Кай Хара – Да здравствует король (страница 29)

Какого черта ты делаешь, Беллами?

Мой телефон пикает, и в животе замирает предвкушение.

Неизвестный номер: Не заставляй меня найти тебя. Обещаю, тебе понравится наше взаимодействие, когда их станет меньше, чем до этого.

Я: Какую часть слова «оставь меня в покое» ты не понимаешь? И вообще, почему тебя волнует, где я?

Я сохраняю его номер в своем телефоне, ожидая его ответа.

Мудак: Ты должна была вернуться в загон два часа назад.

Мой рот раскрывается от его сообщения.

Я: Куда я иду, что я делаю и с кем я это делаю, тебя не касается.

Следом, я отправляю сообщение Сикс.

Я: Ты сказала Роугу, что я еще не вернулась домой?

Сикс: Ой, извини. Проговорилась, когда он упомянул, что ему нужно поговорить с тобой о задержании. Кстати, о каком таком задержании??

Я: Я объясню, когда вернусь. Я уже в пути.

Я встаю, вытирая грязь с джинсов. Я собираю свои вещи и направляюсь вниз по понтону, когда раздается писк моего телефона. Я открываю сообщение и вижу односложный ответ от Роуга.

Мудак: Неправильно.

Я игнорирую его сообщение и выключаю телефон, а моя возрожденная решимость игнорировать его подкрепляет мои шаги к дому.

К счастью, в четверг утром у меня только одно занятие, и оно проходит без происшествий.

Я все время держусь на расстоянии от Роуга, даже избегаю смотреть ему в глаза. Я чувствую, как его взгляд прожигает мне спину, но стою твердо и не оглядываюсь на него.

— Роуг выглядит так, будто пытается поджечь тебя одним только взглядом, Би.

Я в кафетерии вместе с Тайер и другими девочками, вяло перекладываю овощи в свою тарелку. Ей не нужно говорить мне об этом, я чувствую его взгляд на своей спине, как физическую тяжесть. Я вижу, что его раздражение растет с каждым разом, чем больше я отказываюсь с ним общаться.

— Не обращай на него внимания. Ему это не нравится. — Говорю я ей.

Теперь Нера поворачивается, чтобы посмотреть на себя.

— Господи, он на тебя зыркает. Думаешь, это из-за того, что ты вчера не ответила на его сообщение?

Придя вечером домой, я сразу же направилась в душ. Стоя голой перед зеркалом, я обнаружила, что выгляжу как утонувшая крыса после своего импровизированного купания в пруду.

Смыв с себя всю грязь и напряжение дня, я завернулась в пушистое полотенце и рассказала девочкам о том, что произошло накануне.

Они были в ужасе, сразу же захотели вмешаться в ситуацию с директором Торнтоном в мою пользу, но я отказалась. Я сама попала в эту ситуацию и сама из нее выберусь.

Мой телефон вибрирует от сообщения, и я знаю, просто знаю, что это он. Он не будет игнорировать, особенно меня.

Я хватаю телефон и открываю сообщение.

Мудак: Продолжай игнорировать меня, и ты заплатишь за это.

Дрожь предвкушения пробегает по мне, прежде чем я метафорически задушу ее до смерти. Это не предвкушение, это отвращение.

Так и должно быть.

Я бросаю телефон в сумку, не отвечая, под его пристальным взглядом.

— Это был…? — Спрашивает меня Сикс.

— Да.

— А ты не…? — спросила Нера.

— Не-а.

Сикс смеется.

— Как я и говорила. — Говорит она, делая глоток воды. — Стальные яйца.

Когда я вхожу в двери библиотеки Макли ровно в 5 часов, доминирующим чувством, которое я испытываю, является ужас.

Я закончила оставшиеся занятия без происшествий, старательно избегая взгляда Роуга, когда он пытался встретиться с моим.

Он также не искал физической стычки со мной и держался на расстоянии, так что сегодня мы не общались.

Вот что меня беспокоит. Он не из тех, кто уклоняется от конфликта, особенно со мной.

Я замечаю его, сидящего на диване в комнате отдыха в библиотеке. Его поза такая доминирующая, мужская. Татуированные, мускулистые руки раскинуты на спинке дивана, голова откинута назад так, что обнажается адамово яблоко, ноги раздвинуты. Он командует пространством, словно владеет им, и в каком-то смысле так оно и есть.

Он обманчиво расслаблен, его полуприкрытые глаза лениво следят за мной, когда я прохожу через комнату, но по тому, как он сжимает челюсти, я понимаю, что он готов наброситься на меня при любом признаке слабости. Когда я впервые за сегодняшний день встречаюсь с ним взглядом, уголки его рта подергиваются в легкой ухмылке.

Я быстро отворачиваюсь, но он, конечно, заметил меня.

Это не моя вина, правда, не моя. То, как он сидит, излучает столько силы и мужественности, а его взгляд так напряжен, что трудно не смотреть. Смотреть на него — все равно что смотреть на солнце. Тянет смотреть на такую очевидную красоту, но ты знаешь, что это вредно, что если смотреть слишком долго, то это повредит тебе.

Девушка поумнее вообще бы не смотрела, а я не такая.

Не говоря ни слова, я бросаю сумку на стол и направляюсь к случайному ряду полок. По обе стороны от меня — винтажные полки, а в конце ряда — небольшой столик, прислоненный к стене. Под столом — массив коричневых коробок. Книги в этих коробках уже рассортированы по разделам, осталось только расставить их по алфавиту и разложить по полкам. Бездумная работа, которая займет у нас все шесть недель, если не больше. И это если Роуг поможет. Тот факт, что он не встал с дивана, не дает мне уверенности в том, что он будет делать что-то, кроме как использовать это время для организации своего следующего перепихона.

Я сердито копаюсь в одной из коробок, вытаскиваю книги и складываю их на стол. Полагаю, что начну расставлять их по полкам в произвольном порядке и по мере продвижения расставлять по алфавиту.

— Игнорировать меня — это твой новый план?

Я подавляю крик в горле и поворачиваюсь лицом к Роугу. Он стоит в паре футов от меня. Его движения смертельно тихие, я даже не услышала, как он встал.

Его руки скрещены на груди, он смотрит на меня с угрожающим блеском в глазах. Как всегда, угроза насилия витает вокруг него, словно он вечно готов к драке. В нем нет ни минуты настоящего покоя. Его тело напряжено, мышцы скованы, о чем бы ни шла речь.

Я поворачиваюсь к нему спиной, беру в руки две книги и ставлю их на полку.

— Я не игнорирую тебя. Мне просто неинтересно.

Я занимаюсь книгами, беру несколько со стола, ставлю их на полку и повторяю действия. Я встаю на цыпочки, чтобы дотянуться до самой высокой полки, на которую мне нужно поставить книгу автора по имени Арнольд. Не успеваю я потянуться, как чья-то рука выхватывает книгу из моих рук и поднимается надо мной, чтобы поставить ее на верхнюю полку.

Роуг стоит позади меня, его тело прижато к моему. Моя спина прижата к его груди. Если я не ошибаюсь, я чувствую контур его эрекции на своей пояснице.

— Что не интересно? — Он рычит надо мной.

Я поворачиваюсь.

— Не интересно ничего, что связано с тобой! Мне надоели эти ссоры, споры и ненависть. Я сдаюсь, ясно? Ты победил, как и хотел. Как ты всегда это делаешь.

Я собираюсь повернуться обратно, но его рука вырывается и хватает мою, удерживая меня на месте.

— Из-за небольшого наказания? Я думал, тебя будет сложнее сломать. — Он злобно насмехается.

— Не только из-за наказания, хотя я, конечно, не отношусь к этому так легкомысленно, как ты, урод. — Я отбиваюсь. — Потому что не каждый чувствует необходимость идти по жизни, борясь со всеми. Потому что я устала. Потому что моя стипендия под угрозой. Потому что у некоторых из нас на кону стоит нечто большее, чем просто несколько недель наказания и никакого богатого папочки, который ждет на крыльях, готовый исправить все наши ошибки.

Его рука вскидывается прежде, чем я успеваю моргнуть, и обхватывает мое горло смертельной хваткой. Бездонные лужицы его глаз сверкают от безграничной ярости и желания. Он толкает меня к книжной полке, прижимая мою голову к одному из стеллажей, пока я не встречаюсь с его взглядом.

— Кто-нибудь говорил тебе, что из-за твоего рта у тебя однажды будут неприятности? — Он заговорил, гнев и похоть заставляют его глубокий голос вибрировать.