Катрина Сэвидж – Надежда на будущее (страница 5)

— От истощения, переживаний, низкого тонуса, стресса, испуга, переутомления. Ещё, девушка, у вас случился микроинфаркт. Вы понимаете это? Просто вы перенесли его на ногах.

— Странно, что я ещё не умерла.

— Все мы умрём рано или поздно: кто‑то из нас сегодня, кто — завтра, кто — через год, кто — через десять, а кто и ещё позже. Но факт в том, что все мы смертны. Не стоит так себя изводить.

— А какое сегодня число? — неожиданно спросила она.

Максим умер утром 12 июля, похороны — на третий день. «А сколько дней я уже в больнице? Может, его уже похоронили, а я даже не знаю?» — пронеслось в её голове.

— Сегодня 13 июля. Вам стало плохо вчера утром. Мы ввели вам успокоительное, а когда снова стало хуже — уже снотворное. Поэтому вы так долго спали.

После его ответа Алина спокойно вздохнула.

— Доктор, мне нужно уйти. Выписывайте меня, — сказала она.

Он лишь улыбнулся — так, словно услышал глупость, сказанную ребёнком.

— Нет, это бросьте. Вам ещё нельзя вставать, а об выписке и речи быть не может.

— Но мне очень нужно.

— Всем нужно. Я не имею права отпускать больных в таком состоянии.

Алина решила: пусть не выписывает, она просто сбежит.

— И не вздумай убежать, — словно читая её мысли, сказал он. — В таком состоянии далеко не убежишь, только ещё хуже себе сделаешь. — С этими словами он ушёл, окончательно испортив ей настроение.

На следующий день Алина проснулась от шума у дверей своей палаты. Накануне во второй половине дня её перевели в частную палату: врачи сказали, что жизни больше ничего не угрожает и всё в порядке, но ей нужно провести в больнице ещё некоторое время.

Она попыталась потихоньку встать — и у неё получилось. Голова не болела, лишь слегка кружилась, но это не мешало подойти к двери. За ней Алина услышала знакомый голос — без сомнения, это был Сергей Николаевич. Казалось, он хотел забрать её из больницы, но врач был против.

— Нет, я хочу, чтобы она присутствовала и провожала его вместе с нами.— Ей ещё нельзя толком вставать, а вы говорите — забирать её.— Я вам обещаю, с ней всё будет хорошо, я лично позабочусь.— А нельзя обойтись без её присутствия? - услышала она последнее. И тихонько отошла от двери и села на кровать со слезами на глазах. Слава богу, она ещё увидит его — хоть и на похоронах. Почему‑то для неё было очень важно проводить его в последний путь.

Вчера вечером её навестили бывшие одноклассницы — Лена с Викой. Они рассказали, как произошла авария. Максим ехал на большой скорости, торопился к ней. После разговора с мамой он слишком поздно заметил пешехода и резко свернул направо — ударился об столб. Если бы машина была с левым рулём, возможно, обошлось бы, но руль в его автомобиле стоял справа — ему не повезло. Большая часть удара пришлась именно на правую сторону.

Когда Максим не появился в нужное время, друзья начали ему звонить, но он не отвечал. Спустя час один из учителей предложил связаться с его отцом — тогда все и узнали, что произошло. Отменять мероприятие было уже поздно, поэтому всё оставили как есть.

Девушки также рассказали, что вечер без него прошёл ужасно — ведь он был душой компании. Алина и сама знала: несмотря на непростой характер, Максима все любили за доброту и мягкосердечность. Он никого не оставлял в беде, всегда помогал и поддерживал. Как можно не любить такого парня?

— А как вы узнали, что я здесь? — спросила Алина.

— Галина Константиновна рассказала, — ответила Катя. — Я знала, что он встречается с какой‑то девушкой, но совсем недавно узнала, с кем именно. В тот день он объявил, что скоро женится, и рассказал, на ком. Выглядел очень счастливым. Когда мы захотели с тобой увидеться, он сказал, что приведёт тебя на вечер — и мы познакомимся. Вчера мы собрались и поехали к ним, чтобы узнать, как он и в какой больнице лежит. Но то, что мы узнали, стало потрясением для нас.Для них его смерть — потрясение. Для Алины же это означало верную смерть. Как она сможет жить без него? Как смеяться, радоваться, спать, дышать? Нет, она тоже умерла: для окружающих она жива, но на самом деле скончалась вместе с ним. Сегодня она мысленно похоронит себя вместе с любимым. Для неё жизни без него просто не существует — он слишком глубоко проник в её сердце. Он был её душой и ушёл, забрав её с собой.

***

Похороны прошли как в тумане, будто всё происходило не с ней. От пролитых слёз она почти не видела дороги, но шла вместе со всеми. Самый тяжёлый момент наступил, когда гроб спустили в могилу и начали засыпать землёй.

Алина уже видела такое два с половиной года назад — когда хоронили её отца. Всегда тяжело, когда уходит близкий человек и ты понимаешь, что в мире живых вы больше не встретитесь. «Зачем люди рождаются, чтобы умирать в таком молодом возрасте? — думала она. — Ладно, они покинули этот грешный мир, а родные и близкие живут с горем утраты всю жизнь».

Как сказал один неизвестный философ: «Жить вредно, потому что от этого умирают». Да, он абсолютно прав. Жить вредно… Но почему она не умерла вместе с ним или вместо него? Неужели ей предстоит пережить ещё не все горестные и тяжёлые дни? Что ждёт её впереди? Только неизвестность… Хотя, почему неизвестность? Всё вполне понятно.

Перед ней стояли задачи: много работать, чтобы прокормить семью; вылечить маму; дать сестре должное образование; воплотить в жизнь мечту Максима; получить образование самой. И сейчас в свои двадцать четыре года она почти всё выполнила:

Она зарабатывала достаточно, чтобы содержать семью. Сестра училась в девятом классе, и у неё всё было хорошо. Мама уже почти ходила — ей оставались лишь некоторые процедуры для полного выздоровления, и Алина копила на них. Как и обещала Максу, поступила на следующий год в колледж, отучилась три года, затем поступила в вуз, уже заканчивала третий курс экономического факультета — вполне успешно, остался всего один курс (из‑за колледжа обучение было ускоренным).

Работала в магазине по ночам — это нравилось ей тем, что свободное время можно было проводить за ноутбуком: она готовила рефераты и курсовые для однокурсников за определённую плату.

Со временем число клиентов выросло, и она стала брать заказы с других курсов.

Максима она никогда не забывала — раз в неделю ходила к нему на могилу.

В тот день после похорон отец Максима отвёз её обратно в больницу, где она провела ещё около недели. К тому времени маме сделали последнюю на тот момент операцию и сообщили, что её можно забирать домой. Сестра в это время жила у соседки.

Перед выпиской врач объяснил Алине, что ей следует быть осторожной: сердечный приступ — дело серьёзное. Обычно он случается у мужчин в возрасте 35–40 лет и старше, у женщин — в два раза реже, а в таком молодом возрасте — вообще редко, если только это не наследственное.

Девушка рассказала, что её отец умер от сердечного приступа, хотя она никогда не видела его жалующимся на сердце — всё случилось внезапно. Врач пояснил, что по отцовской линии риск ниже, чем по материнской, но исключать его нельзя. Он также объяснил, что микроинфаркт так же опасен, как и обычный, — поэтому ей нужно избегать стрессов.

«Это всё ненужная информация для меня, — подумала Алина. — Переживать и волноваться, а тем самым вредить сердцу, я больше не буду. Чтобы это происходило, надо как минимум его иметь… Но у меня больше нет сердца — я умерла вместе с Максом. Так что всё бесполезно».

В день выписки она сразу поехала на кладбище — как раз был девятый день. Увидев его улыбающуюся фотографию, запечатлённую на холодном камне, Алина поняла: он навсегда останется в её памяти таким. Она обняла камень, откуда он смотрел — такой красивый и весёлый. Ей не верилось, что его больше нет. Казалось, вот-вот он встанет и придёт к ней — настолько живой выглядела фотография.

— Максим, дорогой, родной, любимый… Почему ты оставил меня одну? Ведь ты обещал, что мы будем вместе навсегда. Как я буду без тебя жить? Господи, что я тебе сделала, чем провинилась перед тобой, что ты так меня наказываешь? — прошептала она.

Алина испуганно подпрыгнула, когда кто‑то спустя некоторое время коснулся её плеча. Это, конечно же, оказался Сергей Николаевич.

— Ты не одна, мы с тобой. Встань, дочка, встань. Его уже не вернуть, но он останется навсегда в нашем сердце, — сказал он.

Она позволила ему помочь подняться с влажной земли и тут заметила его жену.

— Это я виновата, прости меня, сынок, прости. И ты, дочка, прости, — произнесла Галина Константиновна.

Алина, конечно, не поняла, в чём она виновата, но и не хотела разбираться. Мало ли что на уме у убитой горем женщины?

— Успокойся, Галя, никто не виноват. Это судьба. Он погиб, но спас жизнь девушке. По крайней мере, нашего сына не назовут убийцей, — сказал Сергей Николаевич. — Эксперт рассказал: если бы он не свернул вовремя направо, всё равно получил бы удар с летальным исходом — на этот раз не только для него.

Алина испуганно посмотрела на него, не веря своим ушам.

— Да, дочка, он свернул на полной скорости, ударился об столб… А если бы сбил девушку, он наехал бы на двоих других, которые стояли совсем близко. Хотя никто наверняка этого не знает — это просто предположение.

Они ещё долго постояли у могилы Максима. Потом Алина собралась ехать домой — почти десять дней она там не была.