Катя Водянова – Аптека снежного барса (СИ) (страница 21)

— И как она выглядела?

Бринс растерялся от вопроса. Изогнул брови, почесал висок, не разгибая пальцев и с самым жалким видом засунул перебинтованные кисти в карманы пальто.

— Веришь — нет, не разглядывал! Это ты на девушках зацикленный. Вот из ценностей у нее ничего не было, такая же беднота, как женишок болезный.

— Хотя бы в общих чертах. Местная или приезжая?

— Наш Ирв запал на таинственную южанку, — тут же влез Лестер. — Такая драка развернулась из-за нее, наверняка не замухрышка. Ну или у кого-то просто слишком давно не было женщины.

Он в шутку пихнул Ирвина в бок, Бринс криво усмехнулся, и дальше пошли молча. Желание стукнуть каждого разок в челюсть меньше не стало, но не поможет же! Эти двое придумали новый повод для шуточек и так просто не успокоятся.

По мере того, как над ними вырастали мрачный стены Птичьей башни, Лестер становился сосредоточеннее, а Бринс все больше сжимался, как перепуганный щенок. На площади рядом с Башней висели пустующие клетки для узников и целые гирлянды цепей. Дыбы и неразобранный помост для казней здесь тоже имелись, хотя уже давненько не использовались по назначению.

Эдмон Третий Ривертонг считал себя прогрессивным правителем и понимал, что найти добровольных работников в его шахты и каменоломни не так уж и просто. Для полностью отпетых и безнадежных всегда был вариант ссылки в дикие земли. Эдмон его не слишком жаловал, но при необходимости пользовался опытом бургомистров Дагры.

Паршивое местечко, эта Птичья башня, с какой стороны ни глянь. Поэтому Ирвин снова неосознанно потер запястья и потянул воротник у рубашки, ослабляя узел на галстуке.

— А ты, погляжу, тоже не поклонник этого места? — спросил Бринс со смешком, при этом так и таращился на здание.

— Да как-то отдыхал здесь пару месяцев, не понравилось, — как можно ровнее ответил Ирвин. Потом его, конечно, выпустили и принесли извинения, но легче от этого не стало. Много дней в сырой камере без солнечного света, из звуков — только капающая вода и редкие шаги охранников по коридору, и столько допросов, что удивительно, как не сошел с ума. — И все это из-за женщины, — признался Ирвин. — Так что теперь я стараюсь держаться от них подальше.

— Ну кроме той бойкой смуглой южанки, — хмыкнул Лестер. — К ней бы он с радостью приблизился.

— С ланьими глазами, — Бринс очертил в воздухе совсем другие части тела, притом увеличил их в несколько раз. — Хочешь, поспрашиваю у своих, вдруг знают твою прелестницу? Или другую тебе подберут, не хуже?

— Хватит вам. Понадобится — сам найду.

Тем более сколько тех южанок в столице, особенно борющихся за равноправие? Зайди в их квартал и сразу же укажут, еще поблагодарят за избавление.

Бринс и Лестер переглянулись, пошушукались о чем-то, затем пристроились по разные стороны от Ирвина, все же друг друга они недолюбливали. Объединялись только ради того, чтобы его доконать.

Заходили в Башню со служебного входа, прошли темными коридорами и остановились у большой стальной решетки, за которой скрывалось следственное подразделение. Другой путь куда короче, но он проходит мимо камер, а снова оказаться там, вдохнуть воздух, услышать стоны или крики из пыточных — не лучший вариант для вечера.

Лестер повозился с ключами, открыл дверь и запустил Ирвина внутрь, а к Бринсу повернулся и почти ткнул его пальцем в нос.

— Только попробуй что-нибудь спереть! Так и останешься в здешних казематах.

— Придумал тоже — работать без лицензии, — фыркнул Бринс. — А что у вас тут есть чем поживиться? Спрашиваю только ради дела.

Лестер покачал головой и пообещал не спускать глаз с помощника, потом отвел их к комиссару Брегг, у которой лежали списки украденного. Самой Джины на месте не оказалось, чему Ирвин был только рад, только женщины ему сейчас и не хватало.

Наедине с документами их не оставили, там сидел еще один следователь да и секретарь зорко следил за происходящим. Ирвин на них не реагировал, полностью сосредоточился на списке и делал пометки на листе бумаги. Понятно, что украли много сырья из диких земель, но не самого дорогого и редкого.

Одно за другим он переписывал названия на лист и обозначал, к какому магическому дому они относятся. Мысль была дикой, слишком мало людей настолько разбирались в магии, чтобы чертить схемы и наполнять их нужными ингредиентами, как в древности. Говорят, такое сделали в диких землях, хотели подчинить монстров оттуда. Дед погиб, когда останавливал их прорыв. Но здесь, в столице, разве кто-то смог бы повторить подобное?

Дунк приложил все силы, чтобы уничтожить все записи о техниках древних магов. Какие-то основы до сих пор преподавали в ордене ловчих, но этих знаний не хватит для настоящей магии, нужен дар и схемы. Но чем дальше Ирвин выписывал все на листы, тем сильнее ощущал зуд в больной ноге, будто все шрамы заново воспалились, напоминая о прошлом.

— Ай!

Бринс задел ногой стеллаж и с того посыпались бумаги и карандаши на пол. Помощник тут же извинился и быстро сгреб все на место под пристальным взглядом Лестера. Красть оттуда кроме тех же карандашей было нечего, так что друг следил больше из вредности, чем из беспокойства о своем имуществе.

— Для вора ты не слишком ловкий.

— А ты не слишком сообразительный для следователя. Что я могу подсказать по бумагам? Я на вора обучался, а не крючкотворца. Пошли на склад, осмотримся, поищем улики.

— Сходите, — поддержал помощника Ирвин. Деятельному Бринсу и так тяжело находиться в четырех стенах, а тут еще тексты, которые совсем не приключения Норта Джуса.

Почесав затылок, Лестер сдался и кивнул. Так действительно правильнее, и Ирвину будет проще думать в одиночестве. Сырье из диких земель похитили не просто так, это понятно. Хотели бы поживиться, брали бы просто самое дорогое, а не выбирали ингредиенты строго по домам. Больше всего первого, чуть меньше — второго и третьего, остальных ровно столько, чтобы хватило для большой магической схемы. Какой — вопрос куда интереснее.

Ради интереса Ирвин написал названия некоторых, и ничего хорошего не выходило. Разрушения, пожары, призывы магических сущностей — с такими заклинаниями можно идти на дворец Ривертонгов, а не просто организовать разборки местных банд.

— Есть где-то списки зарегистрированных столичных магов? — спросил он у секретаря. Тот кивнул и сразу же скрылся.

Вдруг среди тех мелькнет знакомое имя или зверь? Если нет, то коллегам Лестера придется проверить всех. Без мага активировать схему не получится, значит кто-то из них точно замешан. Пока Ирв думал, дверь в кабинет широко распахнулась и туда вошла комиссар Брегг, как всегда, в легком доспехе и зеленом плаще стражи.

— Искали меня? — спросила она, затем подошла и встала за столом, напротив Ирвина.

Возмущаться и зачитывать ей свои правила насчет женщин было глупо: сам пришел в Птичью башню, при этом знал, что Брегг здесь работает и какого она пола. Поэтому он собрался с силами и выложил все свои подозрения насчет магической схемы.

— Я не так много понимаю в магии, — комиссар вздохнула и постучала пальцами по столу. — Но разве каждый не колдует в рамках своего дара? Схема — что-то сложное, для нее потребуется несколько магов.

— Или один и нужные ингредиенты. В нашем мире все в той или иной степени магическое, а принесенное из диких земель — втройне. С украденным злоумышленники смогут знатно потрясти столицу.

— Хм, — она еще раз постучала по столу, затем потерла подбородок. — Дурно пахнет это дело. Надеюсь, воры — обычные забулдыги, а не подпольщики-революционеры. Терпеть не могу лезть в политику. Нет ничего более мерзкого и грязного, чем все эти игры.

— Полностью согласен, — внезапно ответил ей Ирвин, хотя обещал себе не общаться с комиссаром больше положенного.

Вторая женщина за сегодняшний день, с которой он ведет милую беседу. Хуже того, вторая, которая не вызывает отторжения и желания сбежать и спрятаться за закрытой дверью. Наверное потому, что Брегг сейчас не женщина, а комиссар. И вроде бы толковый.

— Список я вам не дам, данные секретные, но обещаю тщательно проверить всех магов, — проговорила она и замялась. — И спасибо за лекарства, они мне немного помогли, но если есть парочка более действенных, я бы не отказалась.

— Лучше к врачу.

— Не могу, — скисла она и с мольбой уставилась на Ирвина. — Правда. Нашему штатному не доверяю, он всем разболтает, а других опасаюсь. Это братство по сплоченности любую банду сделает, пойдут слухи, потом не отмоешься. Я и так с трудом пробилась на место комиссара, и до сих пор недоброжелатели следят за каждым шагом, если так проколюсь…

— Да хватит, рана есть рана, осмотрят, обработают и зашьют. Дел на пару минут, а вас избавят от мучений.

— Нет, лучше сама.

— Ай, заладила! — Ирвин подскочил на ноги от злости, а Джина отшатнулась от него и потянулась к магическому жезлу на поясе. — Идем, сам гляну. Клянусь никому не рассказывать и обработать нормально.

Ему почти сразу стало неловко за свой напор и еще больше — вырвавшееся «ай», как будто в Бринса превращается, честное слово. Зато комиссар кивнула и согласилась показать свою таинственную рану.

Несмотря на свое воровское «образование» я всегда была по правильную сторону закона. Дилан, муж моей сестры, едва вытащил меня из гильдии, сразу пристроил меня в канцелярию к бургомистру. Дальше как-то завертелось, появился Рейгаль, который разглядел во мне потенциал и взял под свое крыло, и с криминалом пришлось распрощаться.