Катрин Исаева – Первая люболь (страница 19)

— Хорошо, хорошо… Только, Дим, я боюсь идти домой-й! — Анька спрыгнула с подоконника, делая шаг на встречу, — Может, проводишь меня?! — молитвенно сложила ладони на груди.

Твою мать.

Внезапно дошло — на это всё и было рассчитано!

Наивный дурачок.

— Хорошо. Но это в последний раз! Кончай шастать вечерами по дворам или заведи себе телохранителя! Только оставь меня в покое…

Роза

Обработав рану на руке, я вернулась в комнату, продолжая любоваться своей восхитительной тёзкой. Поставила её в прозрачную стеклянную вазу на письменном столе, и уже минут пятнадцать не сводила глаз от манящих упругих алых лепестков.

Кричать хотелось от разрывающих эмоций: смеси радости, страха, негодования, приправленных шоком. Всем этим сполна меня обеспечил — Дима Воинов.

Двойной, настойчивый звонок в дверь, заставил вздрогнуть.

Боже, неужели поклонник оказался более упорным, чем я думала?! Часы на растрескавшейся панели «андроида» показывали четверть десятого. Спустя несколько секунд в коридоре послышались оживленные голоса и шаги. Сперва, меня посетило нехорошее предчувствие, а следом за ним на пороге спальни показался Азат.

— Роза, мы с отцом решили сделать вам сюрприз! — одноклассник всучил мне здоровенный букет цветов, смачно мазнув губами по щеке.

— Ох, действительно, сюрприз… — я неловко попятилась.

— Дочка, Азат, пошлите на кухню чай пить! — мама, показавшаяся в дверном проеме, сжимала в руках еще более внушительный «веник».

— Спасибо, но я не голоден! Хотел, чтобы Роза проверила мою домашку по русскому…

— Ох, конечно-конечно, не буду вам мешать! — Азат и мама обменялись понимающими улыбками, будто были знакомы сто лет.

— Хорошо, только сперва принесу вазу для цветов… — натянуто улыбнулась, с облегчением выпархивая в коридор.

Вернувшись в комнату, во рту стало очень сухо, а губы приоткрылись от потрясения.

— Роза… прости… Случайно задел, и она перевернулась…

Поднесла ладонь ко рту, пытаясь заглушить крик обиды и негодования. Чудом не разбившись, ваза лежала на коврике под столом, а подарок Мити, с переломленным стеблем, валялся у Арабаджана в ногах.

— Моя роза… — расстроенно осела в кресло.

Горло свело от подступающих слез.

Хотелось отхлестать его самыми ужасными словами, но вместо этого, с трудом сдержавшись, я вытерла воду, подняла вазу, убрала переломленный цветок с глаз долой, поставила новый букет, и, с отсутствующим видом, указала на тетрадь с каракулями, тихо поинтересовавшись.

— Ну, что у тебя там?!

— Проверь, пожалуйста! — бросил одноклассник, поигрывая мускулами рук.

— Хорошо. Только не отвлекай. — глаза забегали по строчкам, спотыкаясь о бесконечные ошибки.

Минут двадцать мы провели в оглушающей тишине, а затем, положив свой айфон поверх тетради, незваный гость, ухмыльнувшись, сказал.

— Смотри-ка, Краева выложила сторис из хаты! Они с Воиновым тоже решили заняться домашкой на ночь глядя…

Увы, на этот раз прогулка не состоялась… Огромное спасибо за отклик!!!

Глава 22.1

Сглотнув нехороший осадок, я несколько секунд рассматривала фотографию из Инстаграма Краевой: она жизнерадостно лыбилась, наложив на себя фильтр с кошачьими ушами, а на заднем плане угадывался профиль Воинова.

— Давай не будем отвлекаться. Я проверю твою работу, и начну готовиться ко сну. Что-то голова разболелась.

— Роза, ну, спать в десять вечера — это же скучно! Хочешь, покатаемся по дворам на батиной тачке?! Он отдаст внедорожник, как только мне исполнится восемнадцать! — пригладив бровь рукой, с гордостью поведал Азат.

— Спасибо, но я, правда, очень устала и хочу спать, — выразительно посмотрела однокласснику в глаза.

Да, Воинов быстро утешился, и сломанная роза уже не казалась такой уж трагедией. В эту секунду я поняла, что нужно сосредоточиться на учебе и подготовке к школьному спектаклю, а всё остальное не так уж и важно…

Перед сном мне снова написал Мститель.

Какое совпадение — он объявился ровно в тот день, когда Дима активизировался. Одного не понимала, зачем устраивать этот цирк с подставной анкетой, если парень, итак, мог открыто мне написать?! Ради любопытства я всё-таки подыграла находчивому однокласснику.

ВОИН

— Садись! — обратился к брату, показавшемуся в дверях кухни.

Вид у него был усталый, глаза смотрели недобро.

— Ну, извини! Я погорячился! — отрезал толстый кусок колбасы, и, положив ее на хлеб способом, которым учил небезызвестный кот Матроскин, протянул Богдану.

Родственник неохотно уселся напротив, все-таки принимая бутерброд.

— Почему ты ничего мне не рассказал про участие в школьной постановке?! — серьезно свел брови.

— Чтобы целыми днями выслушивать твои издевки и смешки?! Ты ведь настаивал, чтобы я записался на бокс или каратэ! А тут школьный театр! — братишка горько усмехнулся.

Мы помолчали.

— Чем черт не шутит?! Может, скоро будем смотреть тебя в кино? — похлопал его по плечу.

— Митька, отвали! — Богдан не смог сдержать улыбку.

— Хватит строить из себя обиженку! — я замахнулся на него палкой колбасы.

— Ладно-ладно. Только… — вдруг в его умных голубых глазах появился отблеск прозрения. — Всё дело в Розе, да?! Ты так по-хамски повел себя, потому что застал Пчелкину у меня в спальне?!

— Да брось! — неловко закинул руки над головой, отводя взгляд.

— Вот, значит, кто растопил сердце хулигана?! — ликующе протянул Богдан.

— Давай закроем тему… — поднялся, не желая продолжать разговор о личном.

— Мить, может, тогда не будешь спешить с армией?! Если поступишь в универ, дадут отсрочку!

— Бо, ты издеваешься, да?! Какой мне универ?! Я даже не начинал подготовку к ЕГЭ! — бросил уже в дверях.

— С твоими мозгами и памятью можешь подготовиться за несколько недель! Я-то знаю…

Глава 22.2

РОЗА

Дни неслись, словно вихри снежинок на сильном ветру.

До постановки осталось всего несколько дней. Так как спектакль был основан на реальной истории любви, премьеру назначили на четырнадцатое февраля, в день Святого Валентина.

Меня настолько поглотила роль, что я перестала обращать внимания на Краеву, Воинова, Арабаджана и всё свободное время посвящала репетициям. Наконец, на смену удручающей скованности пришла долгожданная свобода.

Я уже не играла, я жила!

— Войне не удалось нас сломить…кхэ…кхэ… — конец реплики моего партера затерялся в припадке лающего кашля.

— Богдан, дорогой, да что с тобой?! — Карина Сергеевна устремила на парня растерянный взгляд из-под коротких жестких ресниц.

— С утра не могу нормально продышаться! — он смущенно взъерошил волосы цвета вороного крыла, зайдясь новым приступом.

— Ну, вот, доходился в ботинках на рыбьем меху! Не хватало только разболеться к премьере! — режиссер негодующе всплеснула руками.

— Карина Сергеевна, я вас не подведу! Если надо будет, закинусь таблетками и приползу на последнем издыхании… — заверил Богдан, вытирая пот с побледневшего лба.