Кайл Иторр – Малый Большой Обман (страница 40)

— Так, — проводит пальцами по бороде гном из клана Трех топоров, — ты меня совсем запутал, милорд. Что этот рабочий у тебя делает?

— Работает, — пожимаю плечами, — что ж еще. Добывает металл. Как — я его не спрашивал, в горном деле не разбираюсь. Зато разбирается он, судя по запасам, которые Металлик добыл до встречи со мной.

— Познакомить меня ты с ним не хочешь?

— Сейчас не могу, Металлика здесь нет. Дней через пять-шесть должен вернуться, тогда пожалуйста. Может, выйдет и раньше, обещать не готов.

— Понятно, что ничего не понятно, — ворчливо заявляет мэтр Барн. — Но за честные ответы спасибо.

— Пожалуйста, — ага, подозревал ведь, что многие матерые неписи имеют встроенный аналог детектора лжи, и вот как раз прямое тому подтверждение. В доцифровом мире такое умение тоже у опытных личностей случалось, поэтому принципиально тут ничего нового, но — приятно, что «родовые» особенности Владыки-под-Холмом не помеха правильным дипломатическим переговорам. — Раз у тебя, мэтр, пока вопросы закончились — не возражаешь, если я задам пару своих?

— Разумеется. Ты все-таки тут лорд.

— В строительстве разбираешься?

— Ну… есть мастера получше. Да собственно, у тебя же в замке мой троюродный дядя сейчас трудится, Трор сын Туора, со своей бригадой.

— Спрошу и у него, но тут вопрос все-таки больше для мага. Замковое строение, какой-то там портал, внешне похоже на тот самый портал — большая каменная дверная коробка без двери, и внутри этой вот коробки под слоем строительного камня скрыты шесть специальных моноблоков из… более редкой породы, которые зовутся «ключи», и в этих ключах зашифровано, куда ведет собственно портал, — доводилось тебе о таком слышать?

— И видеть тоже доводилось, — охотно подтверждает гном. — В Дургримме к такому Порталу Славы постоянная очередь, он позволяет пройти в Долину Предков, чтобы поговорить сам понимаешь с кем — и если потомка сочтут достойным, предки даруют ему что-нибудь полезное. Чтобы насыпали полные карманы золота — не слышал, а вот карту утерянных сокровищ там получали, например. А когда-то бывал я на практике у конфедератов в городе Иконион, и у них построен Портал Эола, мол, там можно научиться летать, однако это умение ты обретаешь не навсегда, а лишь на время… В общем, да, такие вот Порталы есть, и они разные, и ключи тоже разные. Но это тебе любой мог бы рассказать, кто жил в разных краях и многое повидал.

— А ты, который не только много где жил и много что видел, но еще и немало знает-умеет — если увидишь такой ключ, можешь сказать, куда ведет портал и для чего нужен?

— Ну и вопросы у тебя… — Барн залпом осушает кружку и доливает еще эля. — Показывай. Сумею ли, сам не знаю, но попробовать уже хочу.

Показываю, выложив шесть пятигранных призм.

— Чароит, — тут же сообщает гном.

— Это я и сам знаю.

— Используется в амулетах защиты разума, а еще для снятия некоторых проклятий.

— Буду знать, спасибо. Но ты не ответил на мой вопрос.

— Так я еще и не начал отвечать, это так.

Выстроив шесть призм ровной стеночкой, Барн издает низкий и очень тихий, на грани слышимости, гортанный звук, тут же меняет местами второй и шестой столбики, повторяет звук, затем снова меняет местами уже третий и четвертый. Выдав «диагностический импульс» в третий раз, перестановок мэтр далее не учиняет, но задумчиво обходит сию мини-стеночку — раз, другой. Останавливается, поглаживая бороду. Махнув рукой с видом «сгорел сарай, гори и хата», добывает из поясной сумки склянку с крупным серым порошком, аккуратно отмеряет на ладонь три крупинки, слизывает и запивает элем. Прикрывает глаза — я даже без «взгляда лорда» ощущаю, как с таким допингом Барн сын Дьяллви собирает в кулак все свои изрядные силы и умения, — и что-то рычит на гномьем наречии, какового я не понимаю.

— Колодезь Энрота, — наконец выдыхает он и обессиленно плюхается на скамейку. Руки у гнома, способные переломить подкову, дрожат. Отходняк.

— Если еще сможешь сказать, что за колодезь такой…

— Этого не скажу. Про Энрот встречал легенду, мол, был такой мир, разрушенный в больших междоусобных войнах, и какая-то часть наших предков происходит именно оттуда. Но с историями о прошлом Подгорного предела, причем подтвержденными историями, эта легенда не сочетается. Так что — может быть, и вранье.

— Понятно, что ничего не понятно… ладно, спасибо и на том. Попробую поискать сам.

Мне, правду сказать, про Энрот даже безотказная цифровая память, в которой уложены все читанные в прошлой жизни фрагменты лора «Лендлордов», ничего не подсказывает. Но — есть библиотека Трихольма, есть библиотеки Эренора и Белостенного, да и другие источники информации никто не отменял. Посмотрим.

— Это мое! — раздается возмущенный рев.

Разворачиваюсь — в ворота Каэр Сида как раз входит пестрая компания весьма внушительного вида. Эйлет, с ней двое берсерков-валькноттингов и четверо стражей с полиармами наголо — этакий эскорт, хотя скорее почетный караул для гостя, которому нельзя делать лишнего шага в сторону. Судя по тому, что сзади упомянутого гостя сопровождают Магон и Растер, прыжок на месте будет сочтен попыткой улететь и беспромедлительно пресечен.

Этот самый гость, судя по нехорошим взглядам эскорта, сейчас и ревел.

Нетрудно догадаться.

Поскольку гость даже немелких берсерков превосходит в росте почти на голову, башка лишена растительности, компенсируя это торчащими из нижней челюсти клыками, а кожа имеет специфический сине-зеленый отлив — относится он к не слишком частой породе синих орков, и соответственно, это тот самый ноб-Герой, глава банды соплеменников, что появилась еще вчера в корчме «Три топора» под соусом «ищем найма». Видимо, ждать, пока я появлюсь сам, ордынцу надоело, решил проявить инициативу. Ну а Воун Гром, которому было велено эту шайку «стеречь и не пущать», разумно привлек к эскортным делам Эйлет Плетущую, раз уж та никуда из замка не ушла, она же, разумеется, для такой задачи собрала соответствующий комплект юнитов.

Что я могу сказать на такое… поведение Героя-орка? Только повторить известный тезис:

— Слабоумие и отвага.

— Ва-а-агх! — выкрикивает ноб, как-то вдруг сразу став раза в полтора шире и мощнее под традиционным боевым кличем…

…и валится наземь, а Эйлет демонстративно отряхивает руки. И то, школа Разума у матерой сиды — «знаю, умею, практикую», а там имеется даже несколько вариаций моего ритуального Паралича; вернее, я разработал такой рунный ритуал как раз по образу и подобию стандартной формулы. Прикончить клиента одним прикосновением, тут нужны спецы чуть другого профиля, а вот парализовать — с дорогой душой, особенно в берсеркоподобном «ваагх», под которым у воинов резко вырастает сила и ловкость, а у магов сила магии и устойчивость к откату — но за все нужно платить, поэтому сопротивляемость магическим и им подобным воздействиям так же резко падает…

Так. И что делаем теперь?

Интересный вопрос.

Прирезать — можно хоть сейчас, я в своем праве, однако это как раз не очень интересно и, лично для меня, малопродуктивно хотя бы до наступления календарного «завтра», иными словами, до полуночи. Вопрос с жертвами на восстановление Бобровой рощи мы с Валиэ, похоже, закрыли, Тилль пару часов назад Зовом подтвердила — покореженный лес восстанавливается как бы сам по себе; да и конкретно этот вот кретин передо мной не настолько провинился, чтобы пускать его под нож исключительно по причине неправильного расового происхождения и фракционной принадлежности, на такое моей Нетерпимости все же маловато. Стребовать большой выкуп и отпустить на все четыре стороны? Ну, во-вторых, отпущенная на волю, с условиями или без, эта банда ордынцев тут же превратится именно что в банду, с каковой моим войскам все равно придется сражаться на уничтожение, только уже не в тепличных условиях, это — ненужный риск; а во-первых, что такого ценного может найтись у отряда головорезов, которые заявили, что ищут найма?

— Именно у этого — ничего такого ценного нет, — то ли прочитав мои мысли, то ли просто проследив по лицу за их ходом, информирует Эйлет. — По карманам-кошелям горсть монет, какие-то расходники да пара талисманов, не сильно больше.

— Еще один талисман он носит прямо в груди, — добавляет Барн, — я такие уже встречал. Печать духа. Если носитель ранен или болен, и запас жизненных сил упадет ниже критической черты — заранее запечатанный там дух здоровья исцеляет все, что способен исцелить, и уходит обратно на план духов. Удобная штука.

— И то, — со знанием дела кивает сида, — имперский амулет последнего шанса надо сознательным усилием пустить в дело, если валяешься в отключке, он бесполезен. Ну так зато его потом и перезарядить можно, а печати все разовые.

— То есть главная ценность этого кагала орков — сам их кагал и есть, — подвожу черту. — В таком случае… Мы их сумеем взять в плен, чтобы не рыпались примерно до послезавтра?

— Удержать можно, яма и цепи, — рекомендует гном.

— Возьмем, — мысленно прикинув расклад, кивает Эйлет Плетущая. — Не всех целыми, и наверное, не всех живыми, но большинство возьмем. Только потом корчме потребуется капитальный ремонт.

— Действуй. Всех, кого надо, бери в помощь.

— И возьму. За этим присмотришь, лорд?

— Ясное дело.