Катя Брандис – Водный заговор (страница 4)

– Знаю, конечно, – сказал он, откусил от злакового батончика и, вскинув брови, стал листать комикс «Аквамен».

– Мы встречаемся сегодня в три – тебя устроит? Кабинет для проектов номер один.

Он кивнул с отсутствующим видом – и я не уверен, что он вообще меня слушал.

– Ну и жесть эта история с отравленной водой! Я слышал, ребятам второго года обучения уже лучше.

– Не то слово, – согласился я. – А вдруг эти гангстеры скоро начнут сливать дрянь не в болота, а в море?

– Наверняка они уже это делают – просто не попались никому на глаза, – с отвращением произнёс Крис. – Нельзя же взять под контроль всё побережье или весь Эверглейдс. Значит, они и дальше будут этим заниматься, пока их кто-нибудь не остановит.

– Боюсь, ты прав, – сказал я, но не стал ему рассказывать, что мы с Джаспером и Шари именно это и решили – попытаться остановить этих типов. Это секрет, и я не доверю его тому, в ком пока даже не уверен, хороший ли он партнёр по реферату.

После обеда мистер Гарсия обучал нас на уроке превращений искусству зова на расстоянии, к которому у меня, увы, способностей было не больше, чем к чутью на оборотней. Ничего не поделаешь. Тем важнее получать хорошие оценки за рефераты и другие подобные задания.

Ровно в три я поднялся на второй этаж в кабинет для проектов номер один – с остальной частью школы его соединял заполненный водой туннель из оргстекла. Нокс уже был там, в аквариуме. Криса не было. Он не появился ни в три, ни в четверть четвёртого.

– Так и знал, – вздохнул я.

– Да он наверняка скоро придёт, – попытался подбодрить меня Нокс. – Я пока кое-что расскажу, чтобы тебе не пришлось задавать слишком много дурацких вопросов.

Он объяснил мне, что риф возникает, когда много тысяч крошечных коралловых полипов, то есть животных, строят вокруг себя защитную известковую пещеру. Внешне такие сооружения могут напоминать оленьи рога, огромный мозг, веер или гигантский кочан салата. Практически всё из камня – за исключением мягких кораллов, которые тоже существуют. Постепенно из этого образуются постоянно растущие подводные сады всевозможных форм и цветов.

– А этот кочан салата съедобный? – слабо пошутил я, взглянув на часы, потому что этого чёртова парня до сих пор не было и я начинал нервничать. До четверга не так много времени.

– Конечно, – отозвался Нокс. – А ты как думал – чем мы, рыбы-попугаи, питаемся? Я обгладываю кораллы и лакомлюсь вкуснейшими сочными полипами, которые скрываются внутри.

Я уставился на него:

– Но ты сказал, что большинство кораллов твёрдые как камень. Ты что, и камни ешь?!

– Да, – с гордостью ответил Нокс. – А остатки выходят у меня через зад в виде песчинок, из которых со временем образуются чудесные белые песчаные пляжи в морях Южного полушария.

– Ха-ха, классная шутка, – сказал я.

– Почему шутка?! – возмутился Нокс. – Именно так и возникают пляжи на многих островах!

– Что, правда?! Из помёта рыб-попугаев?!

Интересно, а люди, которые там загорают, об этом знают? Хотя им, наверное, всё равно: песок есть песок.

Крис так и не объявился, и я встал.

– Ничего не поделаешь – пойду его искать: без него мы не сможем начать, – сердито сказал я. – Не будем же мы вдвоём делать всю работу, чтобы он потом к нам присоседился. Кроме того, без него мы не справимся: он лучше нас ориентируется в море. Есть предположения, где он может быть?

– Если бы знал, то давно бы туда сплавал и ущипнул его за зад, – заверил меня Нокс.

У меня не было выбора, и я отправился на поиски непутёвого партнёра.

В школе Криса было не видать – наверное, он в море. Как назло, дельфины где-то плавали, иначе они наверняка помогли бы мне его отыскать.

Я уже привык заходить в воду лагуны и превращаться в тигровую акулу, одно из самых опасных животных океана. Некоторым ученикам, болтавшимся на пляже, от этого зрелища, похоже, всё ещё становилось жутко.

Но конечно не Джасперу. Он сидел перед нашей хижиной и разгадывал кроссворд, почти с возмущением наблюдая, как Дафна – наша озёрная чайка – и Оливия поспешно вышли из воды, когда я принял обличье тигровой акулы.

– На охоту собрался? – спросила Финни, опустив триллер, который читала.

– Вот именно – за морскими львами, которые вообще-то должны были явиться на встречу нашей рабочей группы для подготовки реферата, – сказал я, глядя, как моя рука посерела и превратилась в грудной плавник.

– А, ты ищешь Криса? – спросил Джаспер и указал на запад. – Он поплыл в том направлении. Выскажи ему всё!

Именно это я и собирался сделать. Терпеть не могу, когда меня подводят.

Плавать в море в акульем обличье – непередаваемое ощущение. Я чуял множество запахов, всем телом ощущал, что творится вокруг меня в воде, и благодаря своей способности улавливать электрические поля знал, что по дну, зарывшись в песок, ползёт рак, вырабатывая при каждом движении мускулов капельку тока.

Солнечные лучи чертили на морском дне танцующие световые узоры, и я постепенно начал успокаиваться, наслаждаясь пребыванием в море. По пути на запад, двигаясь вдоль побережья, я с любопытством заметил несколько башенкообразных кораллов, мимо которых проплывал. Может, прихватить для реферата маленький коралловый полип? Но даже почти вплотную приблизив морду, я не разглядел ни одного. Наверное, они все попрятались в свои укрытия и строили мне оттуда рожицы.

На свою беду, я слишком близко подплыл к этой штуке – а сдавать задним ходом с акульими плавниками затруднительно. Я задел широкой мордой коралл, от рифа отвалился кусочек и упал на дно. О ужас, что я наделал! Я испуганно попытался подхватить обломок коралла передними плавниками. Ничего не вышло. Наконец мне удалось взять его в пасть и кое-как приставить на место. Но теперь коралл выглядел кривым. К тому же на нём остались следы зубов.

Я поспешно поплыл прочь, пока какой-нибудь другой оборотень не заметил, что произошло. Ведь тема моего реферата вовсе не «как правильно ломать кораллы»!

Я обыскал всё побережье, но не обнаружил ни дельфинов, ни этого чёртова морского льва, на которого нельзя положиться. Раздосадованный, я повернул и хотел уже плыть обратно, как вдруг почуял аппетитный запах. Дохлая рыба!

Недолго думая, я поплыл к берегу. В мой чувствительный акулий нос ударил запах мохнатого морского млекопитающего. Я едва мог этому поверить. Неужели я унюхал Криса? Наверное, да: во Флориде не так уж много других калифорнийских морских львов.

Я нырнул поглубже, чтобы никого не напугать своим спинным плавником, подплыл поближе к причалу – и не поверил собственным глазам.

Дикий и ручной

Прямо возле причала Крис элегантно, как танцор, маневрировал, выпрыгивал из воды, снова нырял, выписывал лихие виражи… с половиной рыбины в пасти. Минутку, где он её взял? Я бы заметил, если бы он её поймал.

Мне вспомнилось, как я тайком увязался за Финни и узнал, что одно из её хобби – пугать рыбаков. Неужели у каждого в этом классе есть тайна?

Поднявшись ближе к поверхности, я сумел расплывчато различить, что происходит наверху… И увидел восторженных людей, теснящихся на причале.

– Пусти меня, я тоже хочу его покормить! – крикнул маленький мальчик и попытался оттеснить девочку, которая кинула Крису рыбину. Мой одноклассник выпрыгнул из воды и, точно подгадав момент, поймал её в воздухе. Люди ликовали и аплодировали.

Крис высунулся из воды, издав характерное для морских львов блеяние, и хлопнул передними ластами, будто тоже аплодируя. За это ему досталось сразу несколько рыбин, которые он проглотил за один раз.

Одна женщина низко склонилась к воде.

– Чмокни меня, чмокни меня! – воскликнула она, и Крис, подплыв к ней, высунул морду из воды и коснулся её щеки.

Мегастрёмно!

Через несколько секунд Крис заметил меня и метнулся прочь от причала, будто за ним гналась косатка. Но было уже поздно: я давно увидел, чем он тут занимается.

– О, привет, Тьяго, – произнёс он, стараясь говорить непринуждённым тоном.

Я уставился на него:

– Серьёзно – ты позволяешь людям себя кормить и показываешь им трюки?!

– Давай отплывём подальше – если люди тебя увидят, то закричат, решив, что ты меня сейчас съешь, – сказал Крис. – Но ты ведь этого не сделаешь, правда?

Я не собирался менять тему:

– И часто ты этим занимаешься?

В голосе Криса прорезались упрямые нотки:

– А если и так, то что? Это моё дело.

– Но зачем ты это делаешь? – Я всё ещё не мог оправиться от потрясения. – Явно не от голода: за обедом ты умял две порции киша[2] с креветками.

Крис, резко повернувшись, оскалился:

– Не хочу об этом говорить, ясно?! Смени тему или помалкивай, акула!

Зубы я тоже мог показать – мои гораздо внушительнее. Крис тут же отпрянул. Я закрыл пасть.

– Ладно, сменим тему: почему ты не явился на встречу нашей рабочей группы для подготовки реферата?

В голосе одноклассника послышалось удивление:

– Я приходил, но вас не было. Я несколько минут подождал, но вы так и не появились, вот я и смотался.

От растерянности я сильнее забил хвостом, и моё акулье тело рвануло вперёд: