Катрин Корр – Внутри (страница 4)

Двумя секундами позже жалею, что не сдержалась, ведь мои слова могут добраться до ушей Вероники, потому что Дарина та ещё болтушка и сплетница. Одно хорошо – хотя бы немного да полегчало.

– Извини, Адель. Ты права, меня уже занесло в такие дебри, что несу всякую фигню. – Задрав голову к небу, Дарина тяжело вздыхает. По правде говоря, она самый безобидный человек в большой компании лицемерных и наглых гадюк, и она единственная, кто с самого начала относилась ко мне по-доброму. Просто очень часто Дарина забывает включать фильтрацию речи. Иногда это забавно, а иногда раздражает до чертиков. – Если я спишу это на нервозность, ты простишь меня?

– Мне не за что тебя прощать, – легонько тяну её за руку. – Просто с тех пор, как стало известно о возвращении Аверьяна, от меня будто чего-то ждут. Будто я должна броситься ему на шею и прокричать: «Дорогой и любимый брат! Ты приехал!». И совсем ничего, что я этого человека не знаю.

– Да уж. Ты права.

– А что случилось у тебя? Почему ты нервничаешь?

– Да всё из-за того же, – пожимает она плечами. – Аверьян.

– А что с ним? – не понимаю её.

– Да так, – отмахивается Дарина. – Ничего такого… Мне уже пора бежать, а то меня тут скоро побьют за задержку. Мы ведь ещё поболтаем, правда?

– Конечно.

– Расскажешь мне о своем парне! Хочу знать о нем всё!

Да. Обязательно.

– Богдан с ума сойдет, когда об этом узнает!

И ладно. Ещё один веский повод оставить меня в покое.

3

Родственники.

Друзья.

Подруги.

Мама постаралась на славу, собрав всех: кого я искренне рад видеть и с кем не хочу говорить даже за чемодан, набитый пачками долларов. Многим интересно, почему я вернулся, чем займусь, где буду жить и вообще какие у меня планы на ближайшее будущее. Как будто в течение этих лет мы не созванивались, не отдыхали вместе и вообще никому не известно, чем я уже занимаюсь.

– Хватит вам утомлять моего сына вопросами! – встает на мою защиту мама и, прильнув ко мне сбоку, запрокидывает голову, чтобы посмотреть в мои глаза. – А то ещё уедет от нас опять. И что я тогда буду делать?

– Я никуда не уеду, – говорю ей на ушко. – Но их всех очень скоро пошлю. Достали.

Тихонько посмеявшись, мама, подхватив со столика бокал с шампанским, незаметно уводит от нашей компании за 30 ту, которой за 50.

– Моя мать мне таких праздников не устраивала, – говорит Архип. – Хотя я учился вместе с тобой и точно так же когда-то вернулся домой.

– Если бы ты, как Аверьян, задержался ещё на несколько лет, то тогда бы и оказался в центре внимания двухсот с лишним человек! Не ной, – говорит ему Белла, а её сестра-близнец, потягивая из трубочки розовый коктейль, согласно кивает и издает дурацкое «угу-угу-угу». За столько лет ничего не изменилось. Одна глупее другой. – Ты отлично выглядишь, Аверьян. И у тебя татуировок стало больше, да?

Смотрю на Архипа. Пригубив виски, мой друг закатывает глаза и встает полубоком, выискивая кого-то в толпе гостей.

– Мы собираемся поехать в Бодрум в июле, – говорит Эмма. – Поедешь с нами? Будем плавать на яхте, купаться в море и много танцевать.

– Пить, курить и развлекаться, – добавляет Белла, ведя указательным пальцем по моему плечу. – Ты можешь фотографировать нас так, как захочешь.

– В любом виде.

– В любых позах.

– Никаких запретов.

– Звучит заманчиво, – комментирует Архип, мысленно высмеивая любимых дочурок компаньона своего отца. – Подумай над предложением.

– Я подумаю, – говорю и тяну терпкий и горький виски. – Кого ты всё выглядываешь? – спрашиваю Архипа.

– Богдана. Он уже должен быть здесь.

– Как будто ты не знаешь, куда он мог запропаститься! – усмехается Белла. – Если Богдана нигде нет, значит, он бегает хвостиком за…

– Бах! – пугает друг, появившись позади нее. Белла верещит, опрокидывает на высокий круглый столик свой коктейль, а тот, что в руках у Эммы, выплескивается мне на руку. – У-у, девочки, вам нужно сию минуту посетить дамскую комнату!

– Ты совсем больной? – ругается Белла, отпрянув от испачканного столика. – Это платье стоит целое состояние!

– Идиот! – бросает Эмма, и они с сестрой спешно уходят чистить пёрышки. Они абсолютно всё делают вместе. Даже жутко от этого. – Где тебя манерам учили?

– Я не нарочно! – поднимает Богдан вверх руки. – Просто хотел пошутить.

Внимательный официант приносит салфетку, и я вытираю липкую руку.

– Ты как раз вовремя, – говорит Архип. – От них уже уши вянут.

– Я тебя спас? – толкает меня Богдан в плечо.

– Близняшки подросли, – говорю, оглянувшись на них. – Помню их ещё малолетками.

– Да, – смеется Богдан. – У них тогда прыщи на лице появлялись одновременно и в одинаковых местах.

– Ты и такое помнишь! – качает головой Архип. – Кошмар.

– И что они рассказывали? Небось демонстрировали непревзойденное искусство соблазнения?

– Меня от такого искусства коробит, – комментирует Архип.

– Так это было оно? – говорю, и мы с Богданом смеемся.

– Привет, мальчики! – здоровается мама, словно её и не было с нами пять минут назад. – Как настроение?

– С вашим появлением, Вероника, стало ещё лучше! – отвечает Богдан. – Вы сегодня просто изумительно выглядите!

Мы с Архипом переглядываемся. Подлиза.

– Спасибо, дорогой! Ты подстригся?

– Вы очень внимательная, – улыбается друг. – Моя мама до сих пор не понимает, что такого во мне изменилось.

– Я хотела спросить, – обращается мама к моим друзьям и почему-то уменьшает громкость своего голоса, – вы не видели Адель?

Слегка растерявшись, Богдан проводит указательным пальцем по лбу, потом смотрит на меня и вновь опускает глаза на мою маму.

– Нет. Я вообще-то тоже её искал и хотел у вас спросить. Кхм.

– Я ей звоню, но она снова недоступна. Почему у нее со вчерашнего дня выключен телефон?

– Понятия не имею, – комментирует Богдан, опустив необъяснимо виноватый взгляд. – Может, разрядился. Кхм.

– Ладно, – напряженно улыбается мама и оглядывает нас, – будем надеяться, что она вот-вот приедет. Я ей говорила, что без нее ужин не начнется.

– Адель может не приехать? Она вам что-то говорила? – тут же спрашивает Богдан и на мгновение замирает, словно осознает, что сказал это, не подумав.

– Я видела её сегодня. Она сказала, что обязательно приедет. – Мама поднимает на меня осторожный взгляд. – Отдыхайте, мальчики. Скоро я к вам ещё подойду.

В нашем тесном кругу повисает странное молчание и, если бы его не нарушила кузина Архипа, повисшая на мне с радостными воплями, я бы прямо спросил: какого черта они все так напряглись?

– Ты здесь! Ты приехал!

– Дарина, – смотрю на нее. – Отлично выглядишь.

– Благодарю, – светится она от счастья. – Ты тоже ничего. Брутальный и свирепый снаружи, но мягкий и нежный внутри.

– С чего это ты взяла, что я мягкий и нежный внутри?

– Звучит, как реклама плавленого сыра, – ежится Архип.