Кати Беяз – Всё, что от тебя осталось (страница 2)

Стараясь остыть, я взглянул на холодные пики гор. На фоне темного неба они горели своей белизной словно фонари. Этот контраст заворожил. Мне захотелось оказаться там, на самой вершине, и взглянуть на этот мир с высоты. Свободный словно птица, далёкий от всех хлопот и тяжёлого груза обязанностей.

Высокий лес стал прерываться, разбавляясь опушками и небольшими полями. Мы сбежали из шумного города на праздники. Там уже вовсю цвела весна, а здесь, казалось, природа еще не проснулась. Поля темнели прошлогодней смятой травой и голыми кустами. За обочиной то и дело виднелись остатки грязных сугробов. Стекла начали запотевать, и следить за дорогой становилось труднее. Конечно, именно в этот момент у Жени с Галей появилось острое желание пощекотать друг друга.

– Женя, не ерзай и пристегнись, мне и без того плохо видно трассу.

– Зачем тебе её вообще видеть?! На ней же никого нет!

– На ней есть повороты и деревья! – возмутился я. – И, в конце концов, ты обещала…

Женя, по сути, ехала задом наперед, и я прекрасно понимал почему. Когда я предложил ей отправиться в путешествие в начале мая, она сообщила, что летит отдыхать с родителями в Италию. Но, узнав, что со мной собирается Толик, её планы тут же переменились. У нее, очевидно, был к нему интерес. Почему не чувства, а именно интерес? Потому что Женя и настоящие чувства – понятия очень далекие друг от друга.

Женя – красивая и яркая девушка с копной рыжих кучерявых волос и раскосыми голубыми глазами. Ей удавалось многое, но она всегда хотела достичь ещё большего, и в этом мы были очень похожи. В прошлом году она получила звание «Мисс университет» и была направлена на городской конкурс. Из обычной веселой студентки она превратилась в идеал доброты, нравственности и благоразумия. Милая улыбка не сходила с её лица, она была учтива и скромна, грациозно выполняя роль лучшей из лучших. Три месяца она жила в будущем, там, где завоевала любовь всего города и стала воплощением неземной красоты. Но волею судеб она не вошла даже в десятку лучших, что совершенно сломило её. Только благодаря мне она вышла из своей затянувшейся депрессии и вернулась к учебе. Тот случай и стал моим шансом заполучить такую роскошную девушку и стать её парнем. Ни при каких иных обстоятельствах судьба бы не преподнесла мне такого подарка. Однако сейчас она без зазрения совести флиртовала с Толиком. Загадкой для меня, да и, впрочем, для нее самой, оставалось лишь одно – действительно ли он вызывает в ней чувства, или она снова просто пытается стать лучшей и покорить непокоримое.

Сразу вспомнилась немая сцена её переживаний, когда мы ехали за моим другом, внезапно сообщившим, что он будет не один. Она непрестанно крутила кольца на тонких пальцах всю дорогу до дома Толи. Когда же нам была представлена Галя, Женя не сводила с неё пристального взгляда. Её подозрительность вскоре сменилась безудержной радостью, и вот они уже лучшие подруги. Девушка ведь сильно уступала рыжеволосой модели. Её худое тело в широкой байке и джинсах-бойфрендах казалось совсем подростковым. Шапка-чулок из серого трикотажа скрывала довольно короткую стрижку, а практически прозрачные брови красочно сообщали, что Галя некоторое время назад перенесла курс химиотерапии. Форма ее бледных губ была изящной и весьма притягательной, а цвета глаз при первом знакомстве я совсем не запомнил. Мне всегда было неловко смотреть больным людям в глаза. Внутри отчего-то возникало ложное чувство вины, будто я должен был болеть вместо них. Женя, судя по всему, не страдала подобными комплексами и общалась с Галей на равных.

Думаю, весь Галин вид вселял в Женю уверенность, что та просто не пара Толе. Они, скорее всего, друзья или даже родственники. Меня же этот вопрос меньше всего волновал, хоть их крайне дружеские отношения трудно было не заметить. Они не обменивались поцелуями, не обнимались в романтическом порыве. Лишь изредка Толя бережно клал свою руку на ее хрупкие плечи.

Сказать по правде, меня даже не сильно волновало сверхактивное поведение моей девушки в отношении сидевших на заднем сидении. Такое происходило не раз, и я понимал, что всё дело в её желании продемонстрировать себя обществу. Хотя поначалу я не на шутку озадачивался.

Как-то Женю пригласили играть на сцене нашего молодежного городского театра. Она была очень рада предложению и вскоре открыла в себе актрису. Не могу сказать, что ей давались абсолютно все роли, но те, которые она действительно чувствовала, получались на ура. Ей рукоплескали зрители, прыщавые поклонники выносили на сцену букеты, а в антрактах выстраивалась очередь, чтобы сфотографироваться с ней. Вскоре я застал её за штудированием расписаний кастингов в кино. Она не искала молодежных передач или второстепенных ролей в сериалах. Замахнувшись на грядущий фильм от знаменитого режиссера, Женя распечатала текст главной героини и принялась усердно над ним работать. Я вызвался помочь, но, как оказалось, только раздражал её. Она готовилась без малого две недели, упорно игнорируя моё существование. Один раз я попытался вытащить её в кино, из-за чего она чуть не разорвала наши отношения. Устроив скандал на пустом месте, Евгения выставила меня за дверь и не отвечала на звонки. Я сильно переживал. Ком негодования и боли подходил к горлу, лишь только я допускал мысль, что мы можем расстаться. Однако за день до проб Женя вдруг позвонила сама. Я выдержал паузу, ответив лишь на повторный звонок. Веселым голосом она спросила, заеду ли я за ней завтра, чтобы отвезти её на студию. Я помялся, но согласился. С одной стороны, мне порой даже нравились такие отношения, где все свои шаги я продумывал, как шахматные партии, чтобы остаться с ней. А с другой понимал, что в нашем романе отсутствует искренность. Но что есть искренность в современном мире, который изначально построен на лжи?!

Поднявшись по высоким ступеням дворца современников, мы оказались в длинном коридоре. Вдоль стен на раскладных креслах сидели весьма привлекательные девушки, которых я без малейшего стыда принялся рассматривать. Некоторые из них тоже заинтересовались мной, за что я получил удар локтем в бок. Рядом с высокой дверью сидела еще одна девушка, но на этот раз с бейджиком «организатор». Она протянула Жене листок с номером, вписав ее имя в свой табель. Мы терпеливо ждали своей очереди. Женя не нервничала и не повторяла роль, она изучала каждую из конкуренток, стараясь вести себя как можно любезнее. В своих мыслях она уже была уверена, что выберут именно ее. Сейчас же ей меньше всего хотелось вызвать в соперницах агрессию и злословие, когда объявят результаты.

Я же, напротив, не был так уверен. Красота не является талантом, это лишь приятное к нему дополнение. Женя не была бездарностью. Нет. Скорее она просто не умела терпеливо шагать по лестнице успеха. На интузиазме пробежав первый пролет, у нее вырастали крылья, и она решала взлететь на последний этаж, минуя все эти бестолковые ступеньки. Женя набиралась храбрости и уверенно взлетала вместо того, чтобы тратить время на обучение. И, полагаясь исключительно на свой природный дар, бросалась в пропасть. Увы, она не взлетала, а падала. Правда, падала она не так далеко, всего с нескольких ступенек, по которым успела взобраться. Но оскорбленное эго считало иначе. Она лежала бездвижно, словно переломала все ноги, будто и вовсе умерла. Но отлежавшись и зализав раны, а также будучи уверенной, что все жители дома подсматривали за её падением в дверные глазки, Евгения меняла подъезд. Уходила туда, где ее еще никто не знал, и начинала все сначала. Однако и в новом деле все повторялось.

Женя совсем не умела двигаться к цели. В ней жила абсолютная убежденность в том, что она достойна всего и сразу, но никак не постепенно. Все необходимые навыки стать звездой в ней заложены с рождения, а приобретать их вовсе не обязательно. Что говорить, в этой девушке действительно был огонь, зажигающий зрителя. Но озорной взгляд и милые кудряшки медного цвета приедались, неестественность приторной сладостью оседала на нёбе. Многогранность и естественность неминуемо требовали от нее труда и прокачки навыков, чего никогда не происходило.

Когда последняя девушка покинула пробы, в дверях появился знаменитый, по меркам нашего города, актер. Именно в паре с ним героине телесериала предстояло пройти все горести и радости, проговорить долгие диалоги и слиться в заветном поцелуе. Он сообщил, что ответит на вопросы по фильму, пока режиссер принимает такое важное для всех присутствующих решение. Мы прошли за ним в просторный светлый холл и, взяв по стулу, образовали круг. Евгения никогда не смотрела на меня такими глазами, какими тогда смотрела на звезду экрана. Никогда! Кажется, её взгляд излучал свет, пуская по залу солнечных зайчиков. Актёр в свою очередь одарил своим вниманием каждого, не остановив ни на ком свой взор дольше минуты. «Профессионал!» – завидовал я.

– Недоумок!!! Кого он взял?! Нет, ты видел? Ты видел её? – и часа не прошло, как Женя кричала в истерике. – Этот напыщенный павлин! Он тоже ничего не понял. Или не видел! Ручаюсь, у него зрение минус пять, не меньше! Он способен разглядеть лишь собственное отражение, и то, когда целует себя в зеркало!