Катерина Тумас – Кукольная лавка попаданки из фэнтези (страница 38)

Сказав это, Лиан поднял осторожный задумчивый взгляд на Виктора.

— Смерть и любым хищником даёт жизнь, — заметил вампир. — Тот же круговорот и те же взаимосвязи, только чуть под другим углом. 

— Это совершенно не повод нам становиться друзьями! — воскликнул возмущённый дриад. Виктор на это засмеялся:

— Само собой! Но должен сказать, что я к представителям жизни отвращения не испытываю.

— Ещё бы, зато испытываешь аппетит… — фыркнул дриад, но уже спокойней.

— Я вообще удивляюсь, как тебя не коробит поедание растений. Это же… ну, твоя суть. Вот есть веганы, которые не употребляют продукты животного происхождения, но где же те, кто будет защищать растения? Они же тоже живые! — голос вампира повысился. Было слышно, что он не издевается, а правда озадачен, даже переживает немного, как будто. — Я много думал над этим, когда выбирал, проходить ли посвящение. В моём родном мире вампиры не сразу переходят на кровь. Или вообще не переходят, если хватает магии. Мы даже называемся иначе… Но не суть. Только когда попал на землю, я вынужден был начать нападать на людей. Не считай меня таким уж монстром. Я тоже дорожу жизнью.

— Скажешь, — хмыкнул Мелиан, — не испытываешь удовольствия от убийства?

— Понятия не имею, со мной подобного не случалось. Если ты о людях. Я никого никогда не убивал. Зачем? Кому от этого станет лучше? Мне сверхсила не нужна, она жрёт ещё больше магии. Так что нет, посвящение убийством я проходить не стал.

Глава 31

— Сверхсила? — уточнила я. — Это когда вампир забирает жизнь, как сделал Альфред?

— Да, — кивнул Виктор, — организм, получив не только кровь, но и жизненную энергию, перестраивается. Назад будет уже не вернуться. У каждого из нас есть выбор. Но обычно мои сородичи предпочитают всё же перейти грань, пройти посвящение, потому что проблем с магией в моём мире нет — качать можно столько, сколько нужно. А так и сильнее, и чувствительней к запахам, в общем, везде лучше становишься. Но порой нужно пить кровь. Не убивать, но хотя бы пить, даже если магии хватает. После посвящения уже без крови не обойтись, да... И тянет убивать всё чаще.

— А на Земле все вампиры такие, как ты? А света солнечного ты боишься? А кол в сердце убьёт? А в стаю летучих мышей превращаешься? — засыпала я его вопросами, даже подалась вперёд, глядя на Виктора горящими глазами. Как же любопытно! Колись быстрей!

— Спокойно, Тори, — хохотнул вместо него ангел, — он же болен, не напирай так. Отвечая на твой вопрос — вампиры на земле самые разные бывают. Сюда скидываются существа из всевозможных миров, вариаций превеликое множество. Кто-то умеет перечисленное тобой, кто-то нет.

— Верно, но у многих видов есть общие черты и особенности, — добавил Виктор. — Потому я и стал величаться вампиром, как и все в моём отряде, который попал сюда через идиотский бродячий портал… Эх… — он взгрустнул, припоминая былое. А я подумала, что им повезло. Оказались в чужом мире целой толпой хорошо знакомых ребят. Хоть не одиноко и не так страшно, как одиночкам.

— А как твой вид называется на родине? — поинтересовалась я. — И что там про солнце? А чеснок? А кол осиновый? А? А? Ну, делись же!

— Солнца не боюсь, кровь мы пьём ради энергии, а не, например, гемоглобина, как обычные метные кровососы. Чеснок тоже не ко мне. А вот колом, думаю, убить можно. Как и ножом в тот же орган. Протыкание сердца всегда ведёт к смерти.

— Если их у тебя не несколько, — заметил вернувшийся с задания по очистке помещения дракон.

А я так и не узнала самоназвание вида нашего вампира… И отвечать он, похоже, не горит желанием. Косится как-то странно на дриада, который, однако, уже почти перестал цветом лица походить на свежий снег. Ладно, в другой раз. Сейчас есть вопросы поважнее. И я поспешила поднять их на нашем импровизированном совете:

— Как будем лечить и прятать гостя? У меня ни по одному из этих вопросов нет соображений…

— Ничего, зато у тебя есть мы, — улыбнулся Идрис. — Давайте думать вместе.

— Давайте, — поддакнул вампир, отпив разом полстакана магии. — Ваш дриад уже что-то накумекал.

— Ну-с, Лиан? — обратился к нему Тамирон, усаживаясь на своё прежнее место. — Что у тебя была за идея про лечение?

— Да, кхм, — он откашлялся, приготовившись говорить. — Я сам сосуд не вижу, но у нас есть очень талантливый Коть, который в деталях описал мне проблему. Магический сосуд состоит из волокон, которые словно склеены между собой, создавая тем самым плотную структуру. Именно этот клей и способен пропускать магию по желанию мага, но не только владельца сосуда — любого мага. Энергию ведь можно закачивать и забирать насильно в том числе.

— Мой народ считает, что сосуд состоит из одной единственной нити, завёрнутой коконом вокруг магии, — вставил дракон.

— Звучит прав-мур-подобно, — закивал на это крайне довольный собой Император. — Я хорошо различаю волокна, но не вижу начала и конца ни одного из них. Действительно может быть, что это сплошная нить.

— Это не суть важно, — отмахнулся дриад. — проблема Виктора в клее. Вот смотрите наглядно покажу.

Лиан перегнулся через стол ко мне и вытянул откуда-то из-под моего локтя длинную красную нитку. Я хмыкнула — швея, что тут ещё сказать. Может, во мне и парочка иголок воткнута, не удивлюсь.

— Итак, мой палец будет олицетворять как бы магию. Нить — волокно сосуда, — и дриад стал накручивать нить вокруг пальца, каждый моток плотно прилегал к предыдущему. — Видите, сплошная поверхность. Когда сосуд такой, всё хорошо. Маг сам может управлять потоком магии. Но если я согну палец… Видите, образовались прорехи между некоторыми витками? Вот тоже самое сейчас с Виктором и происходит. Только дырок у него много и они небольшие, эдакие глазики.

— Хорошо, с метафорой понятно, — кивнул дракон. — Почему не происходит улучшения? Он постоянно получает огромное количество магии, которая должна лечить, а прогресса нет.

— Его и не будет! — с жаром ответил дриад. Он даже привстал, излагая свою теорию. — Волокна должны сомкнуться, чтобы клей сработал. Но пока сквозь дыры идёт сплошной поток магии, сомкнуться они не могут.

— Однако, если потока не станет — я умру, — возразил Виктор. — Потому что произойти это может, только если внутри моего сосуда не останется магии.

— А вот и нет! Нужно только остановить течение. Я подумал… а что, если запихнуть тебя в ёмкость, которая блокирует магию внутри себя? По сути, мы посадим тебя в кокон и наполним вас обоих магией.

— И что это даст? — заинтересовался Идрис.

— Получается что-то вроде сообщающихся сосудов. А магия, как мы знаем, по своим свойствам скорее похожа на воздух, чем на воду. Значит, она займёт всё доступное ей пространство. Это как в наполненный стакан кинуть рюмку, она тоже наполнится. Получается, рано или поздно концентрация магии в коконе и твоём, Виктор, сосуде станет одинаковой. Тогда течение магии прекратится, она замрёт. А раз нет потока, то дыры должны спокойно затянуться.

— Это при условии, что клей, скрепляющий волокна, хорошо работает, — добавил Коть. — А у нашего вампира, кажется проблема именно с этим. Связи стали хрупкими, и когда сосуд забили магией до отказа, надули, так сказать, клей не выдержал. Поэтому дыры так равномерно распределены. Они отовсюду, а это значит, что проблема касается сосуда полностью.

— Но с чего бы? — нахмурился Виктор. — Откуда этой проблеме взяться? Я не припомню ничего, что могло бы так пагубно сказаться…

— Не ничего, а никого, — назидательно заметил ангел. — Думаю, тут Ксанир руку приложил.

— Или просто нефиг было постоянно напиваться его магией под завязку, — хмыкнул Коть. — Быть может, это что-то вроде усталости материала? Представьте, что у вас есть воздушный шар… Надеюсь, все в курсе, что это за земное изобретение? Хорошо. Так вот. Если постоянно надувать до предела и сдувать его, то вскоре резина не выдержит и разорвётся.   

— Кое-кто по-прежнему пытается обелить Ксанира, — протянул дракон, скосив глаза на сидевшего на подоконнике Императора. А тот, фыркнув, передразнил его:

— Кое-кто по-прежнему не желает брать в рассчёт, что выводы, основанные на догадках, могут оказаться ошибочными.

— Ладно, хватит, — я решила прекратить эту тему, разговор ушёл не туда. — Сейчас действительно рано принимать окончательное решение по поводу мотивов Ксанира. Для начала важнее помочь больному. Лиан, из чего можно сделать такой кокон, не пропускающий магию, как ты описал?

Но дриад лишь смущённо пожал плечами. Все задумались.

— Слу-ушай, Виктор, — у меня родилась безумная мысль, — а ты спишь в гробу? Я вот никогда не понимала, зачем киношные вампиры делают это, не удобно же. Но вдруг причина есть? Что, если гробы — артефакты? Может, и свойства у него подходящие? Иначе, для чего бы ещё спать именно там, как не для регенерации или изоляции? А лучше - и то, и то сразу.

— Эм, ну… — замялся он. — Думаю, гробы связаны с местной мифологией. Вампиры на Земле считаются мёртвыми созданиями, которые встают уже после смерти, собственно, из гроба, в котором были похоронены.

— Но суть ты уловила верно, — похвалил меня дриад. — Если бы мы нашли гроб, который не пропускает магию наружу, он бы идеально подошёл.

— Можно покрыть изнутри мифрилом… — бросил дракон, пожёвывая губу.