Катя Водянова – Аптека снежного барса (СИ) (страница 10)

Бринс уже суетился на кухне, разогревал воду для чая и накрывал им завтрак, при этом то и дело косился на Ирвина, занимавшегося в коридоре.

— Плиту бы нам, магическую, или печь, — завел помощник. — И посуды.

— Еще шторы в цветок попроси и салфеток, — хмыкнул Ирвин. — Как девчонка, честное слово.

Помощник напрягся и резко обернулся к нему.

— По-твоему, только девушкам нравится жить в комфорте? У нашего бургомистра целая коллекция салфеток, скатертей и столовых приборов. Простыни он каждый день себе чистые требует, отглаженные и накрахмаленные.

— Боюсь спрашивать, откуда ты знаешь такие детали.

На это Бринс еще больше надулся и продолжил нарезать колбасу и хлеб. Ломтики у него выходили на загляденье ровными и аккуратными, как и овощи. Жаль, ел он до сих пор как дикарь, сказывалось полуголодное детство.

— Просто привык к горячему на завтрак, — отозвался Бринс. — Яичницу хотя бы или кашу. Тяжело всухомятку перекусить и потом полдня работать.

Ирвин понимал его, хотя сам мог обойтись без еды в первой половине дня. Но иногда все-таки хотелось чего-то горячего и жидкого, а вот идти за этим в трактир — не очень. Готовил Ирвин посредственно, зато Бринс наверняка смог бы удивить и, кажется, был совсем не против взять на себя эти обязанности.

— Хорошо, если сегодня торговля пойдет также бойко, подумаем о маленькой плитке.

— Да, в Дагре купим, там полно магов, кто их зачаровывает, возьмем по дешевке, — просиял Бринс. — Еще и на посуду останется. Если боишься — не волнуйся, сам сбегаю. У меня там друзья, связи…

— Бургомистр на свежих простынях, — продолжил Ирвин, на что помощник только нахмурился.

— Смешно, ай, смешно.

Он даже скорчился, показывая свое веселье и жадно откусил бутерброд. Ирвин тем временем заварил им чай и отдал Бринсу его мензурку.

— Ладно, извини, но ты какой-то дерганный, когда речь заходит о девушках.

— А сам-то? Не на моей двери написано, что женщинам вход запрещен. Сердце болит, когда представлю, сколько денег на этом теряем.

— Не начинай.

— Ну ты бы мог посидеть на своем стульчике, а я бы стоял за прилавком и продавал. Мужчину еще попробуй заставь из дома выйти или обратиться к врачу. Женщина же постоянно беспокоится за себя, детей, мужа, потому идет и покупает лекарства.

Ирвин пару раз сжал и разжал кулаки, успокаивая нервы. Бринс же воспользовался паузой, чтобы набить рот едой, и ничуть не смущался. Странный парень, что и говорить.

— Придумаешь причину получше — сообщи, — ответил Ирвин. — Пока мы не будем впускать женщин. Для комиссара сделали исключение — и зря.

— Ай, ну почему зря? Заплатила щедро, пол не затоптала, говорила вежливо, не покупатель — мечта! Каждый день бы к нам такие ходили и приводили друзей.

— В чужую аптеку со своими правилами не лезут!

Бринс пожал плечами и ухмыльнулся в привычном: ай, ну может поначалу и не лезут, но когда обоснуются, то наводят свои порядки. Ирвин предчувствовал свое поражение и уже готовился сдаться. В конце концов, помощник может торговать с женщинами после обеда, когда останется здесь один. Деньги действительно не лишние. Но Бринс решил замять тему, а Ирвин не стал напоминать. У парня и без того проблемы с дисциплиной и соблюдением правил, нечего провоцировать.

После завтрака они взялись за привычную работу: Бринс помогал подготовить сырье, Ирвин следил и сам составлял сборы или отмерял сырье для отваров и настоек.

— Матушка Соф, — работать в тишине помощничек так и не научился, — обычно ломает эти палки и заливает кипящей водой, а не кромсает ножом.

— Для чая — можно поломать и залить, — ответил Ирвин, — а для отвара приходится измельчать, иначе травы не отдадут все полезные вещества. Еще не все сочетания безопасны, некоторыми, самыми простыми, можно нанести вред здоровью.

Бринс слушал и кивал, изредка задавал наводящие вопросы. Через какое-то время сдался, попросил лист бумаги и начал записывать.

— Тебе бы на курсы при нашей академии, — признал Ирвин, заглянув ему через плечо, — или в вечернюю школу, по две ошибки на предложение — куда это?

— Не до грамоты было, — Бринс насупился и отодвинул лист подальше. — Вот если бы попал в гильдию, мне бы оплатили учителей. Стал бы складно писать, танцевать, есть ножом и вилкой.

— Ну да, кому же еще нужны знания, как ни вору. Читай больше, вот и подтянешь грамоту. Была тут у меня одна книга, погоди.

Аптекарь подхватил трость и вышел из комнаты, а после поднялся по лестнице, я и отсюда слышала, как скрипят ступени. Ошибки его задели, надо же, какой нежный! Лучше бы о плите беспокоился, сил нет на его стекляшки с чаем.

Но Ирвин действительно вернулся с книгой и гордо положил ее передо мной. С потертой обложки смотрел ехидный парень, похожий на Рейгаля Флинна, а надпись ниже гласила: “Удивительные и захватывающие приключения Норта Джуса, лихого пирата и похитителя женских сердец”. Я заглянула внутрь, полистала желтые страницы и тогда решилась спросить:

— А здесь точно про лекарства?

— В основном, про приключения. Тебе еще рано садиться за учебники, нужно для начала научиться бегло читать. Никто не справится с этим лучше, чем Норт Джус. Немало людей он привел в опасный и захватывающий мир, полный приключений и новых открытий, который еще иногда называют “литература”.

— Ай, я тоже всего этого хотел, но родичи не дали поступить в гильдию.

— Теперь компенсируешь безопасным и законным способом, — продолжал занудничать Ирвин. — Эту книгу мне дед подарил, тогда она только вышла и была дико популярна. Я моментально стал королем среди своих одноклассников.

Он улыбался чему-то своему, а я вертела обложку и боялась поднять глаза. С такой теплотой говорит о Стервятнике, наверняка они были близки друг с другом. Перед смертью Дунк тоже говорил о внуке, просил передать ему магического зверя, снежного барса. А я даже не могу рассказать об этом Ирвину, потому что не знаю, как он отреагирует. Выставит за дверь — и прощай план всучить ему артефакт. Был вариант надавить через короля или рассказать о моей возможной смерти, но это как-то неправильно, что ли. Еще возьмет кинжал и забросит на полку.

— Прочти пару страниц, а я пока закончу.

Аптекарь хлопнул меня по плечу, сам подвинул ближе терку, чтобы получше измельчить корень и включился в работу. Я послушно открыла первую страницу и попыталась собрать непослушные буквы в слова.

Матушка Соф учила нас с сестрами читать по старой книге с рецептами. Про добрую половину ингредиентов мы и не слышали, тем более не пробовали, зато буквы освоили. Как и досадную истину, что читать о баранине под ягодным соусом, когда дома только простые лепешки по одной на сестру — тоскливое занятие.

У Норта Джуса с едой тоже было непросто: история началась с того, как он жевал черствую корку хлеба, сидя за решеткой в тюрьме восточной империи. Никакого желудочного сока, легко и приятно читать!

Ирвин не торопил и не отбирал у меня книгу, полностью сосредоточившись на своих лекарствах. Первую страницу я одолела с трудом, затем пошло легче. Норт Джус не ел баранины, профессионально вскрывал замки, дурил стражников и тут же влипал в новые неприятности. Чувство, что мы поладим, росло с каждой минутой.

— Где ты сейчас? — внезапно спросил Ирвин.

— Бреду по тайной пещере в поисках спрятанной там лодки.

Я ответила, не подумав, и тут же осеклась, но аптекаря это не смутило. Он довольно улыбнулся и еще раз указал на обложку.

— Говорил же, Норт Джус научит тебя читать. Теперь давай за работу, вечером продолжишь.

— А как же новый мир, полный приключений? Чувствую, не до конца в него погрузился, может посижу тут немного…

— Открой дверь и давай за прилавок.

Вот умеет же испортить удовольствие! Я с сожалением захлопнула книгу и поплелась исполнять поручение. Покупатели уже топтались на улице. Ночуют здесь, что ли? И снова среди них было много желающих нашего похмельного зелья. Нравится им, горожанам, себя травить, что с этим поделать. Заработать разве что.

Ирвин как раз отвлекся на проверку заготовок и не контролировал происходящее. Я взяла пару пузырьков зелья, лист бумаги и вывела на нем крупную надпись: “ЕСЛИ ПЕРИБРАЛ ВЧЕРА — ЗАГЛЯНИ СКАРЕЙ СЮДА!”. Буквы вышли не совсем ровными, но я торопилась. Пора было открывать дверь, а до того — выставить пузырьки в витрину, которая выходит на улицу. Рядом я пристроила лист и придавила его пучком травы. Изнутри не будет бросаться в глаза, зато снаружи хорошо видно и читаемо.

Ирвин продолжал беззаботно перебирать свои склянки, а я решила закрепить успех и исписала второй лист: “ВСЕХ ПАДНИМЕТ, ВСТАВИТ В СТРОЙ ДОКТОРФЕССОВСКИЙ НАСТОЙ!”. Его поместила чуть подальше и с чувством выполненного долга впустила посетителей.

Дальше все пошло своим чередом, аптекарь удовлетворенно кивнул и скрылся в подсобке, оставив на меня зал. После проделки с объявлениями я стала паинькой и не мухлевала с ценами или весами. Чувствую, сегодня будет прекрасный день!

Глава 7

Особенных очередей у нас не было, но еще почитать про Норта Джуса получалось только вечерами. За следующие три дня выручка все росла и росла, монеты и купюры постепенно заполняли ящик. Я старалась раскладывать их по отдельным стопкам, но одно неосторожное движение и все смешивалось обратно. Неудобно так, вот бы сделать отсеки для монет и купюр. Так и сдачу выдавать проще и проводить учет в конце дня.