Катя Мечтательная – Сердце Дикой Луны (страница 8)

Мы движемся вперёд. Четырнадцать участников. Остальные не вернулись из подземелий. Я вижу Эйру, она кивает мне. Вижу двух волков, медведя, рысь. И вижу его.

Тарек стоит на противоположной стороне круга. Одет в чёрное, как и всегда, волосы откинуты назад, шрам на скуле словно светится в серебряном огне. Он смотрит на жрицу, не на меня. Но я чувствую его присутствие, тяжёлое и неизбежное.

Жрица поднимает руки.

– Огненные нити свяжут тех, чья судьба переплетена. Связь не всегда означает союз. Иногда это вражда. Иногда любовь. Иногда проклятие. Но связь есть связь. Она не подчиняется воле, только правде.

Она бросает что-то в огонь. Пламя взмывает вверх, вспыхивает ярче. Из него вылетают нити, серебряные, светящиеся, живые. Они вьются в воздухе, ищут, тянутся к участникам.

Первая нить находит Эйру, оборачивается вокруг её запястья. Второй конец тянется к молодому волку, он вздрагивает, когда нить касается его руки. Они связаны.

Ещё нити. Одна за другой. Медведя связывает с рысью. Двух волков друг с другом. Зал наполняется шёпотом, комментариями. Некоторые связи ожидаемы, другие вызывают удивление.

Я стою и жду. Нить ещё не коснулась меня.

Огонь вспыхивает снова, и из него вырывается нить, ярче остальных, толще, почти пульсирующая. Она летит прямо ко мне, оборачивается вокруг моего запястья.

Жжёт. Не больно, но ощутимо, как будто что-то впивается в кожу, проникает внутрь. Я смотрю на неё, пытаюсь стряхнуть, но нить держится крепко.

Второй конец тянется через круг. К Taрeку.

Нет.

Он тоже видит. Его глаза расширяются, в них вспыхивает что-то похожее на ярость. Он делает шаг назад, но нить следует за ним, притягивает. Оборачивается вокруг его запястья, затягивается.

Мы связаны.

Зал взрывается шёпотом. Потом криками.

– Это невозможно!

– Кошка и наследник Хранителя?

– Магия ошиблась!

Жрица поднимает руку, требуя тишины. Шум стихает, но напряжение остаётся, висит в воздухе как грозовая туча.

– Огонь не ошибается, – говорит она спокойно. – Связь установлена. Печать пары наложена.

Тарек срывается с места, подходит к жрице.

– Разорви это. Немедленно.

Его голос низкий, опасный. Жрица не моргает.

– Я не могу разорвать то, что создано магией Луны. Только сама Луна может снять Печать.

– Тогда я разорву сам.

Он хватается за нить, тянет. Боль пронзает моё запястье, острая, как удар ножа. Я вскрикиваю, падаю на колени. Тарек замирает, смотрит на меня. На его лице борются гнев и что-то ещё, что-то похожее на вину.

– Если разорвёшь связь силой, – говорит жрица, – вы оба умрёте. Печать пары связывает не только магией, но и жизнью. Разорвать её можно только с согласия обоих и благословения Луны.

Тарек отпускает нить. Боль отступает, но не исчезает совсем. Я встаю, держусь за запястье. Нить светится, пульсирует в такт моему сердцу.

Из толпы выходит мужчина. Высокий, широкоплечий, в доспехах с гербом луны и меча. Лицо строгое, глаза серые, такие же как у Тарека. Его отец. Губернатор.

– Это оскорбление, – его голос звучит как приговор. – Мой сын, наследник титула, связан со зверем. С ночной. С той, чей род пал.

Ярость поднимается во мне горячей волной. Я делаю шаг вперёд, смотрю ему в глаза.

– Мой род не пал. Мой род выживает, несмотря на то, что таких как ты охотятся на нас.

– Молчи, зверь. Ты не имеешь права говорить в присутствии Совета.

– Она имеет, – жрица поворачивается к губернатору. – Она участник Великого Выбора, прошедшая первое испытание. Её право голоса равно праву любого другого.

Губернатор молчит, челюсти сжаты так сильно, что жилы вздуваются на шее.

Из другой части зала выходит старейшина волчьей стаи, тот самый, что передал мне свиток. Он смотрит на нить, на меня, на Тарека.

– Печать пары, – говорит он медленно. – Такого не было уже сто лет. Последний раз это случилось во время Великой Войны, когда два врага были связаны и вместе привели к миру.

– Или к большей крови, – бросает кто-то из толпы.

Старейшина качает головой.

– Связь не означает союз. Но она означает, что их судьбы переплетены. Разорвать её, значит нарушить баланс Великого Выбора. Если они оба участвуют, они должны идти связанными.

– Это абсурд, – губернатор делает шаг вперёд. – Я требую отменить обряд. Провести его заново.

– Обряд нельзя отменить, – жрица говорит твёрдо. – Огонь показал правду. Отрицать её, значит оскорбить саму Луну.

Тишина. Тяжёлая, давящая. Все смотрят на нас, на меня и Тарека, связанных серебряной нитью.

Тарек разворачивается ко мне. Его глаза холодные, полные ненависти.

– Я не буду связан с тобой. Найду способ разорвать это.

– Я тоже не в восторге, поверь.

– Ты думаешь, это смешно?

– Я думаю, это проклятие. Для нас обоих.

Он смотрит на меня долго. Потом отворачивается, уходит из зала. Нить натягивается, тянет меня за собой. Я делаю шаг, ещё один. Не могу остановиться. Связь тянет меня за ним.

Жрица кладёт руку мне на плечо.

– Связь будет тянуть сильнее с каждым днём. Если будете сопротивляться, она причинит боль. Если примете, она станет силой. Выбор за вами.

– Какой выбор? Я не просила об этом.

– Никто не просит о судьбе, дитя. Но все должны её принять.

Я вырываюсь из её хватки, иду за Tareком. Он уже вышел из храма, стоит на ступенях, смотрит на город. Я подхожу, останавливаюсь рядом.

Молчим. Нить между нами светится в утреннем свете, почти прозрачная, но всё ещё видимая.

– Это твоих рук дело? – его голос тихий, опасный.

– Что?

– Магия. Ты как-то подстроила это?

Я смеюсь, коротко и зло.

– Ты серьёзно? Ты думаешь, я хотела быть связанной с тобой?

– Ты ночная. Вы пойдёте на всё, чтобы выжить.

– А ты полукровка. Вы пойдёте на всё, чтобы доказать своё превосходство.

Он поворачивается ко мне, лицо искажено яростью.

– Слушай внимательно, зверь. Я найду способ разорвать эту связь. И когда найду, ты первая об этом узнаешь.

– С удовольствием подожду.