Катерина Цвик – Закрытый колледж. Вера ищет тень (страница 6)

Однако не успели мы до него дойти, как за нашими спинами раздалось:

— Не торопитесь.

Отец тут же выпустил из рук многочисленные пакеты и резко развернулся, словно из ниоткуда выхватывая пистолет и наводя его на странную троицу в черных офисных костюмах.

— Не нужно резких движений. — Губы неприметного мужчины, стоявшего посередине, растянулись в змеиной улыбке. — Вы уже давно на прицеле. — Он скосил взгляд на окна двора, и я увидела в одном из них блеснувший в заходящем солнце прицел винтовки. — Вячеслав Владимирович, лучше опустите пистолет. Ваша дочь, Вера Серова, едет с нами.

Значит, Вера Серова? Не Стужева? Похоже, им известна та моя фамилия, на которую мы получили документы уже в Питере.

— Кем бы вы ни были, моя дочь с вами никуда не поедет, — спокойно возразил отец. — И советую вам убраться отсюда побыстрее. Я включил маячок, и СБРО[1] уже в пути.

— Орден очищения нашел ее первым, и теперь она принадлежит нам, — продолжая улыбаться, ответил этот мерзкий мужик. — Но не волнуйтесь, Вячеслав Владимирович, если она не будет сопротивляться, то мы спокойно заблокируем ее дар и вернем девочку вам.

У отца от этих слов побелели скулы — явный признак того, что он в бешенстве.

— В виде овоща? — наконец зло хмыкнул он.

— Если у девочки дар слабый, а в первом поколении одаренных обычно так оно и есть, то у нее могут всего лишь возникнуть небольшие проблемы со здоровьем.

— Да, я слышал, что-то плевое вроде рака или других тяжелых аутоиммунных заболеваниях, — со злым сарказмом ответил отец, и мерзавец, сделав скорбную мину, развел руками.

У меня же по телу пробежали мурашки ужаса. Насколько я успела узнать, я далеко не первая одаренная в своем роду, и что-то мне подсказывало, что в моем случае все пойдет по худшему сценарию.

Я заозиралась активнее, ища пути отступления. Лучше уж сразу умереть...

— Вера никуда с вами не пойдет, — произнес отец. — Она уже под защитой Ордена одаренных. Более того, она поставлена на учет и зачислена в Колледж искусств имени Параскевы Пятницы. Вы не нашли ее первыми и не имеете никаких прав применять к ней силу.

Вот теперь физиономию мужика перекосило, но он быстро взял себя в руки.

— И откуда такая осведомленность у простого учителя физкультуры? — Он явно читал только нашу поддельную биографию и не ожидал сопротивления. Ну или рассчитывал легко и просто нас прикончить, если мы дернемся. — Уверен, это блеф. У вас нет подтверждающих документов. И если вы сейчас окажете сопротивление, то мы вас обоих просто пристрелим, — словно вторя моим мыслям, закончил он и кивнул своим сопровождающим.

Те сделали шаг вперед, а я невольно вжалась в дверь машины, но следующие слова отца остановили людей в костюмах:

— И нарушите договор, который существует уже более пятидесяти лет? Хотите развязать войну? Что-то мне подсказывает, что после такого вы сами проживете недолго. Замять инцидент не получится. СБРО вот-вот будет здесь. А документы у меня есть. Во внутреннем кармане куртки. — И он медленно достал сложенный вдвое листок бумаги.

Его нам выдали вместе с документами, но я не придала ему значения. Как оказалось — зря. Да и Орден очищения я, похоже, сильно недооценила.

Но вот что еще за Орден одаренных? Я же никуда не вступала!

Мерзкий мужик со змеиной улыбкой дернул щекой, подошел к моему отцу и попытался вырвать из его ладони документ, но отец отдернул руку и развернул листок:

— Печать вы можете рассмотреть и из моих рук.

Несколько долгих мгновений мужик разглядывал документ, после чего перевел полный ненависти взгляд на моего отца. Стоял он так не меньше минуты, и я была уверена, что балансировал на грани того, чтобы отдать приказ нас уничтожить.

Не знаю, чем бы это закончилось. Отец не отводил от него взгляда, и мне казалось, что это напряжение, туго замешанное на ненависти, могло воспламенить воздух.

Вдруг в переулок въехал и резко затормозил черный микроавтобус, и из него горохом посыпались люди в спецодежде и балаклавах.

Мужик в костюме тут же отступил от отца и поднял руки ладонями вперед:

— Произошло недоразумение. Орден очищения не имеет претензий к этим людям.

Разбирательства затянулись ненадолго. Я все это время приходила в себя в машине. Неужели меня из-за моего дара и в самом деле могли превратить в овощ?

Когда все разъехались, отец сел за руль и посмотрел на меня с виноватой улыбкой.

— А ты говоришь, невозможно найти так быстро в Питере — Он покачал головой с сочувствием и добавил, проведя пальцем по моей щеке: — Эх, не задалось твое восемнадцатилетие

— Не задалось — вздохнула я, уже напрочь забыв, что у меня вообще-то сегодня день рождения.

— Давай заедем за тортиком, а ужин закажем домой. Что-то мне подсказывает, что желание ехать в ресторан у тебя пропало.

Я вымучила улыбку и откинулась на спинку сиденья.

***

На следующий день рано утром, пока еще не было пробок на дорогах, мы выехали за город, свернули на Киевское шоссе и поехали в сторону усадьбы Пятая Гора, в которой располагался колледж для странных детей. Конечно, назывался он иначе, но именно такой — странной, а никак не одаренной — я себя чувствовала.

— Можешь немного подремать. Нам еще часа полтора ехать, — надевая солнцезащитные очки, посоветовал мне отец.

— Ага, вот прямо сейчас взяла и заснула, — буркнула я себе под нос и отвернулась к окну.

Я даже ночью спала плохо. Сначала долго не могла отключиться, потом снилось не пойми что, и я постоянно просыпалась. А потом Гадя решила, что хочет играть и я обязательно должна составить ей компанию. Я пыталась взять себя в руки и успокоиться, но была настолько взбудоражена предстоящими переменами в жизни и пережитым вечером, что просто не могла расслабиться, и поспать в дороге даже не рассчитывала.

В голове роилась куча мыслей, крутилось множество вопросов. А еще мне было страшно. Но в этом я бы никогда и никому не призналась. Потому что я — Вера Стужева! А Стужевы всегда смотрят своим страхам в лицо и принимают вызовы судьбы с гордо поднятой головой. Отец всегда так говорит.

Я прикрыла глаза, стараясь отрешиться от пейзажа за окном, и внезапно услышала незнакомый голос:

— Пойдем в кафе?

Я медленно повернула голову и, к своему удивлению, увидела на водительском месте не отца, а того самого парня в косухе.

— Ч-чего? — обалдела я от такой подмены.

— Пойдем в кафе, поедим мороженое, — как ни в чем не бывало произнес парень и остановил машину.

Я огляделась и поняла, что мы приехали совсем не в усадьбу, а вернулись обратно в Питер как раз к тому кафе, где я впервые увидела этого странного парня.

Он первым вышел из машины и открыл мою дверь, предлагая выйти.

Не понимая, что происходит и как быть, я вышла и в растерянности посмотрела ему в глаза. А в них перетекая из одной формы в другую, клубились тени, и оторваться от этой игры оттенков серого было невозможно. Тени словно звали меня, обещали рассказать невероятную тайну, предлагали коснуться чего-то очень важного. А еще они совсем не пугали, а завораживали и манили.

Внезапно брюнет притянул меня к себе. Прямо как ту девушку, которую я видела рядом с ним в первый день. Меня бросило в жар, сердце в груди застучало, как сумасшедшее. Лицо парня оказалось совсем близко, и я даже не услышала его шепот, а почувствовала слова выдохом на своих губах:

— Уже пора Проснись.

— Вера, мы приехали. Проснись, — потряс меня за плечо отец, и я, хватая ртом воздух, вынырнула из сна. — Все хорошо?

Я огляделась, услышала недовольное мурчание Гадости на коленях и остановила диковатый взгляд на отце.

— Кажется, я все-таки заснула, — выдавила из себя, приглаживая волосы. — Сон дурацкий приснился. Мы уже приехали?

— Да, въезд на территорию колледжа запрещен, так что дальше пешком.

Я посмотрела в окно и увидела большие кованые ворота, за которыми находилась парковая зона, а на холме за ней возвышалась усадьба девятнадцатого века.

— Прикольно — протянула я.

В таких местах я еще не жила.

— Как минимум тебе будет интересно изучить колледж изнутри, — подмигнул мне отец, желая подсластить горькую пилюлю расставания.

Я пожала плечами и вылезла из машины.

— Как минимум...

[1] СБРО – служба быстрого реагирования для одаренных.

Глава 6. Ворота. Усадьба. Домовой

— Не поняла — произнесла я, оказавшись в шаге от ворот.

А остановилась я потому, что прямо перед носом заметила непонятное марево. Воздух словно дрожал и даже переливался, и это было очень странно.

Сделала медленный шаг назад, но с такого расстояния уже ничего не видела. Снова шаг вперед — снова марево. Повернула голову вправо-влево и поняла, что эта непонятная воздушная стена охватывает ворота. Пригляделась еще лучше и увидела небольшие, затерявшиеся в придорожной траве статуэтки львов, установленные с разных концов от ворот. Эти львы с широко раскрытыми пастями «рычали» друг на друга и могли бы показаться совершенно обычными, если бы я с этого ракурса не заметила, что марево исходит именно от них.