Катрин Нестро – Темные тропы разума (страница 7)

«Начнем?»

Комната была полутемной – ровно настолько, чтобы лица казались незнакомыми, даже если ты знал этих людей всю жизнь. За круглым столом мягко потрескивал свет люстры, приглушённый, будто кто-то нарочно убрал лишнее, оставив только тени. Воздух тянул от камина запахом старых углей и барной древесины.

Игроки собирались неспешно, кто-то с бокалом, кто-то с осторожным выражением лица. Шаги эхом отдавались по старому полу. Всё казалось обыденным, но в этой обыденности чувствовался надрыв, нерв. Потревоженное равновесие.

– Ну что, начнём? – негромко произнёс Дилон, стоя у стены. Его голос был почти незаметен, но именно он стал отсечкой: разговоры стихли, взгляды устремились к столу.

Он стоял в тени, как всегда. Не бросался в глаза, не стремился быть центром. И тем не менее – слышали его все.

– Патриссия, милая, ты ведь сама хотела эту игру, – шепнула Севиль, поправляя ворот кофты.

– Да. Но ты не уходи рано. Ладно? Просто… я чувствую – будет что-то странное, – прошептала Патриссия. Она явно нервничала, хоть и пыталась это скрыть игривым взглядом.

Севиль вздохнула. Её глаза выдали раздражение. Ей не хотелось быть здесь. Она пришла ради подруги и – возможно – ради того, чтобы вырваться из своей привычной угасающей рутины книжного магазина. Но сейчас ей казалось, что она сделала ошибку.

Бармен Майкл молча расставлял бокалы, наблюдая за участниками этого мини театра. Люси закурила, не дожидаясь начала, и откинулась на спинку стула, глядя поверх дыма на Маргарет.

– Тебе не кажется, что мы все здесь как на кастинге в старую пьесу? – спросила она у журналистки.

– Нет, – отрезала Маргарет. – Здесь всё куда интереснее. В пьесах редко бывает кровь. А здесь… кто знает.

Они замолчали.

Стук каблуков отозвался от каменной стены. Томсон – бывший военный, вёл себя сдержанно. Он оглядел зал взглядом, который мог испугать даже тех, кто не знал, что за спиной у него – годы службы.

– Мы все здесь? – раздался голос от входа.

– Почти. Ждём детектива Руперта, – отозвался Майкл.

– А Юджин? – Маргарет подняла бровь. – Он вроде обещал быть.

– Он будет, – без эмоционально ответил кто-то. – Позже.

Севиль вздрогнула, услышав это. Будто кто-то наступил на её тень.

Игра началась. Никто ещё не знал, что это не просто развлечение.

Это был их первый вечер – вечер, когда маски ещё крепко держались. Но под ними уже теплилась правда. Страшная, цепкая. Такая, которая рвёт не сердце – разум.

«Карты на стол»

За столом сидело тринадцать человек. Атмосфера была напряжённой. Мягкий свет от камина отбрасывал тени на стены, делая комнату мрачной и загадочной. Многие из собравшихся оказались здесь впервые, и это только усиливало ощущение тревожного ожидания.

На столе лежали карточки и маски – внешне похожие на маски для сна, но всех их объединял один цвет: глубокий, насыщенный красный.

– Дамы и господа! – раздался бодрый голос Дилона. – Я рад приветствовать вас на нашей первой игре «Мафия»!

На лицах присутствующих промелькнули самые разные эмоции: удивление, азарт, недоумение, раздражение… и страх. Всё это только прибавляло Дилону уверенности.

– Итак, начнём, – продолжил он, выдержав театральную паузу.

– Сейчас я объясню правила, затем раздам карточки. В каждой указана ваша роль. Вы молча ознакомитесь с ней и положите карту на стол лицевой стороной вниз – чтобы никто не увидел.

Он продемонстрировал, как правильно это сделать, перевернув одну из карточек.

– Готовы послушать правила?

– Давай уже, не тяни, – буркнул Майкл, скрестив руки на груди.

– Надеюсь, правила не сложные, и я смогу их запомнить, – тревожно произнесла Люси.

– Готовы! – уверенно выкрикнул Себастьян.

– Лишь бы это быстрее закончилось… – пробормотал Томсон, откинувшись на спинку стула.

– Раз все готовы – слушаем внимательно.

Дилон начал объяснять: что означают жесты, как действуют игроки ночью и что происходит днём. Вопросы посыпались шквалом, но он терпеливо повторил правила ещё раз.

– Надеюсь, теперь всё понятно. Можем начинать!

Наступила напряжённая тишина.

– Я прошу каждого взять маску. Сейчас будет ночная раздача ролей. Будьте внимательны, когда я покажу вам жестом вашу роль.

Лёгкий шорох ткани – и тринадцать игроков скрылись за алыми масками.

– В городе ночь, – объявил Дилон.

Он двигался вокруг стола, совершая почти ритуальные жесты.

– Первый игрок просыпается. Снимает маску и смотрит на меня. Покажите число от одного до пяти. Так. Я показываю вашу роль. Засыпайте.

Одно движение, короткий взгляд – и первая карточка легла на стол.

– Второй игрок просыпается…

Таким образом, двенадцать игроков получили свои роли. Осталась последняя карточка.

– Поскольку нас тринадцать, я тоже приму участие в игре. Возьму последнюю карту, но играть буду как молчаливый игрок – голосовать только за себя и не давать столу никаких направлений. Вы можете убить меня первым ночью или выгнать на дневном голосовании, если посчитаете, что моя игра вам мешает.

Он медленно перевернул последнюю карту и сел на своё место.

– В городе наступает «утро». Маски можно снять.

Дилон улыбнулся и, откинувшись на спинку стула, оглядел собравшихся.

– На дневном обсуждении вы можете познакомиться, рассказать о себе, найти союзников… или врагов.

Игроки обменялись взглядами.

– Первый игрок, представьтесь. Кто вы и зачем вы здесь? – Дилон жестом указал на сидящего слева игрока.

– Томсон. Здесь потому, что вы все подозрительные. И мне это не нравится.

Томсон – человек, которого лучше не беспокоить.

На окраине города, у самого леса, стоит дом. Небольшой, крепкий, построенный не для уюта, а для защиты. В нём живёт Томсон – человек без прошлого, которое можно легко узнать, и без будущего, которое можно предсказать. Он не любит людей и люди не любят его, между ними образовалась взаимная неприязнь. Не то чтобы он причинял кому-то вред, но его молчаливая, напряжённая аура всегда подсказывает – с этим человеком лучше не пересекаться.

Томсон – бывший военный, подрывник. В прошлом специалист по уничтожению, по созданию разрушения в нужном месте и в нужное время. Его жизнь – это цепочка войн и спецопераций и поэтому он ценит так тишину. Не ту тишину, которая расслабляет, а ту, которая позволяет слышать малейший звук, уловить движение, почувствовать присутствие другого. Он скрытен. Ведёт закрытый образ жизни. Никто не знает, была ли у него жена или дети, да и сам Томсон не спешит раскрывать подробности. Может, его семья живёт в другом месте, может, он сам выбрал одиночество, а может, его когда-то оставили. Что-то в его взгляде – холодном, цепком – намекает: он видел слишком много человеческой жестокости, чтобы верить в привязанности. Лес – его единственный сосед. Иногда по утрам он прогуливается среди деревьев. Его высокая, широкоплечая фигура в тёмной куртке выглядит пугающе. Он ходит медленно, размеренно, вглядываясь в глубину зарослей так, словно там может появиться враг. Он не параноик, но бдительность – часть его натуры.

В городе о нём ходят слухи. Одни говорят, что он убил слишком много людей, и теперь скрывается. Другие – что он просто человек, которого предала жизнь. Томсону нет дела до этих сплетен. Он не ждёт гостей, не ищет общества. Он просто живёт так, как привык – наблюдая за миром издалека, но всегда готовый, если вдруг потребуется, снова стать тем, кем он был раньше…

– Очень приятно, Томсон. Игрок номер два?

– Рада всех приветствовать! – раздался звонкий голос. – Меня зовут Люси. Я здесь, чтобы классно провести время.

– Отлично! – Дилон оживился. – Игрок номер три?

– Хемсон. Слежу за порядком.

Помощник детектива сказал это таким тоном, что никто не засомневался: он и впрямь следит.

– Ух ты, как интересно! Хорошо. Игрок номер четыре, ваша очередь.

– Добрый вечер… – почти шёпотом произнесла девушка.

– Погромче, пожалуйста, – раздался голос с другого конца стола.