Катя Майорова – Раньше девочки носили платья в горошек (страница 29)

– Почему ты не сказала, что это ты? – спросила одна из сотрудниц, которая знала о ситуации.

– Не знаю, – честно ответила я.

– Наоборот, надо было гордо и смело сказать: «Я Катя».

Я не знала, что ответить. Как и не знала, что ответить, когда начальница в магазине косметики бросала мне «Ну и вали», когда говорили в клубе, что не возьмут меня промоутером, потому что я толстая. Про уверенность в себе я поговорю с вами в отдельной главе, но пока скажу, что тогда я на 100 % была сломана всеми этими школьными, университетскими, корпоративными системами, когда я боялась злых и страшных начальников, боялась себя проявить, защитить себя, отстоять. Только спустя годы после окончания всех учебных заведений, мне кажется, я снова стала нормальным человеком. Более того, я тогда жила в мире, где начальник может накричать, оскорбить, унизить, и это было нормальным. Сейчас я живу в другой реальности, будучи сама в роли босса, и не позволяю себе такое поведение.

Второй случай произошел непосредственно с главным редактором. Он попросил принести ему чай, я зашла в кабинет, поставила кружку на стол, где уже стояла пустая чашка.

– Заберу? – спросила я, указывая на нее.

– Ну а ты как думаешь? – зло посмотрел на меня он.

Я ничего не ответила, взяла кружку и ушла. Вроде бы мелочь, но она меня так разозлила! Неужели нельзя было нормально ответить «Да»?

Этот ответ занял бы меньше слов и времени, не был негативным, и никто бы не умер.

И до этого, и после этого происходило очень много подобных мелочей, но именно тот небольшой разговор стал последней каплей. Я поняла, что это токсичное место, где мне не хочется находиться. Ладно-ладно. Конечно, так я тогда не рассуждала. Я объяснила себе все тем, что это новостное социально-политическое СМИ и просто там такая обстановка, но мне она не подходит.

В моем решении меня никто не поддержал, кроме Арменуи. Она сказала: «Кать, если не хочешь там работать, то уходи, и все». Остальные же констатировали, что я изнеженная и могла бы потерпеть ради такой строчки в резюме (радиостанция действительно известная). В итоге я ушла, но сделала это по-детски и незрело. Что-то наврала про проблемы со здоровьем и что не смогу совмещать учебу с работой. Кстати, из магазина косметики я ушла, тоже соврав, что уезжаю жить из Москвы обратно в Челябинск. Не знаю, почему мне не хватало смелости прямо сказать, что мне не нравится работа, и все. Хотя нет, знаю: я была запуганным и неуверенным в себе человеком. Много лет спустя после моего ухода у этой радиостанции будет целая череда скандалов на почве харассмента: многие сотрудницы, которые начинали со мной в одно время, рассказали свои истории. Меня это все совсем не удивило, хотя, безусловно, огорчило, и я поняла, что когда-то приняла правильное решение, что ушла оттуда.

Следующей большой главой моей жизни стал проект Kattie Мау. С того момента, как брат мне сделал сайт, я с завидной регулярностью писала там обо всем: о жизни, об учебе, о своих трудностях и переживаниях. В среднем каждый материал читали по 200–300 человек: друзья, знакомые, одногруппники, друзья друзей. За полтора года брат сильно вырос как разработчик, да и мне уже хотелось чего-то большего. Так, однажды, когда нам снова сказали, что нужно искать место для летней практики, я спросила преподавателя: «А можно сделать свой проект и там проходить практику?» – «Можно», – равнодушно ответил преподаватель. Я обрадовалась этой перспективе, потому что снова возвращаться в СМИ, подобные той радиостанции, мне не хотелось. Поэтому мы решили из моего сайта kattiemay.ru сделать полноценный онлайн-журнал. Я предложила трем своим подругам присоединиться: Арменуи, конечно же, а также Маше и Кристине. Арменуи занялась социальными проектами, Маша писала о моде, Кристина о культуре (в частности, о кино), а я вела колонку главного редактора и руководила процессом. Сильно забегая вперед, скажу, что в итоге Арменуи стала крутым пиарщиком и переехала в США работать в стартап, Кристина окончила школу кино и стала режиссером, а у Маши хорошая должность в одном известном бренде премиум-класса. Я очень рада видеть их развитие: когда-то мы начинали вместе, но каждая продолжила успешно заниматься своим делом.

Со временем в наш журнал подтянулись одногруппники, которые под руководством девчонок писали что-то в их рубриках. Какое-то время это был просто проект для души, наша возможность заявить о себе, быть услышанными, увиденными, прочитанными. Мы аккредитовывались на мероприятия, брали интервью у знаменитостей, делали обзоры на фильмы, кино, писали репортажи, общались с разными людьми. Все шло своим чередом, пока не произошло одно странное событие.

За окном неторопливо плыл 2012 год, а на гребне его волны находилась социальная сеть Twitter. Там были все, и именно там кипела жизнь: плелись интриги, накалялись страсти, а иногда случались полезные знакомства. Последнее произошло и со мной.

Пока я училась в университете и жизнь меня бросала из промоутеров в продавцы, а потом в секретари на радио, я не теряла надежду стать писательницей. Она жила во мне, но лишь в силу обстоятельств у моих устремлений словно немного выкрутили звук. Я продолжала писать в личных дневниках, вести колонку редактора на сайте, иными словами, текст всегда был важным сопровождением моей жизни, но именно о литературной карьере в классическом ее понимании речи пока не шло. Интерес все равно сохранялся, поэтому я старалась быть в курсе современного литературного процесса и подписалась в Twitter на нескольких известных писателей.

Один из них – очень популярный и медийный на тот момент автор – выложил твит о том, что он ищет стажеров в свое креативное агентство. Недолго думая, я написала письмо на указанную в твите почту, что хотела бы пройти у них стажировку. Близилась летняя сессия, после нее нужна была практика, и я подумала, что помимо нашего проекта я также могла бы поработать с известным писателем. Прошло несколько дней, и у меня зазвонил телефон. Я беру трубку.

– Привет, это ***! – представился голос в телефоне и назвал фамилию того самого писателя.

Я на долю секунды замерла, будучи уверенной, что это пранк.

– Да, здравствуйте!

– Ты же оставляла заявку на почте по поводу стажировки?

– Да, оставляла.

– Подъедешь сегодня в офис? Мы находимся на Петровке, недалеко от Столешникова.

Я была обескуражена таким напором. Более того, я лежала дома с температурой 39,5 без каких-либо еще симптомов. Что, к слову, случалось часто после того, как я сильно худела. Малейший стресс – и сразу высокая температура. Казалось, будто телу не хватало чего-то и оно перегревалось, потому что просто не выдерживало.

– Я сейчас не в Москве, к сожалению, – ответила я и фактически не соврала, так как жила за МКАДом. – Могу в другой день подъехать.

– А, ну окей. Моя помощница Таня тогда тебя наберет. Пока!

На этом наш разговор закончился. Я с минуту смотрела в одну точку, пытаясь понять, что это вообще было. Потом позвала Диму в комнату и все ему рассказала. «Офигеть! Ты поедешь?» – все, что сказал он. «Конечно, да!» – ответила я, пытаясь понять, был это прикол или нет.

Через несколько дней мне позвонила Таня, с которой мы договорились о дне и времени, когда я подъеду к ним в офис. Пока я ехала в электричке, в метро, шла по улице, встречалась внизу с Таней, поднималась по лестнице на нужный этаж, садилась за стол переговоров – за него же сели писатель и совладелец их агентства, – я не переставала думать, что это прикол. Чтобы вы понимали, этот автор в 2012 году был очень медийным человеком: у него было свое популярное шоу онлайн, когда еще никто не освоил «Ютуб», он вел передачи на ТВ и водил дружбу с огромным количеством влиятельных людей. Мало того что меня в принципе удивил такой интерес ко мне, так я окончательно перестала что-либо понимать, когда мы заговорили на встрече не про стажировку, а про мой проект Kattie Мау.

– Молодцы, ребят, класс, – сказал писатель, листая на макбуке наш сайт.

Слушая это, я то краснела, то бледнела, хотя изо всех сил старалась изображать уверенность и спокойствие.

– Ну, перейдем к делу, – сказал писатель. – У меня к тебе предложение.

Ко мне? Предложение? Что? Тогда мне казалось, что мы точно не в том положении, чтобы я принимала от них какие-то предложения: где я, а где они?

– Да, слушаю, – ответила я, откинувшись на спинку стула.

Писатель начал рассказывать. Схема оказалась довольно простая. У них было давнее сотрудничество с одним известным брендом алкоголя, которому они делали product placement[4]. Так как у них уже физически не было возможности оказывать бренду какие-то мелкие услуги, потому что они давно играли по-крупному, они искали небольшие СМИ, проекты, блоги, кому могли бы делегировать часть работы за процент. Чтобы вы понимали, тогда еще не был так развит блогинг, и рекламные площадки реально нередко искали вот так вот, через знакомых, особенно если речь шла о каких-то нишевых и не очень крупных проектах.

– Только, конечно, надо будет сайт ваш немного переделать… – сказала компаньон писателя.

– И контент чуть поменять, – добавил писатель.

– Каким образом? – спросила я.

– Ну, добавим чего-нибудь более дерзкого, провокационного, пока вы такие прям хорошие зайчики.