Катрин Корр – Хорошая девочка (страница 11)
Сара включила освещение в небольшой гостиной, плавно перетекающей в современную кухню на невысоком подиуме. Она проверила наполненный продуктами холодильник, провела пальцем по поверхностям парящих полок, потом заглянула в бар и оценила его содержимое. Удовлетворенная увиденным и чистотой, она заметно расслабилась и сказала, что теперь нам нужно проверить спальню.
— Постельное белье, как и прочие принадлежности личной гигиены, меняются каждый день. Сотрудники осведомлены, но всё же постарайся следить, чтобы доставка продуктов, стирка, уборка другие мероприятия проводились ежедневно. Фильтры для воды должны меняться каждые две недели, а квадроцикл в гараже всегда должен быть заряжен. Он на аккумуляторе. Всю информацию я оставила на твоем столе в главном здании. Чуть позже ознакомишься.
Пока я пыталась перестроить сознание на совершенно незнакомый лад, Сара отвлеклась на телефонный звонок. Она вышла на улицу, оставив стеклянную дверь чуть приоткрытой.
Мне действительно хотелось верить, что, работая в «Мельнице», я смогу набраться полезного опыта, достичь профессионального роста и обрести стабильность. Но пока что у меня складывалось ощущение, будто меня наняли в качестве няньки для пятидесятилетнего, а то и старше, мальчишки.
Мой взгляд скользнул по бездушной, но заметно дорогой мебели. Интерьер был безупречным и модным, но совершенно неуютным и холодным. Конечно, этот дом являлся лишь временным пристанищем для своего хозяина, и всё же, со слов Сары, он всегда жил именно здесь. Неужели за столько времени ему не хотелось оставить хоть немного чего-то личного? Какие-нибудь фотографии, например, любимые книги в кабинете, или сувениры.
Я увидела, как Сара, продолжая говорить по телефону, медленно спустилась с крыльца. Решив, что на правах личной помощницы взрослого мальчишки мне разрешено беспрепятственно перемещаться по его дому, я направилась в коридор, в котором было три двери. Первая вела в небольшой гостевой туалет, где всё сияло чистотой. За второй дверью располагались котельная и постирочная. Третья, очевидно, вела в спальню хозяина.
Меня насторожило, что эта дверь, в отличие от других, была приоткрыта. Может, горничная всё ещё была здесь и наводила порядок? Прежде чем заглянуть в комнату, я остановилась и прислушалась к тишине.
«Никого нет, — подумала я. — Просто забыли закрыть».
Я коснулась двери кончиками пальцев. Она подалась легко, и как только спальня босса предстала моему взору, я моментально окаменела. Впереди, у распахнутого окна, где белый тюль, подхваченный сквозняком, трепетал, как призрачный дымок, стоял обнаженный мужчина. С его черных волос струилась вода, стекая по широкой спине к узким бедрам. Высокий и статный, он обладал телом, выточенным часами упорных тренировок. Каждый мускул был натянут, как струна. Линия позвоночника узкой дорожкой проходила между двумя половинками-холмами играющих мышц.
Прежде чем обладатель впечатляющих форм обернулся, замерев перед этим на короткое мгновение, я успела сообразить, что он оказался здесь по ошибке. Что он, скорее всего, наглый и пронырливый сотрудник комплекса, который решил принять душ в доме босса, пока тот отсутствовал. И явно делал это не впервые. Я уже была готова наброситься на него с обвинениями, как вдруг наглец с тем же спокойствием развернулся ко мне, и мои глаза моментально опустились на его член.
Я не знала, как заставить глаза подняться обратно к его лицу, которое даже не рассмотрела. Бессовестный тип просто стоял, расставив длинные ноги на ширине плеч. Кажется, он протирал полотенцем голову. Я не была уверена в том, что он делает, поскольку, как идиотка, таращилась на его впечатляющий половой орган.
— Какими же трудными бывают люди! Я ему говорю, что блок нуждается в замене мозгов, а он пытается убедить меня, что всему виной сломанный рычаг!
Голос Сары, доносящийся из прихожей, подействовал на меня отрезвляюще. Я резко закрыла дверь и поспешила к ней, чувствуя себя странно и неуверенно. А ещё у меня, кажется, поднялась температура.
— В спальне всё в порядке, да? — уточнила Сара, когда я появилась в гостиной. Тон её голоса выражал удовлетворение моими действиями, которые я, на самом деле, так и не совершила. — Эти лентяи с самого утра мне давление поднимают! Только представь, два дня назад у нас полетел…
—…Сара, — подошла я к ней близко, — там какой-то парень! В спальне.
— Что? — тряхнула она головой и подняла очки на лоб. — Какой ещё парень, не поняла?
— Голый. Кажется, он только из душа вышел.
— Ничего не понимаю, — часто заморгала она, и возмущение с каждой секундой густело на её лице. — Опять двадцать пять, что ли? И кто на сей раз такой наглый вздумал заявиться сюда и… Твою же мать! — громко воскликнула она, увидев, по всей видимости, обладателя зрелищного члена. То есть, форм. Тела. Не важно. — Какого черта ты здесь делаешь?
С самым воинствующим видом Сара обошла меня и направилась к болвану, которого вот-вот уволит за вопиющую наглость.
— Ты ведь говорил, что прилетишь в обед!
— Планы изменились. А ты, вижу, так счастлива меня видеть. Ещё чуть-чуть, и прожжешь во мне дыру от радости.
Что
— Когда-нибудь я тебя точно убью, Кай!
— Это ещё за что?
— За то, что ты в который раз рушишь мои планы! До твоего приезда у меня был расписан каждый час, а теперь…
Что Сара только что сказала? Как именно назвала его? Мне не послышалось?
—…всё пойдет наперекосяк, потому что ты прилетел на несколько часов раньше, Кай! Ты ведь знаешь, я очень зациклена на времени.
Кай
Мое горло сдавила невидимая рука.
— И разумеется, я рада тебя видеть. Иначе и быть не может.
Кай
— Вот так бы сразу, а то уже убивать меня собралась.
— Но я возмущена, что никто из персонала не сообщил мне о твоем приезде. Как это вообще понимать? — негодовала женщина с деланным недовольством. — Что ты улыбаешься?
— А почему бы мне этого не делать? Я тебя несколько месяцев не видел, а ты так похорошела.
Они смеялись и общались как старые, добрые друзья. А у меня же лопались сосуды в голове от напряжения, потому что лично я знала только одного человека с именем персонажа из известной сказки. Я убеждала себя, что теперь оно стало модным и его носил каждый третий, но черта с два это было правдой.
В моих глазах стали появляться темные пятна, уши словно заложило, но неприятный писк всё равно прорывался сквозь густой поток непрерывного шума.
Это мог быть другой Кай. Не имеющий никакого отношения к Каю Мюллеру Кай.
Это ведь очень распространенное имя! Оно уже давно стало популярным!
— Кай, познакомься…
Он точно узнает меня.
— Это твоя помощница…
Мое имя напомнит ему о семье, частью которой я когда-то являлась.
— Севиль, — представила меня Сара, а я по-прежнему не решалась повернуться.
Глава 6
6
Теперь всё встало на свои места. Всё обнаружилось и решилось в самые сжатые сроки.
Как бы хреново это ни звучало, но такой расклад мне был по душе. Моя интуиция в очередной раз меня не подвела: этот тип был конченым ублюдком, и девчонка, просидевшая весь вечер застывшей статуей, прекрасно об этом знала. И раз её слепая и недалекая мамаша до сих пор жила с этим уродом, значит, ей о его домогательствах она не рассказывала.
— Я ничего не сделал! — верещал Феликс, как резаный поросёнок. — Я ничего не…
— Я всё слышал, идиот! Слышал и видел.
Взяв девчонку за руку, я отпустил Феликса, и тот, размазней, скатился по стене на пол.
Жалкий кусок дерьма. Как отец мог не разглядеть в нем столь очевидное притворство? Его наглость, желчность и злоба читались в каждом движении, сочились из каждой поры, искажая черты завистливого лица. Этот год начался для него с катастрофы. И похоже, что теперь вся его жизнь будет такой же, ведь его действия в отношении несовершеннолетней девочки попадали под действие закона. Моя мама будет потрясена, но, пожалуй, не больше, чем Аглая.
Неожиданно дверь в кладовку резко распахнулась. В дверном проеме, едва держась на ногах, стояла Аглая. Её лицо, измазанное красной помадой, блестело от слез, волосы растрепались, платье перекрутилось.
«Какого черта она здесь делает?» — подумал я, ощутив дуновение прохладного воздуха.
—…Фел, — с трудом произнесла Аглая, дав волю слезам. — Феликс… Любимый, прости… Прости меня…
Простить
— Что такое? — вскарабкался тот по стене, вытаращив крошечные глазенки. — Аглая, что с тобой? Почему ты так…выглядишь?
—…Кай, — вдруг произнесла она мое имя сквозь жалобный всхлип. — Твой отец…он изнасиловал меня.
Сказав это, она рухнула на колени и громко зарыдала. Её крики уносились по длинному коридору, проникая вглубь дома, как безжалостные преступники.
—…Мама, — произнесла девчонка и упала перед ней на колени. — Мама, не плачь! Мамочка…
— Аглая, что ты только что сказала? — оттолкнул девчонку Феликс и обхватил ладонями заплаканное лицо невесты. — Повтори, Аглая! Повтори!
—…Дми…трий Мюллер изнасиловал меня, Феликс. Он сделал это со мной…прости, пожалуйста, прости…
Я не верил своим ушам, не верил глазам, не верил времени, ощутимо увеличившему скорость. Мне казалось, что с каждым разом, когда опускались мои веки, а потом с трудом поднимались, в этом мрачном и тесном пространстве появлялся кто-то новый.