, что ты говорила это, но… на самом деле, это же очень много денег…

Мне очень жаль, матушка. Я не могу сказать вам, что эти деньги остались после комиссионных и сборов за материалы, а также кроме небольшой серебряной монеты, которую я отложила для своего личного использования. Не в этот раз, во всяком случае.

— Правда ли это, Лютц? — она спросила его.

— Она не лжет, тетушка Ева. Поскольку я тоже работал над ними, я тоже получил такую же сумму. Мы с Мэйн поделили деньги пополам.

Как только он сказал это, он показал моей маме свою долю денег. С этим моя мать, наконец-то, убедилась и положила руку на свою грудь, чтобы успокоиться.

Эй, подожди-ка, мамочка. Я же твоя дочь, почему ты мне не веришь?

— Мистер Бенно позвал нас завтра в свой магазин, так что нам придется пойти туда снова. Я хочу убедиться, что Мэйн сможет отдохнуть как можно побольше.

— Еще раз спасибо, Лютц.

После того, как мы проводили Лютца, моя мать закрыла за ним дверь с щелчком. С поднятыми бровями она бросила меня прямо в постель.

— Не переусердствуй, Мэйн. Но все же, вы продали их за большие деньги, да?

— Да. Фрейда очень богата, и нить была очень высокого качества, и мы сделали две шпильки вместо одной, понимаешь? Кроме того, поскольку сейчас все так заняты зимними приготовлениями, она заплатила за них высокую цену. Так что, если мы будем делать их для других людей, то они уже не будут такими дорогими.

— Я поняла! Она была учтивой, ведь сейчас такой напряженный момент для нас.

Похоже, моя мама представила себе лидера гильдии и Фрейду, как добрых, вежливых богатых людей, которые считаются с бедными. Поскольку я не думаю, что она когда-нибудь встретится с ними двумя, я не думаю, что мне нужно развеивать ее иллюзии. Моя мать успокоилась теперь, когда узнала, почему же ее ребенок принес домой так много денег. Она вышла из спальни, чтобы приготовить ужин для семьи.

Я, оставшись в спальне, действительно почувствовала, что какой-то груз стал давить на меня. Как только я легла на кровать, я сразу задремала и вскоре, даже не поужинав, погрузилась в глубокий сон.

Когда я проснулась, уже было утро. Так как я собиралась пойти в магазин Бенно днем, я решила, что должна провести утро, отдыхая. Это только частично мой добровольный выбор. Благодаря тому, что в последнее время я довольно часто выходила на улицу, все мое тело все еще довольно тяжелое, даже несмотря на сон. Моя семья, увидев проблески признаков того, что моя лихорадка может вернуться, силой вернула меня обратно в постель, пока они делали свои зимние приготовления.

— Мэйн, будь паинькой и отдохни — приказал отец, осматривая нашу деревянную входную дверь. — В последнее время ты слишком много работаешь! Ты зарабатываешь даже больше, чем папа, понимаешь?

Тори и моя мать, когда они разложили для проветривания толстые одеяла и ковры, которые мы будем использовать зимой, сказали мне, — Ты сегодня тоже идешь в магазин мистера Бенно, не так ли? Если ты не будешь сидеть тихо этим утром, то ты снова упадешь в обморок, понимаешь?

— Мэйн, ты не очень сильно поможешь с зимними приготовлениями, так что сосредоточься на том, в чем ты на самом деле хороша.

И этим они запретили мне покидать кровать. Поскольку я больше ничего не могу делать, я спряталась под одеялом, наблюдая, как моя семья постоянно двигалась, работая над приготовлениями.

В этом году, в отличие от прошлого года, я действительно понимаю, что входит в подготовку к зиме, поэтому я действительно думала, что могу быть немного более-менее полезной…

Думаю, что такая чрезмерная забота моей семьи была потому, что я вчера пришла домой, принеся пять больших медных монет, а затем быстро уснула. Я, которая не может даже удовлетворительно сделать хотя бы одну вещь по дому, чтобы все же как-нибудь помочь, заработала тринадцать больших медных монет в течение всего лишь пяти дней, а затем спала так крепко, что пропустила ужин. Они может быть думают, что я, скорее всего, делала какую-то абсурдно тяжелую работу.

Тем не менее, за последние несколько дней, я обошла много разных мест, что для меня действительно является своего рода тяжелым трудом.

Когда в полдень прозвенел четвертый звон, я взяла сумку как обычно, и вышла через парадную дверь, одетая потеплее, чтобы не замерзнуть.

— Я ухожу, — сказала я.

Когда я дошла до нижней части лестницы, я встретила Лютца, он поприветствовал меня с небольшим хмурым взглядом.

— Мэйн, ты не слишком хорошо выглядишь, понимаешь? Ничего, если я пойду один?

— Это потому, что мы были так заняты в последнее время. Мистер Бенно сказал, что сегодня мы поговорим о ценах на наши зимние поделки, так что я пойду сегодня. Ты сам понесешь эту нить сегодня, Лютц, но я все же хочу пойти, чтобы принять участие в решении о ценах.