Катрин Корр – Хорошая девочка (страница 17)

Я всё никак не могла набраться смелости взглянуть в глаза человеку, которому когда-то солгала.

Я подставила его.

Проигнорировала.

Сделала посмешищем.

«Вот же избалованный идиот! Как он кричал, а с какой надеждой смотрел на любимую мамочку! Глупый пацан, которому точно выбили клюшкой мозги!» — зазвучали в моей голове голоса мамы и Феликса.

Я ведь так надеялась, что эта темная глава моей жизни навсегда осталась в прошлом, погребенная под грузом счастливых моментов, которые я старательно для себя создавала! Я думала, что смогла вырваться, убежать, спрятаться!

Нокакбынетак.

А ведь я чувствовала, что мне не нужно приходить сюда.

Вдох-выдох.

Наконец я повернулась. Сердце в груди колотилось, кончики пальцев больно покалывало, а в голове грохотал оркестр. Приветливая улыбка с моей стороны была бы неуместной, так что я просто подняла глаза на парня, который определенно всё ещё мечтал прикончить меня. Именно это внушало мне мое сознание. Он никогда не посмотрит на меня иначе, не изменит свое отношение, не попытается понять.

«И это нормально. Это логично и объяснимо», — убеждала я себя, стремительно погружаясь в бездну красивых изумрудных глаз…

Вот только их обладателем был совсем не тот дерзкий, боевой парень, каким я его запомнила. Передо мной стоял возмужавший мужчина, излучающий особое спокойствие и уверенность, что, несомненно, привлекало женщин.

Онвыглядитстаршесвоихлет.

О, да. Передо мной стоял мужчина. Казалось, для него в этом мире не осталось ничего неподвластного, ничего, что могло бы охватить его разум бурлящей тревогой и толкнуть на импульсивные поступки. Он казался совсем не тем Каем Мюллером, который не раздумывая сломал Феликсу нос и был готов разрушить всё до основания ради своей семьи. Ради правды, которая из-за меня так и не увидела свет.

Я замерла, наблюдая за ним в ожидании неизбежного. До меня уже доносились громкие оскорбления, готовые обрушиться смертоносной волной. Но Кай, чье лицо за прошедшие годы стало лишь выразительнее, отмеченное легкой сетью морщин, придававших ему благородства и притягательности, смотрел на меня с немым вопросом: почему я всё ещё не поздоровалась с ним.

— Ты никогда мужиков голых не видела? — спросил он со скучающим видом.

Его черные волосы стали длиннее. Мокрые и слегка взъерошенные, они падали на высокий лоб, пока огромная пятерня снова не отбросила их назад.

—…В смысле? — заморгала я.

— В прямом! — усмехнулся Кай и взглянул на Сару так, словно спросил её: «Ты кого мне в очередной раз подсунула?» — У тебя шок? Или вот-вот случится какой-нибудь припадок? Чего застыла?

— Я бы на её месте тоже «застыла», увидев в спальне босса какого-то мужика с голой задницей! — встала на мою защиту Сара. — Говорю же, нужно всегда придерживаться четкого плана и времени. Никто из нас не ожидал увидеть тебя здесь так рано, Кай!

— Ну, простите, дамы, что нарушил ваши планы! — бросил он с безобидной иронией в низком голосе и направился к холодильнику. — Я не нарочно, поверьте.

Я стояла, как вкопанная, не понимая, как он мог не узнать меня.

— Я правильно понял, что в моем доме кто-то живет, пока меня нет?

— Бывает, кто-то пользуется душем и туалетом, — ответила Сара с издевательской улыбкой, после чего подмигнула мне. — Уже который год не можем поймать негодяя.

Кай выглянул из-за дверцы холодильника и снисходительно посмотрел на нее.

Оннеузналменя.

— Надеюсь, ты пошутила.

— Надейся.

Кай закатил глаза и принялся доставать продукты из холодильника. Он составлял их на кухонный остров, пока я отказывалась верить, что он не увидел во мне ту жалкую и бессовестную девчонку, какой я была семь лет назад. Неужели я настолько изменилась?

— Селин, и давно ты здесь работаешь? — спросил Кай, пытаясь найти что-то в ящиках. — Где все ножи?

— На том же месте, где и всегда, — ответила ему Сара. — И её зовут Севиль, а не Селин.

Вот сейчас. Ещё секунда — и ему в голову придет озарение.

— Севиль? — повторил он, нахмурив широкие брови. — Знакомое имя.

Не понимаю, почему я всё ещё здесь. Какого черта не убралась сама, пока меня не вышвырнули со скандалом?

— Вспомнил!

Этобылонеизбежно.

— Певица! — добавил Кай, вынув из ящика керамический нож. Он неодобрительно осмотрел его, потом вопросительно взглянул на Сару: — А нормальный есть? С самым обыкновенным лезвием?

Пока они с Сарой подтрунивали друг над другом, я, казалось, совсем не ощущала собственного тела. Честно говоря, я вообще не понимала, что происходит. Тот самый Кай Мюллер, однажды протянувший мне руку помощи, в которую я бессовестно плюнула, просто готовил завтрак. Может, это всё просто ночной кошмар, случившийся на фоне стресса?

— Так сколько ты здесь работаешь, Севиль? — повторил Кай вопрос, вливая молоко в миску к яйцам.

— Это мой первый рабочий день.

И последний. Как только шок отпустит меня, я скажу Саре, что не могу здесь работать.

— Это что-то новенькое, — усмехнулся он, взбивая вилкой смесь для омлета. — Эксперименты продолжаются. Возлагаешь на новенькую большие надежды? — спросил он Сару.

— Я уверена, у Севиль всё получится. Если, конечно, ты не будешь нарочно её доставать.

— Нарочно? — деланно удивился он. — Я вообще такими вещами не занимаюсь.

— Будь добр, не расхаживай больше по дому в чем мать родила.

— Во-первых, я не знал, что здесь кто-то есть. И в чем мать родила я по дому не расхаживал. Своему дому, — как бы напомнил он. — Я вышел из душа без одежды, потому что обычно нормальные люди так и делают. Это во-вторых. Ну, а в-третьих, — усмехнулся он и, выливая жидкую смесь на сковороду, посмотрел на меня, — Севиль, если ты настолько впечатлительная, то можешь сразу уходить отсюда. Мне твои слезы и внезапные ступоры не нужны.

Сара издала напряженный вздох и повернулась ко мне:

— Севиль, ты не могла бы подождать меня на улице? Нам с Каем нужно кое-что обсудить.

— А именно — тебя, — добавил Кай, посыпая омлет специями. Накрыв сковороду стеклянной крышкой, он взял огурец и стал ловко нарезать его на кольца. — Я скажу Саре, что ты мне не подходишь, а Сара будет убеждать меня в обратном. После недолгой дискуссии ей придется со мной согласиться, ведь окончательное решение только за мной.

Меня поразила его прямолинейность, граничащая с откровенной наглостью. Он даже не смотрел на меня, когда говорил.

— В таком случае, — сказала я импульсивно, — объясните мне, почему я вам не подхожу?

Вообще-то, ядолжнауйти.

— Ты забитая, зажатая и закомплексованная, — не раздумывая, ответил Кай, продолжая нарезать овощи. — Ты стоишь на одном месте уже несколько минут, словно приросла к нему. А всё из-за чего? Увидела «настоящий ужас»? — усмехнулся он. — Если тебя настолько испугал мой член и голый зад, то что с тобой случится, когда я скажу тебе привезти мне упаковку презервативов, например? Ты в обморок упадешь? Или зарыдаешь?

— Если моя работа заключается в том, чтобы своевременно обеспечивать вас средствами контрацепции, то этовы не подходите мне, а не я вам.

— Севиль, ничего подобного не будет! — вмешалась Сара, бросив на Кая осуждающий взгляд.

— Почему же не будет? — посмеялся Кай. — Личная помощница на то и личная, что беспрекословно выполняет приказы своего босса. В течение дня они могут быть как связаны с моей работой, так и не иметь к ней никакого отношения. Нужно уметь подстраиваться под ситуацию и, разумеется, меня. Ничего личного, но разве ты на это способна?

Меня задел его тон, в котором так и разило высокомерием и насмешкой.

— Только если в этих обязанностях нет пункта: «Громко, оживленно и со всей страстностью восхищаться членом босса всякий раз, когда ему вздумается его продемонстрировать». Ничего личного, — добавила я с улыбкой, — но восхищаться-то особо не чем.

—…Так, — замялась Сара, глядя на нас, — давайте немного выдохнем! Я не понимаю, что происходит, и понимать не хочу. Кай, ты пока завтракай и отдыхай с дороги, а мы с Севиль поедем в главный корпус, и я с радостью покажу ей, что и как тут устроено. Собственно, именно так мы и планировали поступить, пока ты не свалился как снег на голову!

Сара спешила скорее поговорить со мной наедине и наверняка оправдать хамское поведение своего босса, списав его на усталость после долгой дороги. Однако, независимо от её аргументов и моего нежелания её расстраивать, я ни при каких обстоятельствах не останусь работать на Кая Мюллера. Покупать ему презервативы? Да это просто возмутительно! Может, мне ещё выполнять весь цикл: надевать, снимать и утилизировать их за него?

— А ты вцепилась в нее, — усмехнулся Кай, продолжая заниматься готовкой. Не знаю почему, но меня возмущало каждое его слово. Он глянул на потемневшую от злости Сару, а когда перевел глаза на меня, мое дыхание вдруг остановилось. Лишь на короткое мгновение страх быть узнанной пересилил раздражение. — Ладно, — сказал он так, словно делал мне одолжение, — даю тебе три дня на то, чтобы доказать свою компетентность. Если я останусь доволен, работа твоя.

— Спасибо, конечно, но, как я уже сказала, вы мне не подходите. Поэтому мне нет смысла вам что-то доказывать.

—…Севиль, я думаю, ты совершаешь ошибку! Зачем торопиться? — запаниковала Сара, телефон которой стал громко дребезжать. — Не стоит принимать поспешных решений, поскольку… Вот черт! — рассердилась она, глянув на экран. — Опять звонит этот болван! Я ведь уже всё объяснила!