Кайли Скотт – Доверие (страница 7)
Глаза устремлены на дорогу и сосредоточены прямо перед собой. Я не могла позволить себе отвлекаться. Смешно, как случайный человек на тротуаре мог напугать мои глупые нервы. Любой полицейский с пистолетом мог быть Крисом, мое сверхактивное воображение меняло их местами с пугающей эффективностью.
Я ехала очень медленно, но это не помогло. Звонок не прозвенел, я не опоздала, и толпы девушек в серой униформе заполнили коридоры. Неважно. В толпе хорошо прятаться. Это может сработать еще лучше.
Опустив голову и закинув сумку за спину, я направилась к своему шкафчику. Так много шума и толкающихся людей. Но я могла бы с этим справиться. Глубокие вдохи, спокойные мысли и все такое дерьмо.
Мои руки были влажными от пота, когда я набрала код своего шкафчика и открыла дверь. Материал под моими подмышками был влажным. В конце концов мне придется иметь дело с Джорджией, и, честно говоря, она могла бы поцеловать меня в задницу. Ее предательство сегодня было таким же свежим, как и тогда, когда это произошло.
— Эй, Вилли, — раздался за моей спиной ядовитый голос. Я не обернулась, в этом не было необходимости. Кара Ламонт. — Я слышала, что кто-то пытался отнять у тебя свободу.
Свободный Вилли, согласно фильму (имеется в виду фильм «Освободите Вилли»), был, по-видимому, единственным китом, о котором знала Кара. Оригинальность и образованность не являлись верным описанием этой девушки. Я закончила собирать тетради по английскому, не торопясь. Собралась толпа, больше, чем ее обычный отряд. Я слышала, как они все шептались и хихикали, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу и готовые к действию. Всегда находилось несколько человек, готовых увидеть, как некрутая студентка получает свою ежедневную рекомендуемую дозу унижения.
Но этот уровень любопытства выходил далеко за рамки этого. Потрясающе. К сожалению, ситуация в «Дроп-стоп» сделала меня знаменитой.
— Твое лицо действительно все испорчено? — спросила она голосом, полным ликования. — Бедная, Вилли. Хотя, я думаю, в любом случае, никто не хотел на тебя смотреть.
По толпе прокатилась волна смеха. Люди просто любили хорошее зрелище. Кара привлекла к себе внимание, становясь выше и улыбаясь шире. Я знала, что ее мнение не должно иметь значения, и все же оно всегда меня задевало. Несмотря на все мои усилия, эта стерва занимала много места в моей голове, записывая каждую гадость, когда-либо сказанную мне. Каждое оскорбление, каждое унижение — все это было сохранено там для потомков.
Но на этот раз все было как-то по-другому. Голос Кары звучал как-то издалека, как будто она изо всех сил старалась быть услышанной.
— Ты, должно быть, создала отличный живой щит, — продолжила она. — Ты такая же широкая, как бампер грузовика, и я держу пари, что с таким количеством жира, которое есть у тебя, ты, вероятно, даже сможешь остановить пулю.
Снова смех и даже несколько вздохов возмущения и удивления. Действительно удивительно. Любой, кто пробыл в школе больше часа, должен был понять, что Кара была не кем иным, как хулиганкой. Тем не менее вся эта история с ограблением дала ей какой-то новый материал. После нескольких лет, когда я изо дня в день слышала одни и те же оскорбления, это было действительно немного освежающе. Иногда я задавалась вопросом, не было ли это вершиной ее существования. Будет ли она через двадцать лет оглядываться на эти дни и думать, что они были лучшими в ее жизни. Когда она могла мучить людей без каких-либо реальных последствий, потому что мы были просто детьми. Никаких последствий, совсем. Как будто то, что происходило в этих залах, вообще не имело значения.
Хотела бы я
Вместо этого я ничего не сказала. Ее только подстегивало, что маленькие люди сражаются против ее царства террора. Игнорировать ее и направиться прямо в класс — вот что мне нужно было сделать. Но когда я обернулась, на меня смотрело больше людей, чем я себе представляла. Пятьдесят, может быть, шестьдесят, толпящихся в коридоре. Черт возьми, даже Джорджия пряталась там и смотрела, что произойдет.
Кара стояла впереди и по центру, ее улыбка была огромной, она была в восторге от внимания. В чем, черт возьми, была ее проблема? Она была богатой, худой и популярной, всем, чем не была я, и все равно ей приходилось заниматься этим дерьмом.
Обычно в такой ситуации я бы почувствовала, как мое сердце сильно колотится в груди, как горячее смущение обжигает мои щеки. Но ничего не было. Мое сердцебиение оставалось ровным, дыхание медленным. Хихиканье собравшейся толпы казалось таким же отстраненным и неуместным, как стрекотание сверчков летней ночью.
Кара выглядела меньше, чем я ее помнила. Легкая. Крису было бы легко швырнуть ее. Чтобы засунуть пистолет между этими острыми белыми красивыми зубами.
— Убери волосы, свободная Вилли, — приказала она, шагнув ко мне с протянутой рукой. — Давай посмотрим.
Черта с два она прикоснется ко мне. Меня касались против моей воли достаточно для одной жизни, и кто-то намного более страшный, чем Кара. Мой большой палец сжался под другими пальцами, и я замахнулась сильно и быстро, нанося удар.
Кара зарыдала и пробежала вперед. Ее крики наполнили коридор, кровь хлестала и стекала по ее форме спереди. Люди бегали повсюду, стараясь держаться как можно дальше от этого беспорядка. Даже подружки Кары бросили ее, трусихи. Я стояла одна, прислонившись к шкафчикам и баюкая свою руку. Это полностью стоило возможного перелома кости.
Однако, это было не то возвращение в школу, которое я себе представляла. На маму это не произвело бы впечатления.
— Святое дерьмо, — прошептала Джорджия, медленно подходя ко мне. — Иди, с тобой все в порядке?
— Я в порядке, — устало сказала я.
Ее рот открылся, потом закрылся. Она выглядела такой потерянной.
Я не знаю. Может быть, мне следовало простить ее за эту шумиху в прессе и дерьмовые разговоры о Джоне. Ни у кого из нас не было денег, и они, вероятно, предложили ей определенную сумму за то, чтобы она продала меня. Или, по крайней мере, я искренне надеялась, что так оно и было. Джорджия училась здесь на стипендии. У нее были большие мечты. Все эти интервью всего лишь шаги к тому, чтобы она завела контакты в индустрии развлечений — еще на один шаг к тому, чтобы стать актрисой. Ее сообщения объясняли все это и многое другое. С определенной точки зрения это было совершенно понятно. Но также не означало, что мне это должно нравиться, или я должна была это принять. Жизнь была слишком коротка для плохих друзей, а она разбила мне сердце.
— Тебе следует пойти на урок, — сказала я. — Ты же не хочешь опоздать.
Она сделала шаг назад.
— Ладно. Увидимся позже.
Я кивнула, отпустив ее навсегда.
Глава 7
— Привет, ребенок.
— Привет, Билл. — Я сидела на носилках в отделении неотложной помощи, болтая ногами вперед-назад. В основном стараясь не зацикливаться на слишком знакомых звуках и запахах. Упасть в обморок было бы плохо. — Что ты здесь делаешь?
— Просто проверяю порез, несчастный случай с ремонтом дома. — Врач скорой помощи, дежуривший в день нападения, улыбнулся. — Нападение кухонной раковины.
— А я думала, что твоя работа опасна.
Он еще больше улыбнулся.
— Как у тебя дела?
— Хорошо.
— Почему ты здесь? — спросил он, прислонившись к противоположной стене. На вид ему было около сорока, подтянутый, с бритой головой. Сексуальный, если тебе нравятся парни среднего возраста. Держу пари, он бы понравился моей маме.
— Вывихнула большой палец. — Я показала ему свою забинтованную руку.
— Как, черт возьми, ты это сделала? — спросил он, скрестив руки на груди и устроившись поудобнее.
— Ударила девочку в школе.
Его лицо нахмурилось.
— Она это заслужила?
— О, да. Давно напрашивалась. Она издевалась надо мной годами.
Он покачал головой.
— Цепляться к другим людям, унижать их, чтобы почувствовать себя взрослым, откровенно говоря, это дерьмово в любом возрасте.
— Не могу не согласиться.
— Дай мне свою левую руку, — сказал он, протянув руку.
Он поднял свою ладонь, как знак «стоп».
— Давай посмотрим на этот удар. Ударь меня.
Я сильно ударила его левой рукой. Раздался громкий шлепающий звук.
— Ладно, вот в чем проблема, — сказал он. — Хорошая новость в том, что ты вращаешь кулак и пробиваешь цель. Ты прирожденный боец. Плохая новость — это большой палец.
Осторожно он перевернул мои пальцы, затем вытянул мой большой палец вдоль нижней части моей ладони.
— Вот так, — сказал он. — Большой палец снаружи, прикрывает остальные пальцы, ясно?
— Ясно.
— Ты должна бить вот этими двумя плохими парнями, — сказал он, постукивая по двум костяшкам моих пальцев. — Все остальное приведет к тому, что ты снова окажешься здесь со смещением или переломом. Поняла?
— Поняла. Спасибо.
— Я тебе этого не показывал.
— Конечно, нет. — Я улыбнулась. — Скажи, ты не женат? Нравятся девушки?
— Я немного староват для тебя.
— Я больше думала о своей маме.
— Ха, — засмеялся он. — Я кое с кем встречаюсь. Извини, ребенок.