Кайя Норденген – Мозг всемогущий (страница 22)
Мы считаем примитивные рисунки людей, животных и лодок своим культурным наследием. Очевидно, рисунок или картина не должны соответствовать уровню Микеланджело, чтобы быть отнесенными к культуре. Секс, ложь и неверность – эти темы развлекают нас, если текст итальянский, а музыка написана Моцартом. Тем не к музыкальной культуре относятся не только такие великие оперы, как «Дон Жуан». Песни, исполняемые на любительском видео, – это тоже культура, так же как и банковские вклады, валюта и акции.
Культура – это почти все, что нас окружает, и мы перенимаем культурные ценности от старших в группе, частью которой являемся. Так культура передается следующим поколениям. То, что мы рождаемся и живем в разных группах, создает основу для культурных особенностей. Норвежцы не рождаются с лыжами на ногах. Культура приобретается.
Мы часто думаем, что в целом человеческие возможности ограничены тем, на что способен мозг данного конкретного человека, но пословица правильно говорит: «Одна голова хорошо, а две лучше». Благодаря нашему мозгу мы способны не только на то, чтобы создавать орудия, облегчающие труд. Еще мы способны общаться и передавать свои знания следующим поколениям. Когда-то давно колесо уже изобрели, и нам не нужно изобретать его заново. Следующее поколение может усовершенствовать колесо, а последующее – сделает телегу. Так появились сначала велосипеды, а затем и автомобили.
Многие виды животных используют орудия, но эти орудия практически не развиваются в дальнейшем. Только люди могут работать сообща. Взаимопонимание и сотрудничество требуют от нас . У нас есть отдельный вид нейронов, помогающий нам видеть себя в других. Нейрон, активный, когда я чешу подбородок, так же возбуждается, когда я вижу, как вы чешете свой подбородок. И нам не обязательно делать это одновременно. Многие считают, что эти нейроны важны для социального понимания, возможно даже именно для . Эти малюсенькие зеркала в коре больших полушарий так и называются – зеркальные нейроны.
Мы можем задавать вопросы, оценивать и регулировать поведение, свое и других людей. Мы можем формулировать правила для жизни в цивилизованном обществе. То, как мы смотрим на мир, думаем и общаемся, – результат социальных правил, норм и ценностей длинного ряда разных культур.
Без сложно устроенного мозга у нас не было бы культуры, но, с другой стороны, и культура создает благоприятные условия для развития нашего мозга. Социальные стандарты гарантируют надежность и безопасность, и мозг может спокойно развиваться в течение почти двух десятилетий от рождения человека. Гены отвечают за структуру и функционирование мозга при рождении, но затем среда сразу начинает влиять на молодой мозг. Каждый день мозг ребенка получает поток новой информации от органов чувств. Нейроны отвечают за доставку информации в участки мозга, чьи функции заключаются в обработке ощущений. При рождении гены уже позаботились о том, чтобы ментальная дорожная карта важнейших областей мозга была готова. Однако воздействие среды играет важную роль для образования множества более тесных и более сложных связей между нейронами. На момент рождения у каждого нейрона примерно 2500 синапсов. К возрасту их число увеличивается до 15 000. Новые синапсы образуются постоянно. Большинство синапсов образуется после нашего рождения, под воздействием окружающей среды. Некоторые синапсы укрепляются и становятся долговечными, а другие исчезают.
Легко увидеть, что мозг новорожденного ребенка, который еще не в состоянии сосредоточить взгляд, не до конца развит. В течение первого года жизни ребенок только начинает реагировать на выражение лица и интонацию, улыбаясь веселым лицам и плача от строгого голоса. Постепенно ребенок и сам овладевает умением размышлять и говорить. Все наши мысли находятся под влиянием норм и правил того, что хорошо, а что плохо в нашем окружении. Внешнее влияет на внутреннее, а внутреннее влияет на внешнее.
Именно потому, что большая часть мозга развивается после рождения, люди в меньшей степени связаны генетикой, чем животные. Так, над генетикой и инстинктами отчасти берет верх то, что мы приобрели в ходе социализации. Довольно иронично, что именно наша общая человеческая биология ответственна за культурные различия. Тем не нам бывает сложно представить, что у других людей могут быть совсем иные мысли и мнения, чем у нас. Это понимание считается важнейшим шагом в развитии человеческого разума, и очевидно, что он начинает развиваться с возраста.
Тем не сама я уверена, что многие взрослые еще не достигли такого понимания. Мне встречались. И если бы все были такими, то у США, наверное, был бы вождь вместо президента, а австралийцы бросали бы бумеранг, а не играли в крикет. У нас не получается уважать чужие установки и традиции так, как следовало бы. Социальные нормы определяют наше поведение, благодаря которому мы узнаем «своих». К примеру, в одних странах неприлично ходить с непокрытой головой, а в других – покрывать ее. Сегодня культуры все время сближаются, и мы постоянно тренируем свою способность принимать культуры, отличные нашей. Мы живем в сложном и многонациональном обществе, которое развалится, если мы не будем толерантными, если не будем сотрудничать и договариваться.
Культурные нормы ограничивают и контролируют нас. Нормы – смазка для социального механизма. Взрослея, мы усваивали правила: что прилично, а что нет, что разрешено и запрещено. Это основополагающие правила, которыми мы руководствуемся в своем социальном поведении всю жизнь. За то, чтобы внешние правила усвоились и стали нашими собственными, отвечает префронтальная кора, передняя часть лобной доли.
Дофамин играет критическую роль в нашей системе вознаграждения, и когда его уровень отличается от оптимального, люди могут стать импульсивными и рассеянными.
Люди с повреждениями префронтальной коры теряют способность действовать по правилам, диктуемым культурой. Ими часто управляют стимулы. Если им захотелось ущипнуть кого-то за попу, они это делают. Если им кажется, что яблоко на фруктовом прилавке аппетитно выглядит, они возьмут его и съедят. Они делают все, что приходит в голову, безотносительно того, насколько их поступок приемлем в данной ситуации. Многие исследования показали, что у людей с не полностью развитой префронтальной корой может возникнуть расстройство личности или влечение к криминальной деятельности. Для судебной системы это настоящая дилемма. Если человек – преступник из-за повреждения в головном мозге, можно ли его наказывать? А если он родился с недоразвитой префронтальной корой мозга, можно ли его наказывать в таком случае? Или нельзя, потому что он не понимает социальные правила игры, не отличает от плохого?
Люди объединяются, помимо прочего, чтобы прокормить себя, растить детей в заботе и любви и чтобы защититься от опасностей. Для всего этого нам нужна речь. Человеческая способность к общению с использованием символов уникальна. Две палочки с галочкой посередине могут стать буквой «м». Нарисуйте кружочек, и получится буква «о». Поставьте два друг на друга – буква «з». Палочка с черточкой вверху может стать буквой «г». И еще не зная это слово, вы можете написать «мозг». Черточками, кружками и точками мы можем общаться на многих языках. Черточки и точки могут стать музыкой, поэзией и литературой.
Мы обогащаем свои будни, в числе рассказывая истории. Наш мозг дал нам способность придумывать, пересказывать и понимать истории и народные сказки, что также развивает мозг. Дональд , канадский , установил, что крысы, обитающие дома в качестве питомцев, лучше справляются с проблемами, чем выросшие в лаборатории. Обнаруженная взаимосвязь побудила его продолжить исследования, и он доказал, что, вне всяких сомнений, стимулирующая внешняя среда положительно влияет на мозг.
Может быть, современное здание оперного театра в Осло – лишь попытка соригинальничать? Для обогащения среды обитания мышам и крысам не требуется ни здания, ни самой оперы. Не требуется ничего, кроме нескольких палочек, положенных на стружку, которой засыпается дно клетки. Конечно, крысу можно поселить жить в великолепные условия с беговым колесом и домом в несколько этажей, чтобы поразить гостей, но можно и обойтись. Благодаря многостимульной среде увеличивается количество синапсов, а кора мозга становится толще – даже образуются новые нейроны. Многое указывает на то, что внешние стимулы, которые предлагает наша культура, – то есть книги, спектакли, архитектура и взаимодействие с другими людьми, – могут замедлить развитие деменции, просто за счет того, что у человека большой интеллектуальный резерв.