Катрин Малниш – Чародей XXI века: Монстр 5 часть (страница 4)

Вампиры и Адольф приготовились. Вихров снял с пояса специальную плеть, на хлысте коей были серебряные и железные шипы. Они служили своеобразным болевым шоком для нечисти. Людей такая плеть заставляла терять сознание, а их гадов покидать тела, но тут было сложнее.

Адольфу было крайне тяжело рассмотреть за черным шлейфом демона истинную сущность девушки. Было ощущение, что Альбина слилась полностью со своим дьяволом и теперь представляла из себя лишь легальную оболочку для нахождения в людском мире.

Владислав взял запястье Альбины, чтобы прощупать пульс и понять, что делать дальше, как вдруг дверь в камере щелкнула замком с другой стороны.

Адольф и вампиры сразу же повернули головы, а Владислав, услышав утробное рычание, обернулся к Вальтек – и увидел ее изменившийся облик.

Черты лица удлинились, сделав Альбину похожей на собаку, а глаза сузились, потеряв зрачок и белое глазное яблоко. Теперь в щелках век виднелась лишь тьма.

Владислав потянулся за оборонительным клинком, но Альбина, кинувшись вперед, повалила доктора на пол и, полоснув по груди, распахнула челюсти, чтобы укусить за шею, но ее опередил Вихров.

Пуля, пущенная в грудь, заставила Альбину застыть, а потом рухнуть на пол.

Адольф отпихнул тело в сторону и, присев около Владислава, осмотрел три полосы на груди.

– Откройте камеру, быстро! – приказал Адольф, подтягивая Соколова за руку и ставя на ноги.

Вампиры начали возиться с замком, поочередно прикладывая к панели карты и что – то крича охранникам с другой стороны. Владислав же, на мгновение ощутив приток сил, отделился от Вихрова и посмотрел на лежащую рядом Вальтек.

– У нее ломка, – прохрипел медик. – Дьяволу нужно что – то. Кровь, скорее всего. И она ищет любой способ напасть.

– Что делать? – Адольф спрашивал больше из делового интереса.

– Либо накалывать успокоительными и давать заменители, либо…

– Эй! Влад!

Адольф успел подхватить врача до того, как тот рухнул на пол. Ноги внезапно подкосились, а в уголках рта образовалась белая пена. И тогда Вихров рявкнул на охрану:

– Вызывайте подмогу! Эта дрянь применила яд!

Вампиры засуетились, начав звонить наверх по мобильным, однако к результатам это не приводило.

Адольф положил Владислава на одну из кроватей, полагавшихся заключенным, расстегнул рубашку с амуницией – и осмотрел раны. Четыре глубокие полосы, на которых появилась зеленая жижа. Именно этого и боялся Вихров – реакции организма полудуха на яд Оскверненной.

– Черт…

Адольф достал свой телефон и, отослав сообщение наверх, чтобы подключали оперативников, выудил из внутреннего кармана жилета пузырек с антидотом.

Такие выдавали всем на дежурства, однако Вихров всегда не понимал, зачем. Еще никогда он не сталкивался с такой реакцией одержимого, а также не видел, чтобы двое офисных вампира не могли разблокировать двери.

Но опять же – почему?

– Что с панелью? – уточнил строго Адольф, приподняв голову Влада. – Система лагает или что?

– Не понимаем, – вырвалось у одного из солдат. – Все было нормально. Утренний обход прошел без происшествий.

– Вызвали группу?

– Да.

– Свяжите эту тварь, – он указал на Альбину. – В обсидиановые кандалы и на голодовку. Она должна максимально ослабеть.

– Есть!

Вампиры занялись Альбиной, а Вихров, осторожно влив антидот в рот Владислава, положил коллегу обратно на подушку. Еще раз взглянув в лицо врача, на котором стали проступать серые пятна, Вихров сам подошел к заклинившей железной двери и коснулся рукоятки замка пальцами.

И тут же отшатнулся.

По ту сторону стояло нечто, что невозможно было описать. Странная помесь демона и духа, при этом не имеющая ни плотной оболочки, ни тела. Просто сгусток негатива, в котором смешались злость и отчаяние.

Зло не могло проникнуть в камеру, так как стенки были обшиты обсидиановыми плитами и серебряными сетками, а под полом всегда были спрятаны механизмы с отравляющим газом. Убить он не мог, однако изрядно ослабить – вполне способен.

– Отойти, – приказал почти шепотом Вихров вампирам. – Нас тут удерживают.

– Почему открыть не получается? – уточнил вампир с белесыми волосами и желтыми глазами.

Он был худощавее своего коллеги, однако имел больше способностей в бою. Адольф сразу обратил на его руку с татуировкой змеи: символ Карателей.

У коллеги по другую руку с красными встопорщенными волосами и ярко – алыми глазенками имелась на левой руке отметина в виде лапы волка: Охотник.

Тандем, как понял Вихров.

Взгляд упал на электронную панель, верхняя рамка которой мерцала серым, после чего дух приблизился к аппарату и, достав собственную карту, провел по выемке справа. Система отозвалась длинным писком, после чего засияла красным полностью.

Замок на двери щелкнул, но так и не позволил металлу уйти в сторону. Что – то мешало снаружи. И Адольфу это надоело. Пару раз проведя картой по выемке, он поймал момент, когда аппаратура включилась в работу, воспользовался им – и нажал на красную кнопку справа от экрана.

Система экстренного открывания.

И уже здесь не помогли никакие ухищрения с другой стороны двери.

Из металлических выемок косяка выдвинулись баллоны с газом и каплями специальной воды, которые тут же стали распыляться с двух сторон для нейтрализации постороннего вмешательства.

Адольф отодвинул вампиров, после чего услышал сдавленный стон со стороны прикованной к стене Альбины. Девушка подняла голову, посмотрела с ненавистью на Адольфа – и вдруг рявкнула скрипучим, похожим на испорченную пластинку, голосом:

– Ты падешь… Твоя семья будет проклята… Я доберусь до тебя… это не конец!..

– Усмирить, – приказал Адольф, смотря с холодным равнодушием на старания демона.

Вампиры тут же выхватили из поясов шокеры и приблизились к Вальтек с привычной осторожностью. Они зашли с двух сторон, чтобы следить было тяжелее, а потом по очереди коснулись длинными черными наконечными с разрядами тела девушки.

Вместо привычного писка парни услышали душераздирающий вопль дьявола. Альбины оголила свои резцы, сжала содранными в кровь руками цепи и задергалась в конвульсиях.

В этот момент дверь наконец – то открылась – и Адольф, обернувшись, с ужасом вскрикнул, но было поздно.

Сущность, пройдя его тело насквозь и причинив острую боль, двинулась к вампирам, которые ничего не услышали из – за вопля Вальтек.

И единственное, что успел сделать Адольф, это ударить по черной сущности своей энергией, чтобы привлечь внимания солдат.

Но их дальнейших действий парень не увидел, так как провалился во тьму, распластавшись на полу и не в силах даже сжаться от боли в желудке.

Глава 3

***

Очередное январское утро после празднования Нового года оказалось не самым приятным. Хоть ломка и закончилась еще второго, Ред по – прежнему ощущал тревогу. Его иногда знобило, трясло, как в лихорадке, а вечерами вновь начало скакать давление.

И сколько бы маг ни метался по кабинету, ни звонил в группировку и брату, нигде не находил причины. Все было тихо, как в могиле.

Дома тоже, на удивление, воцарилась некая благодать: Роза пошла по поправку, Маркус стал чаще захаживать к Александре и отвлекать от дурных мыслей, а Гарри и Стас чуть ли не круглосуточно пропадали в гараже, перебирая «шкоду» Дербь.

– Ну что ты снова? – возмутилась Агнесса, кутаясь в халат.

– Не знаю, – честно признался Ред, – Тревожно – и все.

Агнесса лишь цокнула языком и, закатив глаза, наконец – то встала с дивана. Впервые за все четыре дня выходных Моура выскользнула из кровати парня и наконец – то начала собираться домой. Все – таки пятого ей нужно было выходить в дневной дозор с Вихровым.

Маг же, натянув обычный свитер и джинсы, решил наконец – то заняться делом. Отдыхать хорошо, но дело Сальвараса еще не закрыто, следовательно – на его плечах мертвым грузом лежал допрос обоих преступников.

Моура, прекрасно чувствуя усталость и сомнения мага, подошла к парню и, поцеловав к щеку, обняла за шею. Прижавшись щекой к шелковым волосам Реда, Агнесса вдруг улыбнулась и закрыла глаза. И это увидел в отражении зеркала Ред, отчего на душе стало теплее.

– Ты чего? – удивился Блейк, покрыв своими теплыми пальцами тонкие руки Агнессы.

– Просто вспоминаю момент, когда мы познакомились.

– Это такое приятное событие?

– Для меня – да. Это, по сути, мое второе рождение.