Катинка Энгель – Удержи меня. Здесь (страница 42)
Молодым людям определенно нравится зрелище. А молодых людей здесь много. Снова оглядев гостей, прихожу к выводу, что их даже слишком много, чтобы это можно было назвать совпадением. Как говорила Зельда? Родители ищут ей мужа? Что ж, кажется, на ее день рождения они придумали что-то особенно мерзкое. Презентовать человека таким образом! У меня внутри все кипит, как бы я ни пытался успокоиться. Иначе у меня не получится дождаться понедельника. Но это необходимо. Я
Вижу, как некоторые из парней обмениваются взглядами и перешептываются, когда приближается Зельда. Такое ощущение, будто они все бьют мне кулаками в живот.
Несколько мужчин постарше отделяются от толпы и идут навстречу Зельде и ее отцу. Вежливо здороваются, поздравляют Зельду. Один из слизняков, которые до этого сидели в баре, следует их примеру. Он, едва касаясь, целует Зельду в обе щеки. Потом обнимает. Я собираюсь отвернуться, потому что не могу выдержать это зрелище, как вдруг наши взгляды встречаются. Невыносимо видеть в ее взгляде невысказанные слова, и я знаю, что нужно отвернуться, но ее синие глаза не позволяют мне этого сделать. То, что сейчас происходит, – безумство. Мне сдавливает грудь, легкие сжимаются. Прежде всего я должен позаботиться о том, чтобы выбраться из сложившейся ситуации с наименьшим ущербом для себя. Но образ Зельды – каким бы искусственным он ни был – не отпускает меня. Она застывает в объятиях парня, но быстро опускает руки. В одно болезненное мгновение ее взгляд отрывается от меня, Зельда отстраняется от поздравляющего и поворачивается к следующему. Она словно вышла из оцепенения и только теперь заметила, что происходит вокруг. Что это означает? Наверняка все это лишь игра. Мы будем вместе. Другой вариант невозможно представить. Так ведь?
Развернувшись, делаю вид, что режу лайм. Чувствую, как под белой рубашкой по моей коже бегут мурашки. Как человек может находиться так близко к тебе… и одновременно далеко? Она все еще будоражит меня. Естественно. Она самая невероятная из всех, кого знаю.
Закрываю на секунду глаза и делаю глубокий вдох и выдох. Всего пара часов. Что такое пара часов? Это работа, и я выполню ее во что бы то ни стало.
31
Зельда
Когда я снова смотрю на Малика, он уже отвернулся. Мне приходится заставлять себя не пялиться на него все время. Лишь сейчас, находясь так близко, я по-настоящему осознаю, как по нему скучала. Это больно. Мне трудно дышать.
Но я мучаюсь от того, что он вообще видит меня в этом наряде. На протяжении месяцев я старалась разделять две свои жизни. И то, что сейчас они столкнулись, как два грузовика, кажется особенно жестоким.
– Зельда, – раздается возле знакомый голос, и я переключаю внимание на молодого человека рядом. Мне необходимо следить, чтобы никто не заметил, что на этой вечеринке я не свожу глаз только с одного парня.
– Филипп! – Впервые за вечер я рада гостю.
– У тебя такой вид, будто тебе не помешал бы сорбет. Или, может, лучше чего-нибудь выпить? – Усмехнувшись, он берет два бокала шампанского с подноса, который проносили мимо нас. – За тебя, именинница.
Мы делаем по глотку. Присутствие Филиппа успокаивает. Возможно, дело в том, что он не планирует на мне жениться. А может, я просто рада видеть дружелюбное лицо.
– Но теперь это же не парик, да? – ухмыляется парень.
Я закатываю глаза.
– Нет, только что покрашены. К сожалению.
– Мои соболезнования. И, вероятно, тебе это не поможет, но, – Филипп наклоняется вперед и шепчет мне на ухо: – практически все единодушны в том, что ты выглядишь очень сексуально.
Я шутливо толкаю его локтем.
– Нет, не поможет. Но спасибо за предупреждение.
– Не за что, – говорит Филипп.
Мой взгляд бродит по толпе гостей. Это скучное собрание из друзей родителей, отцовских партнеров по бизнесу и их потомков мужского пола. В голове не укладывается, что Малик окажется свидетелем этого спектакля. Мало того что четыре недели назад я заставила его страдать, признавшись во всем. Теперь он вынужден наблюдать за тем, как мои родители занимаются сводничеством. Остается лишь надеяться, что он так хладнокровен, как кажется. Он занят в баре и в этот момент шутит с коллегой, насколько мне видно. Впрочем, он не должен оставаться хладнокровным. Строго говоря, мы все еще пара. Пара на расстоянии, конечно, но это изменится скоро, как только возможно.
– Ну что, сестренка? – вдруг произносит Себастиан у меня за спиной. – Ради тебя собрались все сливки общества. Зная тебя, я бы на такое не рассчитывал. С днем рождения, кстати.
– Как ты очарователен, Себастиан, – отвечаю я. – Будь моя воля, тебя бы, например, вообще не пригласили.
– А будь моя воля, я бы и не приезжал, – парирует он. Его взгляд падает на Филиппа. – Ты же Ингландер-сын, да? Я пару раз видел тебя в университете. Тоже на юриспруденции, верно?
Тот кивает, но сбежать не успевает, так что мой невыносимый братец вовлекает его в разговор о профессорах и лекциях. Время от времени Филипп бросает на меня страдающий взгляд, но я ничем не могу помочь.
Оглядываюсь в поисках Малика и вижу, что он смешивает джин-тоник. Если бы он был в баре один, я бы, возможно, смогла перекинуться с ним парой слов. Сказать, что я уверена. Всегда была. Что он здесь единственный, кто знает меня настоящую, и что после всего, что произошло, я бесконечно рада его видеть. Но даже если бы мне удалось провести с ним минутку наедине, от счастья я бы, скорее всего, не смогла выдавить ни слова. Лишь смотрела бы на него в блаженстве, потому что он существует.
– Зельда, подойди, составь нам компанию, – зовет отец, который стоит в паре метров от нас с Элайджей и двумя молодыми людьми. Один из них – Мэтью Джеймс Молино III, с которым я знакома благодаря стараниям родителей нас свести. Пару месяцев назад он мной интересовался, но я пресекала любые попытки сближения. Второго я не знаю.
Все чокаются со мной. Мэтью Джеймс Молино III откровенно разглядывает меня с головы до ног, а потом одобрительно кивает и салютует мне бокалом. Мне противно то, как он ведет себя. Я не предмет, который можно рассматривать, когда захочется. Поворачиваюсь к брату.
– А ты как? – спрашиваю, чтобы хоть что-то ему сказать.
– Не могу жаловаться, – откликается Элайджа. – Ты выглядишь иначе.
– Да, спасибо. Это был мамин план.
– Он сработал.
Элайджа всегда был самым молчаливым из нас. Не вспомню, чтобы он когда-нибудь первым начинал разговор. Для меня загадка, как он может быть успешным адвокатом. Но, вероятно, у него подходящее лицо… и подходящая фамилия. Элайджа выглядит суровым и умным, будто всегда начеку. Уверена, он следит даже за тем, что происходит у него за спиной. Среди моих братьев я больше всех опасаюсь его. Вероятно, причина в том, что у нас с ним самая большая разница в возрасте и никогда не было нормальных отношений. Пока мы с Себастианом и Закари дрались и спорили, Элайджа держался в стороне.
Я стою между братом и отцом, пока они обсуждают гандикапы [24] в гольфе. Это невыносимо скучно, но, по крайней мере, с моего места можно наблюдать за Маликом. Он сконцентрирован и работает быстро. Я смотрю, как напрягаются его руки, когда он коктейльным пестиком выдавливает в бокал сок лайма. Белая рубашка натягивается на предплечьях. Интересно, он намеренно больше на меня не смотрит? Наверное, сейчас я вижу все в преувеличенном свете. У меня не получается остановить мысли. Я представляю самые прекрасные вещи: прикосновения, надежду, поцелуи.
– Можно ненадолго тебя похитить? – спрашивает мужской голос, выдергивая меня из раздумий. И, вероятно, вовремя, потому что мне нельзя пялиться на Малика. Если родители заметят…
32
Малик
Мне кажется, что я ощущаю на себе взгляд Зельды. Но запрещаю себе поднимать голову. Как бы красива она ни была, безопасность на первом месте.
Но потом все-таки делаю это, как полный придурок, и, возможно, я он и есть. Я смотрю на нее, и каждая клеточка тела изнывает от тоски по ней. Зельда стоит рядом с идиотом Джейсоном, который как-то вечером приставал к ней. Он смеется над ее словами, и на меня накатывает ревность. Почему она его смешит? Мне хочется, чтобы она отвернулась, ушла отсюда.
Чувствую волну облегчения, когда меня наконец зовут внутрь, чтобы помочь организовать фуршет. Нам нужно вытолкать на улицу перегруженные сервировочные тележки. Но идти предстоит вокруг дома, чтобы обойти лестницы. Тележками мы занимаемся по двое, один толкает, второй направляет. Столики постепенно наполняются вкусными закусками. Канапе с дорогой икрой, лососем, благородными сырами. Маленькими стаканчиками с мидиями или кальмарами в соусе винегрет с горчицей и петрушкой. Ложечками с шариками стейка тартар [25], украшенного съедобными цветами. Креветки темпура, овощи темпура, все темпура. Овощные шоты и маленькие пирожки с мясом. До недавнего времени я был горд и благодарен за то, что участвую в этом банкете. А когда узнал, ради чего последние несколько вечеров мы работали сверхурочно под присмотром Пако, это кажется мне злой шуткой.
Помимо холодных закусок есть еще и гриль, за которым я имею честь стоять. Изюминка вечера – шашлык из морепродуктов в трюфельном маринаде должен быть пожарен на глазах у гостей.