Катя Брандис – Водный заговор (страница 9)

– Жёлтый! Жёлтый ему наверняка пойдёт, – сказала Мара.

– Но он не гармонирует с его голубыми глазами, – возразила Юна.

Я закатил эти самые голубые глаза:

– Да мне всё равно. Я хочу просто какую-нибудь обычную футболку.

– Да-да, мы что-нибудь найдём – вы пока примеряйте, я сейчас вернусь, – сказала Юна и скрылась в задней части магазина – наверное, пошла в туалет. Мара, воспользовавшись случаем, всучила мне три жёлтые футболки, велев их примерить. Сопротивление бесполезно.

Просунув голову и руки в кусок материи, я вдруг услышал чей-то крик – явно девочки. Я тут же отшвырнул футболку на вешалку с какими-то шмотками и огляделся.

– Похоже на Юну! – перепугалась Мара.

– Да, точно, – сказал я, и мы поспешили к женскому туалету.

Нырок туалетный

Возле туалетов нам навстречу попалась женщина – вид у неё был растерянный.

– Не знаю, где кричали, – сказала она нам. – Когда я открыла дверь туалета, кто-то смывал, но в кабинке никого не было – только кучка одежды, и больше ничего.

Мы с Марой переглянулись и одновременно бросились туда. Из-за этого мы столкнулись и не смогли пролезть в дверь. Я протиснулся вперёд – да, это вещи Юны! В два шага я очутился рядом с унитазом и заглянул внутрь. Только вода, белый фарфор и пара мокрых шмоток, забивших унитаз. Рыбы-бабочки не видно. Мара тем временем загораживала своим стокилограммовым телом дверь, чтобы нам никто не помешал.

– Помогите мне, пожалуйста! – донёсся до меня слабый мысленный голосок.

Я был рад, что не пришлось произносить ответ вслух, потому что незнакомая женщина всё ещё стояла поблизости, а тем временем подоспела и продавщица.

– Юна! Что случилось, где ты?

– Я забыла запереть кабинку, а какая-то женщина распахнула дверь… И я с перепугу превратилась, – жалобно сказала Юна. – Как раз в тот момент, когда нажала на смыв.

Юна смыла саму себя в туалете! Замечательно.

– Ты уже в канализации? – с тревогой спросил я. Увы, в реальности всё не так, как в мультфильме «В поисках Немо»: этим путём она в море не попадёт – разве что в очистное сооружение.

– Нет, кажется, ещё в трубе, – ответила Юна. – Здесь так темно. Я боюсь поплыть не в том направлении и вообще отсюда не выбраться! Обе стороны чем-то перекрыты. Пожалуйста, помогите мне поскорей, я не знаю, сколько ещё здесь продержусь!

– Что, собственно, происходит, что вы тут делаете? – услышал я голос продавщицы. – И кто только что кричал?

– Всё в порядке, мы просто кое-что уронили в унитаз, – попыталась её отвлечь Мара.

Неудачный ответ.

– «Мы»?! Сколько же вас было в туалете?!

Пока Мара пыталась придумать объяснение получше, я лихорадочно размышлял, что предпринять. Туалетной щёткой я выловил из глубин унитаза трусики Юны – одну из вещей, забивших унитаз. Но, видимо, вместе с Юной смыло и другие шмотки – трудно сказать, в каком месте они блокируют трубу и где наша рыба-бабочка. К счастью, это была модель с остановкой слива – и это натолк нуло меня на мысль.

– У тебя хватит сил плыть против течения, если я нажму на слив? Тогда ты поймёшь, в какой стороне выход.

– Должно получиться, – ответила Юна. Её мысленный голос звучал пронзительно.

На миг мне представилась страшная картина, что именно я – оборотень, которого и так все боятся! – смою нашу старосту к крысам в канал для сточных вод.

– Может, лучше позвать кого-нибудь из учителей, чтобы он попытался тебя освободить?

– Нет, это займёт слишком много времени, поторопись, пожалуйста! Тут так мерзко, фу!

Я нажал кнопку слива – в тот самый момент, когда Мара, заливаясь слезами, крикнула: «Нет, не делай этого!» Потом я, как договаривались, сразу же остановил слив. А вдруг Мара права и я сейчас допустил ужасную ошибку?!

Мара захлопнула перед носом у продавщицы дверь туалета и заперла её. Теперь в кабинке было так тесно, что я оказался зажат между округлым мягким телом Мары и стеной, чувствуя себя словно в упаковке маршмеллоу. Но мне было всё равно. Мы взволнованно склонились над унитазом, в котором поднялся уровень воды, и ждали, что произойдёт. Удалось ли Юне выплыть против течения? Надеюсь, труба снизу как следует забита её одеждой.

Ура, в туалете что-то происходило – там кто-то трепыхался! Вскоре показалась потрёпанная бело-жёлтая рыба-бабочка и устало проплыла круг в унитазе.

– Получилось! – взвизгнула Мара. – Скорее превращайся обратно – через пять минут мы должны быть на месте встречи! – Она открыла дверь туалета и вытолкнула меня наружу, а потом изнутри донеслись громкий шорох и шёпот.

Наконец оттуда вышли Мара и одетая Юна в человеческом обличье. У неё были мокрые волосы, и от неё немного пахло средством для мытья сортира. Она слабо улыбнулась мне:

– Спасибо, Тьяго! Обещайте, что никому не расскажете. Смыться в туалете! Вот позорище!

– Я буду молчать, как ракушка, – торжественно пообещала Мара. – Мёртвая ракушка!

– А я – как коралл, – сказал я – надо же морально настроиться на реферат – и схватил свою старую заляпанную футболку: покупать новую было некогда.

Продавщица и покупательница подозрительно на нас поглядывали, поэтому мы поспешно вышли из магазина.

– Я нашла свою заколку, до свидания! – крикнула им Мара.

Мы вернулись как раз вовремя: остальные уже собрались возле кафе, с любопытством осматриваясь, кого ещё нет. Я увидел, что Джек Кристалл разговаривает с Шари – наверное, ругает, что она не осталась с синей группой. А что это за коробка у него под мышкой?

– Шоколадный фонтан! Он купил шоколадный фонтан! – радостно объявила Оливия. – Сказал, на него была скидка.

– Правда? А что это такое? Фонтан как у нас в школе – только из него струится шоколад? – спросила Леонора, которая раньше жила в зверином обличье. – И для чего он нужен?

– Этот фонтан намного меньше – в жидкий шоколад можно, например, макать фрукты, – объяснил наш молодой директор. – Пусть это будет сюрпризом. Мы собираемся ставить его в столовой каждое воскресенье вечером.

Я в очередной раз порадовался, что решил ходить в эту школу.

Чтобы учителя не заметили пятен крови, я держался рядом с Марой, которая меня прикрывала. Наконец мистер Кристалл скомандовал «Трогаемся!», и мы, весело болтая, направились по тротуару к автобусу, припаркованному в западной части 17-й улицы. Джаспер и Финни несли аварийное снаряжение размером с сумку-холодильник.

«Скоро будем дома», – с облегчением подумал я, озираясь в поисках подозрительных субъектов. К счастью, никого не видно. Но я внимательно наблюдал и за Эллой, Токо и Барри. Знают ли они о нападении тигриц-близнецов, рассказала ли им об этом Лидия Леннокс? Если и так, виду они не подавали.

– Эти телохранительницы просто жуткие, да? – Джаспер угадал, о чём я думаю. Он явно испытывал облегчение, что мы возвращаемся в «Голубой риф».

– Экскурсия скоро закончится, а в школе они до нас не доберутся, – успокоил его я.

Но экскурсия ещё не закончилась. Я понял это, когда Леонора решила показать Шари, какие сувениры из Флориды она купила своей южноамериканской семье.

Паршивые сувениры. По крайней мере, для одной из нас.

Я заметил, как Шари остановилась и заглянула в пакет Леоноры.

– Великая волна! – воскликнула она, а потом упала на землю, потому что ноги её превратились в серый хвостовой плавник. Через несколько секунд на газоне рядом с тротуаром трепыхалась двух с половиной метровая афалина.

Выброшенная на берег

– Водорослевая слизь! – выругалась Шари. – И зачем, спрашивается, я всё это время тренировалась, если это опять со мной приключилось?!

Блю обвила её руками, враждебно поглядывая на девочку – электрического угря:

– Что у тебя там, Леонора?

– Мне очень жаль, – расстроилась Леонора. Заглянув в пакет, я увидел, что она купила пять одинаковых сувениров: маленьких серых дельфинов с дурашливыми улыбками на морде. Все они застыли в прыжке на гребне пенистой ярко-синей волны.

– Вот чёрт! – воскликнул я.

Мистер Гарсия и мистер Кристалл поспешили к нам, а Шари свистела, пытаясь опереться на грудные плавники. Когда она прерывисто вдыхала, дыхало у неё на лбу открывалось и закрывалось. Всегда готовый помочь Джаспер тут же выудил из аварийной сумки брызгалку для цветов и опрыскал кожу Шари, но толку от этого было мало. Финни, Крис и я облили её водой из своих питьевых бутылок.

Мистер Гарсия, подбоченившись, вздохнул:

– А я-то думал, она готова.

– Сейчас это не важно, Фаррин, – осадил его Джек Кристалл. – Надо как-то дотащить её до воды! Чем дольше она пробудет на суше, тем хуже для неё.

– Мне ужасно жаль, – смущённо сказала Шари, поглядывая на нас тёмными дельфиньими глазами. – Что теперь делать? До моря ведь отсюда далековато, да?

– Боюсь, что так, – ответил я.

Мы находились на углу 17-й улицы и Джефферсон-авеню – с одной стороны высились многоквартирные дома и офисные здания, а другая сторона Джефферсон-авеню вела в тихий засаженный деревьями жилой квартал. Шари лежала на углу улицы на газоне перед светло-коричневой виллой с красной кирпичной крышей.