Катрин Нестро – Темные тропы разума (страница 9)

Детектив молчал. Он знал, что этой ночью жертва появится. Всё к этому шло. И теперь у него был новый вопрос – случайность ли это? Или кто-то следует правилам игры, превращая её в кровавый спектакль?

Руперт медленно выпрямился, потянулся за пиджаком и наконец произнёс:

– Время играть по их правилам.

Себастьян. Ночь, которую сложно вспомнить

Себастьян прикрыл глаза и попытался собрать воспоминания, но они ускользали, оставляя лишь отголоски ощущений – жаркие прикосновения, перехватывающий дыхание шёпот, тёплый запах духов и вкус алкоголя на губах. Всё было смутным, но одно он знал точно – ночь была бурной.

Обернувшись, он оглядел комнату. Лёгкий беспорядок говорил сам за себя – в этой спальне совсем недавно кипела страсть. Простыни сбиты, подушка упала на пол, а у окна… Себастьян прищурился. Тёмное пятнышко на подоконнике. Что это? Вино? Губная помада? Или что-то другое?

Он потянулся, чтобы коснуться следа, но замер. В воздухе витал запах, который пробуждал воспоминания – запах её кожи, её дыхания, перемешанного с дымом сигарет. Она была здесь. Но кто она? И почему он не помнит?

Работа как наслаждение

Себастьян привык получать удовольствие от всего, что делал. И его работа – это не просто сделки с недвижимостью. Он играл на желаниях людей, точно знал, какие слова сказать, чтобы они почувствовали себя хозяевами жизни, мечтателями, открывателями новых горизонтов. Он смотрел, как блестят их глаза, когда он говорил: «Этот дом изменит вашу жизнь» – и чувствовал удовлетворение, будто соблазнил человека, довёл его до точки невозвратного желания обладать.

Продажа недвижимости – это искусство соблазна. И Себастьян был его мастером.

Но теперь он сам оказался в плену неизвестности. В его комнате кто-то оставил свой след. Кто-то, кто умел играть так же тонко, как он сам.

Но что, если это была не просто ночь страсти?

Что, если кто-то хотел, чтобы он что-то забыл?

Глава 8.

«Первое тело – не последнее»

Хемсон жил неподалёку от парка и каждое утро совершал один и тот же маршрут: пересекал мост, затем сворачивал на тропинку, ведущую к пляжу у озера. Для него это была обычная прогулка, а для его пса Балта – настоящее приключение.

Балт обожал утренние пробежки. Он срывался с места, натягивая поводок, и мчался к озеру, лишь бы быстрее оказаться в воде. Почему он так любил заходить в воду, Хемсон так и не понял. Но каждое утро пёс повторял свой странный ритуал: заходил всеми четырьмя лапами в озеро, опускал морду в воду и пускал пузыри. Это выглядело забавно, впрочем, как и сам Балт – вечно лохматый, с растрёпанной шерстью, похожий на алабая, но ростом чуть меньше и с закрученным хвостом. Его шерсть была непонятного серо-рыжего оттенка, а глаза… Глаза казались слишком умными для обычной собаки.

Этим утром всё шло как обычно. Но, дойдя до моста, Балт вдруг резко остановился, повернул голову, а затем потянул поводок в сторону оврага.

– Эй, стой, Балт! Куда ты? – крикнул Хемсон, пытаясь удержать пса. – Чёрт, погоди! Что ты там учуял?

Балт задыхался от сдавливающего ошейника, но продолжал рваться вперёд. Когда он добрался до дерева, его нос уткнулся в землю, и он начал рыть.

– Да что с тобой?! – в голосе Хемсона послышалось раздражение.

Но Балт не останавливался. Он судорожно скрёб лапами землю, пока из-под рыхлого слоя не показалась человеческая рука.

На мгновение Хемсон не понял, что именно видит. Сердце ухнуло вниз. В голове металось: «Нет, это не может быть…»

Он сглотнул, отступил на шаг, но тут же взял себя в руки. Быстро одёрнул пса:

– Нельзя! Стоп! Балт, прекрати! Сидеть!

Пёс послушно сел, но скулил, дёргал лапами и рвался обратно к яме.

Руки Хемсона дрожали, когда он достал телефон. Нажал нужный контакт.

– Алло, детектив Руперт, это Хемсон… – Голос предательски дрогнул. Он закашлялся, сглотнул ком в горле и продолжил: – Я был в парке, гулял с собакой… И тут… В общем, вам надо срочно приехать. Мы в овраге, рядом с мостом.

Он отключил вызов и медленно выдохнул.

За годы службы в полиции ему доводилось видеть всякое. Но найти труп? Нет, такого с ним ещё не случалось. Он вспомнил фильмы, где детективы спокойно осматривают тела, обсуждают улики, размышляют о причинах смерти. Как им это удаётся? Как они остаются хладнокровными, когда перед тобой лежит мёртвый человек?

Место преступления было оцеплено красно-белой лентой. Полицейские прочёсывали территорию в поисках улик. Тело откопали и накрыли брезентом.

Детектив Руперт стоял над трупом, что-то изучая в руках погибшего.

Хемсон держал поводок Балта, который продолжал дёргаться и пытался приблизиться к телу.

– Отведи уже пса домой, – безразлично бросил Руперт, не отрывая взгляда от тела. – Он только мешает.

– Да… Да, конечно, детектив! Я мигом! Отведу и вернусь, – выпалил Хемсон, чувствуя, как подкашиваются ноги.

Он развернулся и потащил Балта через кусты обратно. Пёс нервно дёргался, метался, настороженно поводил носом в воздухе.

– Да что с тобой не так?! – рявкнул Хемсон, раздражённо одёргивая поводок.

В голове шумело. Мысли путались. Он не мог поверить в случившееся.

Подойдя к дому, он обернулся. Вдалеке, за деревьями, скрывалось место преступления.

«Я бы всё равно ничего не увидел… Он хорошо спрятал тело. Видимо, знал, что я могу его найти. Или что Балт учует».

Он посмотрел на пса.

– Как ты понял, что там кто-то есть? – пробормотал он, потрепав Балта по голове. – Молодец, ты хороший пёс.

Балт радостно завилял хвостом.

– Ладно, заслужил награду. Сейчас насыплю тебе еды, а сам вернусь на место.

Как только они вошли в дом, пёс бросился к миске с водой, жадно стремясь её опустошить, а затем сел рядом с пустой миской, ожидая еды.

Хемсон, не снимая обуви, прошёл в комнату, остановился у окна и осторожно отодвинул занавеску. Глянул в сторону парка. Там ничего не было видно.

«Никто не должен был его найти… Но Балт нашёл».

Хемсон резко развернулся, открыл шкафчик, достал банку собачьих консервов, вывалил их в миску.

– На, ешь. Ты заслужил.

Пёс радостно зарычал, вгрызаясь в еду.

– А мне пора, – тихо добавил Хемсон, натягивая куртку.

Вышел на улицу, закурил. Затянулся, выдохнул.

И быстрым шагом направился обратно в парк.

Люси. Секреты, которые остаются в темноте.

Люси закрыла за собой дверь, но в комнате всё ещё витал запах чужих сигарет, дорогого виски и чьей-то кожи. Это был один из тех ночных визитов, после которых лучше не вспоминать подробности. Не потому, что было плохо, а потому, что так проще.

Но в этот раз что-то было иначе.

Вспышками в памяти мелькали фрагменты – чужие руки, скользящие по её телу, горячее дыхание у самого уха, чей-то тихий, но напряжённый голос:

– Ты же знаешь, что не должна задавать вопросов, Люси.

Она не знала, кто это сказал. Или не хотела знать.

Тело болело, усталость липкой пеленой оседала на плечах, но главное – она была жива. И этой ночью никто не умер. По крайней мере, она так надеялась.

В квартире было тихо. Люси сняла туфли, бросила сумку на стул и замерла у двери в детскую. Тихонько приоткрыла – внутри спала её дочь. Маленькая, скрутившись калачиком, сжимая в руках потрепанного плюшевого медведя.

– Привет, малышка, – шепнула Люси, чувствуя, как что-то внутри болезненно сжимается.

Квартира была скромной, но уютной. Одна комната – их общая, где стояла небольшая кровать дочери и её собственный раскладной диван. Игрушки аккуратно сложены в коробку, детские рисунки приколоты к стене. Люси сама выбирала цвета для этих стен – мягкий персиковый оттенок, чтобы казалось, будто здесь всегда немного солнца.

Кухня маленькая, но на холодильнике – расписание занятий в детском саду, рядом магниты с какими-то глупыми картинками и список покупок. Люси знала: если бы кто-то зашёл в её дом, он никогда бы не подумал, чем она зарабатывает на жизнь.

Она выпила кофе, села на подоконник и посмотрела в окно. Город просыпался. Но мысли были не о городе.