Катрин Тордаши – Лунный странник (страница 21)

За ручьём деревья стояли теснее друг к другу, а заросли кустарника стали гуще. Финну не хватало его мачете. Без вспомогательных средств им ничего не оставалось, как протискиваться сквозь эти дебри, оставаясь с репейниками на одежде и царапинами на коже.

Постепенно становилось всё темнее – не только из-за того, что вечерело, но и из-за низко повисших ветвей и густой, без просветов, тёмно-зелёной кроны деревьев.

Возникло ощущение, что они входят в самую гущу Неведомого леса.

«Совсем не тревожно», – подумал Финн. Он оттолкнул в сторону ветку и взобрался на клубок корней могучего вяза. Наверху он на мгновение замер. Перед ним раскинулась широкая лощина, словно для разнообразия не совсем заросшая подлеском. Вместо этого землю здесь устилал ковёр из тёмно-зелёных листьев и крошечных белых цветов в форме звезд. Можно было подумать, что лесу захотелось отразить небо.

Держась одной рукой за дерево, Финн всматривался в это море цветов. Он поймал себя на том, что наблюдает за каким-то движением в листве. Эта лощина могла бы стать идеальным местом действия для одного из рассказов Ханны. Обняв Финна за плечи, она поведала бы ему, что среди цветов спрятан маленький городок. А в нём живут крошечные лесные духи, которые вместо шляп носят пустые раковины улиток. А цветы для них такие же громадные, как деревья для Финна.

Он улыбнулся. Ханна в самом деле умела выдумывать причудливых существ. А с другой стороны, может, её рассказы о диковинных обитателях леса были не так уж далеки от истины? Разве Финн не держал сейчас в руке такое удивительное существо?

Всё ещё улыбаясь, он взглянул на Снежка. И не сразу осознал то, что увидел.

Снежок больше не светился.

Финн не мог пошевелиться – настолько сильным оказался шок. Он услышал, как Элли и Самира карабкаются по клубку корней вслед за ним, и прошептал:

– Ну, давай же!

Может, он просто был невнимателен и пошёл не в ту сторону? Он повернулся налево, направо и опять к лощине. Слабое мерцание пробежало по коже Снежка и вновь исчезло. Но не только это: независимо от того, светился лягушонок или нет, его кожа всегда оставалась белоснежной. Теперь же она приобрела тусклый оттенок, как молоко, в которое попала капля чёрного кофе.

– Финн, всё в порядке?

Остановившись рядом с ним, Самира замерла, увидев лягушонка.

– В чём дело? – спросила Элли, заглядывая между плечами Финна и Самиры. – Вот зараза!

Финн поднял лягушонка поближе к лицу. Его рука слегка дрожала, и он надеялся, что Самира и Элли этого не заметят. Он осторожно поднёс указательный палец к мордочке Снежка. Лягушонок ткнулся в кончик пальца, но это прикосновение было очень слабым. Казалось, ему трудно поднять голову. Под встревоженными взглядами подростков Снежок скорчился на ладони и в изнеможении закрыл глаза.

– Он в порядке? – обеспокоенно произнесла Самира.

– Не знаю, – пробормотал Финн. – Что… что случилось с другими лягушками, когда они сгорели? – спросил он Элли. – Они так же себя вели?

– Не представляю! – заявила она. – Может быть. За лягушек отвечал Клик, а я всего лишь входила в отряд разведчиков.

– Думаешь, он поправится? – не отставал от неё Финн.

– Ты у нас заклинатель лягушек, – возразила Элли. – Это ты должен мне сказать!

Самира притянула к себе руку Финна с лягушонком.

– Он выглядит усталым, – отметила она. – Может, ему просто нужно немного поспать?

– Возможно, – согласился Финн.

По правде говоря, он понятия не имел, что нужно Снежку. «Заклинатель лягушек, – подумал он. – Если бы»

Финн посмотрел вперёд, в лощину. Вот где они сейчас: посреди леса, который выглядит так, словно тут никогда не ступала нога человека. А их проводник только что испустил дух. Заметив обеспокоенный взгляд Самиры, он беспомощно пожал плечами.

– Дай ему немного времени, – предложила она. – Пусть отдохнёт, а потом попробуешь ещё раз.

– Сколько у нас времени? – спросил Финн. – Я имею в виду, до наступления темноты.

Элли посмотрела на часы.

– Думаю, часа два.

При этих словах Финну стало ещё больше не по себе.

– Вернуться к забору мы не успеем, – заметила Самира, её голос тоже звучал немного испуганно.

– Никаких шансов, – подтвердила Элли. Она окинула лощину взглядом, затем сверилась с компасом на руке. – Лучше пойдём в мамино убежище. Кажется, одно из них не так далеко отсюда.

– Значит, двух часов достаточно, чтобы добраться туда? – спросил Финн.

Элли, похоже, не беспокоила перспектива плутать по Неведомому лесу после наступления темноты, а вот Финну эти заросли почти наверняка покажутся тогда уже не столь чарующими.

«Это ты решил идти сюда, – ругал он себя. – Теперь пройди этот путь без дрожи в коленках».

– Надеюсь.

Нажав кнопку на часах, Элли огляделась. Вскоре она, похоже, сориентировалась и, балансируя, двинулась к краю клубка из корней.

– Ну, пошли? – позвала она за собой, спускаясь в лощину.

Через два часа Финн понял, что Элли недооценила расстояние до убежища. Пока он мчался вслед за ней и Самирой на запад, свет в лесу угасал с пугающей скоростью.

Самира вновь надёжно спрятала Снежка в поясной сумке, и у Финна освободились обе руки. А они ему сейчас были необходимы, потому что приходилось постоянно отводить ветки или за что-то держаться, чтобы не упасть. Его антенны всё ещё были вытянуты, а тем временем звуки леса приобрели более угрожающий тон. Вокруг то потрескивало, то хрустело. Похоже, в подлеске зашевелились животные, но Финн краем глаза улавливал лишь какие-то мимолётные движения. Чем темнее становилось, тем всё больше сгущались тени, поглощая очертания кустов и деревьев. И чем меньше Финн мог видеть сам, тем острее чувствовал, что за ним наблюдают. Ночь – время охотников: лисиц, летучих мышей, сов и других голодных зверей. А они очень хорошо видят в темноте.

Финн старался держаться поближе к Самире, боясь потерять её из виду. Он то и дело выглядывал из-за её плеча, надеясь увидеть в сумерках убежище Элли. Протиснувшись между двумя стволами деревьев, он заметил вспышку света. Сначала Финн подумал, что ему показалось, но вот опять: в нескольких метрах перед ними, словно моргающий глаз, мигает зелёный огонёк.

– Стойте! – крикнул он сиплым голосом, но Элли побежала прямо к этому огоньку.

У Финна в груди всё сжалась. В одной из книг Самиры он как-то увидел изображение хищной рыбы, словно светом фонаря приманивавшей других рыб в черноте морской бездны. Водятся ли такие же хищники и на суше?

Они с Самирой бросились вслед за Элли, и Финн лихорадочно думал, что он будет делать, если кто-то выскочит из чащи, чтобы напасть на неё. Как вдруг он почувствовал себя более чем глупо.

Элли остановилась перед деревом. На нём мигал зелёный свет, но он исходил не от животного, а от кончика металлического стержня, воткнутого в ствол на уровне плеча.

Эта находка, похоже, не удивила Элли. Она дотронулась до своих часов, и дисплей погас. А потом на нём появилась зелёная точка, мигающая в такт с огоньком на конце стержня.

Самира тут же пришла в восторг:

– Эй! Это радиопеленгатор? Я думала, их больше не существует.

– Радиопеленгатор? – переспросил Финн.

– Устройство, отправляющее или принимающее радиосигналы, – объяснила Самира. – Раньше использовался для навигации. По словам Веры, пеленгаторы относятся к тем техническим штукам, которые больше не работают. Так же как мобильные телефоны и тому подобное. Это как-то связано со сломанными спутниками.

Элли тем временем двигала рукой с часами влево и вправо, точно так же, как Финн делал со Снежком.

– Они работают, если сигналы посылаются на короткие расстояния, – объяснила она. – И если передатчики получают достаточно солнечной энергии. Моя мама установила их тут целую кучу, чтобы находить свои убежища.

Самира с любопытством рассматривала мигающий передатчик. Финн почти не сомневался, что она бы с радостью вытащила его и принялась изучать.

– Сороки делают то же самое? – спросила она. – Они обозначают пути радиопередатчиками?

На этот раз Элли замешкалась с ответом, как будто не хотела раскрывать такую информацию. Но в конце концов признала это.

– Да, – произнесла она, хоть и неохотно.

– Значит, вот как вы ориентируетесь без путевых нитей, – отметила Самира. – А то я очень удивлялась.

Элли искоса взглянула на Финна.

– У нас просто нет дополнительного супероргана чувств, как у этого супербоя.

Это прозвище задело его за живое. Неужели это правда? У него есть ещё один орган чувств? Сейчас он вообще не ощущал в себе ничего необычного.

– Нам лучше идти дальше, – сказала Элли, указывая налево. – Ближайший передатчик в том направлении. Вообще-то там должно быть и убежище.

– Должно? – переспросил Финн. – Тебе не знакома эта местность?

– С такой скоростью, с какой здесь растёт лес, через час ты уже не узнаешь и этот его уголок.

Ещё раз взглянув на часы, Элли потопала прочь.

На этот раз они шли близко друг к другу.