Кайла Май – Под луной Тихолесья (страница 2)
– Какие дружелюбные соседи! – прокомментировала я с усмешкой.
Мама засмеялась и закатила глаза:
– Она пожилая, не суди строго. У старых людей свои предрассудки.
Мы добрались до центра города, который состоял из нескольких магазинов одежды, большого супермаркета, продуктовых магазинов, кафе и ресторана, а также большого фонтана посередине.
Фонтан привлек мое внимание. Он был очень красивым: в центре стояли три белых волка, а вокруг них лилась вода, брызги от которой на солнечном свету переливались всеми цветами радуги. Фонтан окружали яркие цветы, что делало это место еще более красивым.
– Какая красота, – тихо сказала я, обращаясь к маме.
Она переключила свое внимание с красивых платьев в небольшом бутике на фонтан.
– О да, он прекрасен. Интересно, почему волки?
– Ну… – я сделала паузу. – Волки – удивительные животные. Если бы я была животным, думаю, я была бы волком.
Мама рассмеялась искренним смехом, которого я давно не слышала.
– Иногда ты кусаешься словами, как настоящий волк, – она улыбнулась и перевела тему, кивая на соседнее здание. – Может, нам что-нибудь поесть?
Это было небольшое кафе под названием «Клевер», и я кивнула. Оно выглядело достаточно мило: несколько маленьких столиков снаружи и красивое меню на стойке около входа. Когда мы вошли, нас встретила дружелюбная девушка, немногим старше меня, которая проводила нас за небольшой столик с цветком в вазе посередине. Она вручила нам два меню и с красивой улыбкой оставила нас в покое.
– Ну, разве она не милашка, – прошептала моя мама, и я не могла понять, говорила она с сарказмом или нет.
– Она первый дружелюбный человек, которого я здесь видела. Будем надеяться, что остальные были просто не в духе и их намного меньше, чем дружелюбных, – прошептала я в ответ.
Мама не ответила, вместо этого она притворилась, что обдумывает меню, хотя я прекрасно знала, что она меня услышала. У мамы не было времени обращать внимание на людей, а большинству мужчин она почти не смотрела в глаза. Женщинам повезло больше.
Я закатила глаза и опустила взгляд на меню. Задержалась на надписи “завтрак”, который можно было заказать в течение всего дня. Я уже много лет не ела полноценный завтрак, поэтому выбор был очевиден.
Официантка вернулась с маленьким блокнотом и ручкой и улыбнулась нам.
– Вы готовы сделать заказ?
– Да, я возьму завтрак и чашку чая. Мам?
– Сэндвич с беконом и латте, пожалуйста.
– Отличный выбор! Простите, пожалуйста, а вы к нам переехали? Никогда вас раньше не видела, – щебетала официантка.
Это был ужасный вопрос, хотя он был задан так вежливо, что я почувствовала себя так, словно она берет у нас интервью.
– Нет, – резко ответила мама, – сомневаюсь, что мы останемся надолго, мы просто проездом.
– Ой, какая жалость, здесь так прекрасно! – улыбнулась девушка. – Ожидайте, пожалуйста, скоро я принесу ваши блюда и напитки.
Она отошла от нашего стола, и я увидела, как она наклонилась к пожилой женщине, вошедшей в кафе, и что-то прошептала ей на ухо. Я не слышала, что она говорила, но очевидно, что она говорила о нас, потому что старушка повернулась, чтобы быстро взглянуть на нас. Ее взгляд был мимолетным, но ее лицо, на котором отразилось беспокойство, заставило меня поволноваться, особенно когда она поспешила к дальнему от нас столику.
Сев, она коротко кивнула дружелюбной официантке, которая снова улыбнулась и понесла напитки к нашему столу.
– Пара минут, и я принесу вам еду, – пропела она и ушла.
Я наблюдала, как она приветствовала двух вошедших в кафе девушек объятиями и оживленным рассказом, из которого я смогла уловить лишь несколько слов. Они тоже кинули на нас мимолетные взгляды, но не выглядели особенно обеспокоенными. Не то что пожилая дама. Официантка усадила их за стол, а затем вернулась на кухню и вынесла наши тарелки с едой.
Я поблагодарила ее и начала есть. Еды было так много! Гораздо больше, чем я когда-либо съедала на одной тарелке, и я даже не знала, с чего начать. Яичница, бекон, свежие нарезанные овощи, тосты – все это едва уместилось на большой тарелке.
Вскоре я отодвинула тарелку, и мама взяла вилкой оставшиеся кусочки овощей и бекона. Я допивала чай и когда сделала последний глоток, колокольчик на двери оповестил, что кто-то входит.
Я оглянулась, ожидая, что это будет еще один завсегдатай, но от того, кого я увидела, у меня по спине пробежала дрожь, а по рукам побежали мурашки.
Это был мужчина. Но не просто обычный мужчина. Этот был похож на Адониса. Греческого Бога. Модель. У него были слегка взъерошенные черные волосы, которые ниспадали до ушей, и темные чарующие глаза, которые, казалось, пронзали душу. Он был высоким, широкоплечим, задумчивым и просто великолепным. Моя мама тоже повернулась, посмотрела на него и глубоко вздохнула.
– О боже мой, – пробормотала она.
Словно услышав ее, мужчина повернул голову в нашу сторону и широко раскрыл глаза, как будто увидел знакомого, или, возможно, наоборот, кого не ожидал увидеть. Дружелюбная официантка внезапно подошла и загородила мне вид на него.
– Вы закончили? – спросила она, и я просто кивнула, наблюдая, как она убирает наши тарелки.
Я не могла не спросить:
– Кто этот мужчина?
Девушка засмеялась.
– Обратили на него внимание? Не волнуйтесь, каждая девушка в этом городе превращается в кашу, когда видит его. Это мой двоюродный брат, поэтому я не вижу в нем ничего особенного, но, судя по всему, он довольно здоровенный и привлекательный.
– Совсем немного, – сказала я, и мои щеки покраснели. Я уловила выражение лица матери, и оно выражало недовольство. Я тут же убрала улыбку с лица и попросила у девушки счет.
Она выглядела удивленной моей внезапной сменой тона, но кивнула и пошла за счетом.
Когда она ушла, мама схватила меня за запястье, протянув руку через стол.
– Не смей придумывать себе что-либо, – прошипела она. – Мужчины все как твой отчим! Ты хочешь, чтобы тебе снова причинили боль?
Я вырвала свое запястье из ее рук, поспешно покачала головой и вздохнула. Конечно, она была права. Как бы хорошо ни выглядел этот мужчина, ему определенно нельзя было доверять. Одно неверное слово, и он мог бы превратить свою прекрасную улыбку в рычание и отправить меня в полет через половину комнаты.
После того, что сделал с нами мой отчим, мы больше никогда не должны впускать в нашу жизнь других мужчин. Для нашей собственной безопасности. Мы были вдвоем против всего мира, и так будет всегда.
Я снова повернулась, чтобы посмотреть на мужчину, и на этот раз его глаза, все еще глядящие на меня, вызвали у меня совсем другую дрожь по спине и мурашки по рукам. Это был предупреждающий сигнал моего тела.
Глава 2
Максимилиан
Это было невозможно. Нет, это было почти неслыханно!
Конечно, такое возможно для членов стаи более низкого ранга, но для Альфы? Чистокровного оборотня?
Макс в отчаянии почесал щетину и ударил кулаком по дубовому столу из красного дерева. Он принадлежал к сильнейшей родословной оборотней, существовавшей на протяжении веков. С шестнадцатого века в его семье не было ни одного человека. Так почему же он чувствовал тягу к человеческой девушке?
Макс налил виски в стакан и сделал глоток. Налив себе еще, он покачал головой и попытался успокоиться. Тяжело, когда оборотень не может удержать контроль.
Стук в дверь отвлек Максимилиана от жалости к себе, и он прорычал бедняге по другую сторону двери:
– Входите!
У Макса сейчас было такое настроение, что ради собственной безопасности посетителю лучше приходить только с хорошими новостями.
При виде своего Беты, Исаака, Макс закатил глаза и продолжил пить любимый виски.
Исаак был его Бетой и отвечал за волков стаи, но он также был ближайшим советником Макса и его лучшим другом. Исаак, как и Макс, был чистокровным оборотнем и имел соответствующее телосложение. Волосы песочного цвета, аккуратные и ухоженные, мягкие голубые глаза и дерзкая улыбка. Исаак не выглядел грозным оборотнем, но он был невероятно преданным, защищающим и непобедимым в бою.
– Что ты хочешь? – Макс устало вздохнул. Он определенно был не в настроении для болтовни с Исааком.
– Я понял, что с тобой что-то не так, когда ты ушел навестить Джози. Что тебя взволновало?
Макс медленно сел в кресло, собрав все силы, которые у него были, чтобы оставаться в человеческой форме. Он был известен в своей и соседних стаях как один из немногих оборотней, которые по-настоящему приняли свою животную сторону. Другие скрывали это, подавляли и стремились к человеческой жизни, но такое поведение не нравилось Максимилиану.
Зачем им скрывать о себе самое невероятное? Его воспитали оборотнем, гордящимся своей семьей и своим наследием, а также своим видом. Макс иногда предпочитал принимать форму волка. «Каким меня задумала природа», – говорил он. Но он знал, что их вид медленно вымирает. Чем больше развивались технологии и чем больше люди вырубали леса, тем больше им нужно было «вписаться» в общество простых людей. Для собственного выживания.
– Ничего, Исаак, – сказал наконец Макс, глядя на большую стопку бумаг на своем столе.
– Думаешь, я сумасшедший? Макс, тебя что-то беспокоит, – ответил Исаак.
Он указал на стакан виски на столе.