Kazuki Miya – Власть книжного червя. Том 1 (страница 5)
— Не то, эх…
Покинув эту комнату, я направилась ко второй двери. Я поднялась и толкнула ручку, но дверь не поддалась. Я трясла её снова и снова, но не было и намёка на то, что она даст мне пройти дальше.
— Только не говорите, что это дверь, через которую вышла Тули?.. Да? И это не то? Обе не подходят?!
Вдруг запутавшись, я бубнила себе под нос. Это двуспальный дом с кухней… но без ванной, без туалета, без водопровода и без книжных шкафов. Неважно, как усердно я искала, я не могла найти ещё одну комнату.
Эй, Бог, ты за что-то на меня обиделся?!
В большинстве книг с перерождением главная героиня оказывалась среди знати и дворян, и лишь в некоторых была малоимущей. У меня осталась память о городской жизни в современной Японии; ни за что я не смогу жить в доме без ванной, туалета и водопровода.
Более того, другая вещь волновала меня больше всего: я не могла найти книги. Я осмотрела кладовую и не смогла найти ничего, что хотя бы напоминало книгу.
— …ну нет, неужто книги здесь дорогие?
На Земле до изобретения машин, способных без труда печатать книги, они были смехотворно дорогими. Если вы не были членом высшего общества, вам бы не посчастливилось даже взглянуть на неё.
— У меня нет выбора. Раз уж на то пошло, мне прямо сейчас надо найти слова.
Даже если у меня не было книг, у меня всё ещё оставалась возможность научиться читать. Здесь могли быть газеты, брошюры, журналы, календари, хоть объявления! Но здесь не было ничего, на чём было написано хотя бы одно слово.
По крайней мере, на японском.
— …ничего! Совсем ничего! Ни одного слова! Что это за дом такой?!
Я осмотрела каждый предмет в каждом шкафчике кладовой и серванте, и, конечно же, так и не нашла ни одной книги, и здесь не было даже единой буквы, напечатанной хоть на чём-нибудь. Даже если забыть о буквах, я не нашла ни единого кусочка бумаги!
— Что за… чёрт…
Оглушающая боль ударила в голову, будто жар вернулся. Сердце выпрыгивало из груди, а внезапный звон в ушах оглушил меня. Я рухнула на пол, будто бы нити, удерживающие меня, порвались. Мои уши горели.
Умереть под завалом из книг было моей мечтой; переродиться — ну, почему бы и нет. Но как я должна тут жить? Ради чего я живу? У меня даже не возникало мысли о том, чтобы возродиться в мире без книг. Почему я вообще родилась?!
Слёзы стекали по моему лицу, пока я никак не могла найти причину жить дальше.
Зайдя на кухню, Тули обнаружила меня лежащей на полу.
— Майн!!! Что ты делаешь?! Ты не должна была вставать с кровати без обуви!
— …Тули… здесь нет книг…
Хоть моё желание читать и было таким сильным, книг здесь не было. Я не понимала, почему или как мне нужно продолжать жить.
— Что такое? Тебе больно?
— Тули, я хочу книги! Я хочу читать книги! Я очень хочу их прочитать, но книг нигде нет!
Тули беспокоилась, поскольку слёзы всё продолжали течь из моих глаз. Я не могла этого объяснить. Она даже не видела проблемы в отсутствии книг, как бы она поняла мои чувства?
Я хотела книгу.
Я хотела читать.
Эй, есть тут кто-нибудь, кто понял бы меня?
Где мне найти книгу?
Пожалуйста, кто-нибудь, ответьте мне.
Том 1 Глава 4.0 Исследование города
Вчера я плакала, плакала и плакала. Когда родители позвали меня ужинать, и даже когда они разозлились на меня из-за запачканного постельного белья, я могла только ещё сильнее рыдать в ответ. Этим утром мои глаза опухли и покраснели от долгих рыданий, а голова раскалывалась. Мой жар, однако, полностью спал, и в теле больше не ощущались вялость и тяжесть. Похоже, плач помог мне избавиться от плохого настроя.
После завтрака с семьёй мама позаботилась о моём опухшем лице.
— О, жара больше нет.
Всё ещё холодными от воды руками она потрогала мой лоб, а затем потёрла уголки моих глаз. Холод от её прикосновений был восхитительным.
— Скажи, Майн, раз ты чувствуешь себя хорошо, не хочешь ли помочь с покупками?
— Что? Мамочка, а как же работа? Жар только спал… Всё ли будет в порядке, если ты не пойдёшь на работу?
Разве ранее она не говорила что-то вроде… «В лавке красильщика невероятно много работы, поэтому, хоть у Майн и жар, я не могу освободиться»? Она работающая женщина! Всё ли будет в порядке?
Она смотрела на меня, в любопытстве наклонившую голову на бок, а затем грустно опустила взгляд.
— Тули почти всегда ухаживает за тобой. Вот я и подумала, что нечестно не позволять ей расслабиться хотя бы немного… но вчера, когда ты плакала и плакала, Тули волновалась. Она сказала, что думала, будто ты начала плакать из-за чувства одиночества, так что она нашла выход и попросила наших соседей помочь мне освободить немного времени.
На этих словах у меня перехватило дыхание. Я, девушка, дожившая до двадцати двух лет, провела весь день, заливаясь слезами, даже не попытавшись подумать о том, что будут чувствовать окружающие. Мне было так стыдно, что хотелось вырыть яму и закопать себя в ней. Теперь, когда я окончательно успокоилась, я была невероятно смущена.
— П… п… прости…
— Не нужно извиняться, Майн. Болезнь любого может заставить чувствовать себя беспомощным.
Мама нежно погладила меня по голове, чтобы успокоить. Её обходительность только заставляла чувство вины давить на меня сильнее.
Мне очень жаль. Я плакала в отчаянии от осознания того, что здесь не было книг, а вовсе не из-за одиночества и твоего отсутствия. Идти на поиски книг сразу после того, как Тули покинула дом… Не знаю, о чём я думала. Мне правда, правда жаль.
— Тули идёт со всеми в лес неподалёку, но я не хочу, чтобы ты работала сразу после выздоровления. Как насчёт пойти со мной и что-нибудь купить?
— Да!
— О! А ты быстро повеселела!
Мама радостно улыбнулась, видимо, думая, что я очень рада возможности провести с ней время.
Я широко улыбнулась в ответ.
— Это будет весело!
Мама выглядела такой счастливой, что я могла этого и не говорить, но настоящей причиной смены моего настроения было понимание того, что если я выйду наружу, то, возможно, смогу найти что-нибудь почитать. Если я пойду за покупками, то смогу даже уговорить маму купить мне книгу! Ей необязательно быть толстой. Сейчас я хотела только что-то, что поможет мне научиться писать. Рабочая тетрадь или что-то подобное, предназначенное для детей, было бы тем, что надо. Может, даже таблица со всеми буквами!
Я уверена, что если я мило улыбнусь и скажу что-то наподобие «с книгой мне не будет одиноко! Я буду хорошей девочкой, сидеть дома и помогать по хозяйству», то мама поддастся уговорам своей обожаемой маленькой дочери и купит книгу. Хе-хе-хе. Это будет весело.
— Мам, я ухожу, — Тули вышла из спальни с широкой улыбкой на лице. Поскольку мама сегодня не работала, Тули, которая обычно присматривала за мной, также могла отдохнуть.
— Хорошо, иди на встречу с остальными. Осторожнее там!
— Да, мам!
Тули закинула большую плетёную корзину себе за спину словно рюкзак и ушла пружинистой походкой. Она вела себя так, будто шла поиграть с друзьями, но на деле это была ещё одна работа. Она шла собирать дрова! И параллельно с этим должна была искать орехи, ягоды и грибы, чтобы принести их с собой. Будет ли наша еда в ближайшем будущем вкусной или пресной, зависело от Тули.
Удачи, Тули! Добавь остроты в мою жизнь!
Дети в этом мире очень рано начинали помогать по хозяйству. Похоже, здесь не было школ, в дополнение ко всему, чего здесь не было. В конце концов, я не могла найти в своих воспоминаниях ничего, что напоминало бы школу. Тули начала подрастать, так что могла начинать работать как подмастерье.
Если смогу, то устроюсь подмастерьем в библиотеку или даже в книжную лавку. Сегодня будет просто идеальный день, чтобы собрать немного информации, пока мы ходим. Я выясню, где книжная лавка, затем подружусь с продавцом и в итоге стану подмастерьем. Эй, вполне нормально восхищаться изобретательностью маленькой девочки, хе-хе.
— Итак, Майн, мы можем идти?
С тех пор, как я стала Майн, это будет первый раз, когда я выйду из дома! Впервые я надела одежду, а не пижаму. Она была не только дешёвой и поношенной, но и плотной, а я была закутана в огромной число её же слоёв. Я такая лёгкая, что в ней было трудно двигаться! Похоже, на улице было холодно.
Я дотянулась до маминой руки и пошла за ней наружу, впервые.
Холодно!
Тесно!