Катрина Фрай – Ментальная связь (страница 6)
Не помню, сколько раз перечитала письмо. И что теперь делать с его признаниями? Воздуха в комнате стало не хватать. Сердце сдавило так, что, казалось, ещё немного, и я задохнусь. Слёзы градом катились по моим щекам.
Узнать об его интрижке с Элеонорой оказалось самым большим унижением в моей жизни. А когда я узнала, что их связь длилась не один месяц, это окончательно сломило остатки моей уверенности в себе. Что-то сломалось внутри меня. Глубоко внутри. И я чувствовала надлом каждый день. И каждый раз я невольно сжималась от страха, когда какой-нибудь парень просто смотрел на меня.
Ещё раз перечитываю письмо.
Зря я закрыла окно на кухне. Зачем вообще жить? Для кого? Твой бывший признается, что ты не такая, как Элеонора, что только с ней он испытал те чувства, которые ты не смогла ему подарить! Просто отвратительно! Предательство, оскорбление, уничтожение…
Я никогда не испытывала, как это – когда вырывают сердце из груди, но сейчас чувствуется не меньшую боль.
В тот момент, когда я узнала об отношениях Элеоноры и моего возлюбленного, всё оборвалось. Это было не просто унижение, а разрушение всего, во что я верила. Тогда каждая клеточка моего тела наполнилась болью и разочарованием. Я больше не могла доверять никому.
Слёзы застилают глаза, и я с трудом разбираю буквы. Но не нужно быть гением, чтобы понять скрытый смысл письма бывшего. Филипп говорит, что я обычная, ничем не примечательная женщина. А Элеонора – яркая, особенная, та, которая пробуждает в мужчине ранее неизведанные желания! Как Вивьен. В защиту подруги скажу: она может быть любовницей, но чужую семью она никогда не разрушит. Даже когда мужчины готовы уйти из семьи, она прекращает с ними всякие отношения.
Ощущаю, как последние осколки уверенности в себе рушатся. Любящий меня когда-то мужчина сравнил меня с соперницей. И в этом раунде я проиграла. В сухую.
Свернувшись клубком на диване, съеживаюсь, обнимая себя, отчаянно пытаясь унять терзающую боль и мелкую дрожь в теле. Не могу поверить, что тот, кого я так искренне любила, способен на такую жестокость. Ощущаю себя выброшенной вещью, ненужной и забытой где-то на краю дороги. О каких-либо новых отношениях с представителями мужского пола не может быть и речи. Страх, поселившийся в сердце после предательства Филиппа, теперь укоренился там навсегда.
Теперь, встречаясь взглядом с незнакомцем, я буду опасаться, что он увидит во мне лишь обычную женщину, которой я себя теперь считаю. Я буду бояться осуждения и насмешек.
Я одинокая и разбитая, как никогда прежде. Первым порывом возникает желание позвонить Джейсону, поделиться с братом нахлынувшей болью и гневом, но я вовремя останавливаюсь. Не хочу в очередной раз искать утешения в его объятиях.
Вивьен? Тоже не вариант, она давно спит. Мама? Слишком поздно беспокоить её подобными мелочами.
Итак, Лулу, получается, ты остаешься совсем одна, чтобы справиться с очередными неприятностями. Так тебе и надо! Ладно, соберись. Хватит быть половой тряпкой! Филипп попросил прощения, признался, что любит другую, всё кончено, пути назад нет.
Сожалею лишь о том, что встретила его и узнала, что такое настоящая любовь. Видимо, судьбе было угодно распорядиться именно так. Время постепенно исцелит раны. Да уж… с бокалом вина или виски каждый вечер. Наступает утро, и отчаяние накрывает с новой силой.
Всё. Конец.
The end.
Game over.
Вытираю слезы тыльной стороной ладони. Нужно принять душ. Вода должна смыть печаль.
Сбрасывая одежду на ходу, добираюсь до душевой кабины. Включаю воду на полную мощность. Слезы смешиваются с горячими струями, смывая в канализацию всё плохое, как мне кажется. Хочется в это верить. Сейчас мне необходимо поверить во что-то хорошее. Здесь и сейчас отправляю прошлое в небытие. Пытаюсь убедить себя, что отношения с Филиппом превращаются в воду и исчезают сквозь отверстия слива.
После водных процедур выхожу из душа, кутаюсь в тёплый махровый халат и смотрю с отвращением в зеркало на своё отражение.
Густые каштановые локоны насыщенного оттенка – цвет, часто встречающийся на полотнах известных художников. Высокие скулы и четко очерченный волевой подбородок. Кожа персикового тона, не склонная к загару, однако эффектно контрастирующая с глазами цвета виски. Стройная фигура с естественными изгибами. Никогда не прибегала к диетам и не мучила себя голодовкой.
Отец называл мои глаза цитринами. Драгоценными камнями. Но я продолжаю считать их просто цвета виски. Хотя, если верить мужчинам (до Филиппа), их привлекал не только необычный цвет, но и утонченная чувственность, которую они в них видели.
Я всегда считала таких мужчин глупцами, которых привлекал только мой необычный цвет глаз. С удивлением выслушивала их комплименты, ведь всё дело только в генетике, а не в окраске радужки. Жаль, что не многие способны увидеть такую философскую глубину.
У мамы в старом альбоме сохранилась фотография моей прапрабабушки. Многие родственники утверждают, что я – её точная копия. С одним лишь отличием: прапрабабушка происходила аристократкой. Возможно, мне тоже достался маленький генетический процентик? Но я не считаю себя аристократкой. И меня не интересуют мужчины, которых привлекает только внешность девушки. Поэтому до Филиппа у меня было всего три сексуальных партнера. Впрочем, не стоит о них и вспоминать.
Кажется, моя жизнь похожа на рай, где есть только счастье. Хотелось бы, но это не так. Никто не знает, что творится в моей душе. Мои проблемы – только мои проблемы, и никому не нужно их решать.
Появится ли скоро в моей жизни новый мужчина? Нет. Никаких отношений. С завтрашнего дня моё сердце будет свободно. Больше никто не причинит мне боль, не заставит страдать и влюбляться. У меня хватит ума не повторять прошлых ошибок. Впредь я буду внимательной, недоверчивой, подозрительной и рассудительной. Влюбленность с первого взгляда – отголоски юности и безбашенности. Лулу Макнил должна переродиться.
Жизнь преподнесла мне отличный урок, который я должна усвоить. Отличная пощечина, чтобы опомниться, осмотреться, проанализировать. Посмотреть на себя со стороны. Почувствовать превосходство и свою значимость. Правильно расставить приоритеты.
Рассматривая отражение, я нахожу себя весьма привлекательной. Нужно лишь перестать плакать и не забывать о макияже.
Выключаю свет в ванной и иду в спальню. Усталость валит меня с ног. Смотрю на часы на прикроватной тумбочке. Начало четвертого. Осталось поспать три часа и вставать на работу. Что ж, нужно искать во всем плюсы. Попробую выспаться за столько короткое время.
Опускаюсь на кровать и зарываюсь лицом в подушку. Усталость последних часов дает о себе знать. Глаза сами собой закрываются, и я мгновенно погружаюсь в беспокойный сон.
Во сне я вижу Филиппа. Его глаза, полные любви и обещаний, улыбку, которая могла заставить забыть обо всем на свете. Но на этот раз всё иначе. Я смотрю на него сквозь призму боли и разочарования, которые он причинил. И в этот момент ясность озарила меня. Я поняла, что с его окончательным уходом я не потеряла часть себя. Теперь я обрела свободу. Свободу от боли, от постоянных тревог и сомнений. Свободу быть самой собой, без страха стать отвергнутой.