Катерина Спарнс – Космическая оранжерея (страница 11)

– Ну, и зачем тебе моя ревность?

Он на миг отвел взгляд, словно смутившись.

– Ты же знаешь, я всегда стремился проводить с тобой максимум времени. Для тебя у меня нет ограничений. Ты знаешь, что я хочу быть твоей парой.

– Не боишься, что мы наскучим друг другу? – у нее в глазах искрился смех, и это неизменно сводило Эмура с ума.

– Вряд ли, – ответил он. – Я хочу вот так заканчивать каждый день. И так же начинать новый.

– Ох, Эм, я боюсь, как бы дальнейший разговор не подвел меня к разногласию с моим офицером, – засмеялась девушка, обнимая его и целуя в ответ, – Мне бы этого совсем не хотелось.

Эмур чувствовал внутри себя разгорающееся пламя страсти, но в то же время мучительное разочарование и неудовлетворенность, которые поднималась в нем всякий раз, когда она отклоняла его предложение. Никто, кроме нее, не дарил ему ощущение такой счастливой безмятежности просто самим своим присутствием рядом. И он не хотел омрачать радостные мгновения рискованными разговорами. Идя на сделку с собой, он прощал ей все сразу и авансом. Так и теперь, вместо того чтобы развивать опасную тему, он фыркнул от смеха и вновь перешел к активным действиям.

Жизнь патрульных полностью подчинялась режиму, составленному для каждого из них Помощником. Естественного света они почти не видели, иллюминаторов на станции было не много. Суточный цикл для жизни в космосе всегда был такой же, как на ближайшей крупной обитаемой планете. Искусственный интеллект имитировал утро‑день‑вечер‑ночь с помощью осветительных приборов и соответственно подстраивал графики.

Эмура система с утра часто направляла заниматься физическими упражнениями. Каждый раз он встречал в зоне тренировок одних и тех же сослуживцев. Индивидуальные программы определял виртуальный инструктор. Эмур очень хорошо знал все свои задачи и комплексы упражнений и только заранее сверялся с их списком.

Он уже довольно долго бегал на беговой дорожке, когда на соседнюю встал Идер, со словами «привет, Эм».

– Привет, Ид, – ответил Эмур, заметив про себя, что тот пришел в удачный момент: его тренировка уже приближалась к концу, и было хорошо иметь повод поговорить, чтобы оценить свой уровень нагрузки. Произнесение слов давалось с трудом, но все еще было довольно комфортно, отметил он с удовлетворением. – Расскажи, чем занимаешься?

– Пока тут сидим, – Идер бежал легкой трусцой, не торопясь увеличивать скорость. – Никаких заданий еще не было. А ты?

– У меня сегодня испытательный полет, но других заданий тоже пока нет.

– Что будет испытываться?

– Какая‑то модификация наших кораблей. Я обычно не спрашиваю заранее, зачем мне.

– Ты вообще никогда не отказываешься от участия в испытаниях?

– Конечно, никогда, – в голосе Эмура, несмотря на неровный от усталости тон, прозвучало недоумение. – Зачем отказываться?

– Я по себе сужу, наверное, – усмехнулся Идер. – Я далеко не всякой утвержденной‑то техникой управлять берусь. Восхищаюсь тобой в этом плане, Эм.

– Хочешь, побуду твоим инструктором? Запрос направь.

– Да мне как‑то хватает моих навыков.

– Я вот своим пилотам не разрешаю мне подобное говорить. Если узнаю, что кто‑то с чем‑то не справляется, отправляю на дообучение.

Идер засмеялся.

– У всех свои заморочки.

– Это же важно, Ид.

– Каждый тянет в ту сторону, в которой сам силен. Кто‑то, как ты, дрессирует навыки пилотов, а у кого‑то подчиненные не вылезают со стрельбищ или с тренировок. Зато, в результате, все вместе мы довольно неплохи.

– Это имеет смысл.

– Поэтому таких, как ты, в роте не нужно больше одного. Поэтому мы с тобой и служим так долго вместе.

Некоторое время они бежали молча. После Идер вновь заговорил.

– А что слышно вообще? Что будет в ближайшее время?

– Ты надеешься, что у меня есть инфо, которой нет у тебя? Откуда бы?

– Мало ли. Ну хотя бы узнать мнение твоей интуиции и сравнить со своей, – усмехнулся тот.

– Моя интуиция говорит мне, что ждут нас дальние рубежи, и возможно, скоро.

– Да? Не оптимистично.

– У меня вообще с оптимизмом не очень.

– Это ты к себе не объективен, Эм. Ты оптимист каких мало. Но почему ты считаешь, что без нас на дальних рубежах не обойдутся?

– Потому, что мне кажется, что слегка вразнос у нас все идет по всем фронтам, – Эмур обернулся, чтобы убедиться, что их разговор никто не слышит. Но никого не было рядом с ними, все остальные упражнялись поодаль, – Много в последнее время мятежей, много внезапных вызовов. А Лига, знаешь, большая. Если такая раскачка идет рядом с нами, я думаю, вдали от нас дела обстоят не лучше. Поэтому я и думаю, что, вполне возможно, мы отсюда отправимся кому‑то помогать.

– Наверное, я с тобой согласен, – ответил Идер. – Но меня тревожит только, что в последнее время нет особых новостей о наших успехах и достижениях. Раньше их было много. А сейчас… давно не слышно. Чего мы там нового присоединили? Знаешь?

– Не знаю. Тоже не слышал. Мне, правда, не очень интересны подробности, с чем именно у нас проблемы. Пока ты не спросил, я об этом даже не размышлял. Но ведь все на поверхности лежит, – Эмур просмотрел сообщения с браслета и начал притормаживать беговую дорожку.

– Заканчиваешь?

– Да, пора. Но я тут уже давно. И, смотрю, майор меня видеть захотел, скоро уже.

– Ох ты, – Идер покосился на него. – Зачем?

– Понятия не имею. Может, чего про дальние рубежи скажет.

Идер просмотрел свой браслет.

– Меня пока не вызывает.

– Твое счастье. Ну бывай, приятель, увидимся, – они махнули друг другу, и Эмур отправился завершать тренировку и переодеваться.

Каюта майора в этом дежурстве роты на станции располагалась там же, где и в прошлом, Эмур хорошо знал дорогу и время, нужное, чтобы дойти. Так же хорошо он знал и то, что опоздать нельзя ни на мгновение. Поэтому он появился перед дверью заранее. Он просто стоял, ничего не делая – так начинался каждый визит. Система видела его, она точно доложила о нем, но офицер сам решал, когда его впустить. Он никогда не заставлял ждать дольше назначенного, но малейшее опоздание либо отменяло встречу вовсе, либо меняло ход разговора самым нежелательным образом. Эмур был очень давно знаком со своим офицером и неизменно предпочитал немного подождать.

Дверь открылась, он шагнул вперед и по протоколу остановился у входа как изваяние, коротко кивнув.

Команды «вольно» не последовало, но он ее и не ждал. Майор любил официальщину.

Дверь позади опустилась, теперь в каюте была полная темнота. Это тоже было привычно. Свет чуть затеплился, как бы ради снисхождения к несовершенным человеческим глазам, бесполезным во тьме. Теперь прямо перед собой Эмур увидел высокий силуэт. Цвет тела майора удачно совпадал с цветом стандартного фиолетового комбинезона огромного, нечеловеческого размера. Амрилец, который был ничем иным, как сгустком сверхразумной протоплазмы, сам выбирал, какого цвета и физической формы ему быть в моменте, и его фиолетовое воплощение раздражало Эмура, потому что он считал такую подстройку под цвет униформы и гуманоидный вид глупой шуткой. Черты лица были едва намечены. Когда он хотел, он – вернее, оно, поскольку амрильцы не имели половой принадлежности – мог воссоздавать черты лица любого из видов, населяющих Арильфис, но чаще всего майор такими мелочами не заморачивался и ограничивался подобием маски, не детализированной и весьма зловещей, без прорезей рта, носа, глаз. С человеческой точки зрения он был похож на нечто безжизненное, но заблуждаться на этот счет не следовало – амрильцы физически превосходили людей во всем.

Ментально, впрочем, превосходили тоже. Для общения офицер предпочитал использовать мысленную трансляцию в наушники, не утруждая себя произнесением слов. Он мог также общаться телепатически, но с видами, не умеющими отвечать тем же, это считалось неэтичным – нельзя было без специального согласия копаться в чужих беззащитных мозгах.

– Капитан, я вызвал вас, чтобы лично пояснить задание, – сообщил бесстрастный голос в наушниках. Безжизненная маска на месте лица как всегда отлично сочеталась с тем, что говорил майор. – Завтра утром вам предстоит отправиться на Ангкх. Вы знаете, что это за место – Ангкх?

– Знаю, господин майор.

– Скажите.

– Ангкх – это недавно отрытая планета с разумной жизнью, которая должна войти в состав Лиги Содружества.

– Правильно. Вашей задачей будет доставить их посла на Арильфис, поскольку они предварительно заявили о готовности к переговорам. Сами они не могут его доставить – их уровень технологического развития недотягивает. Сложность этой миссии состоит в сочетании опасности полета в зоне потенциального конфликта, так как нам не известно, каковы на самом деле их намерения, и ценности пассажира. Его гибель, учитывая нашу ответственность за транспортировку, может привести к росту напряженности. Поэтому, капитан, вы отправитесь туда в составе двух стандартных патрульных кораблей, один из которых будет ваш, управляемый лично вами, второй резервный. Возьмите с собой одного из самых опытных летчиков на ваш выбор, с одним условием – он не должен отвлекать вас от основной задачи во время полета, – майор сделал драматическую паузу; Эмур порадовался про себя, что без команды «вольно» не мог даже выражением лица спонтанно выразить отношение к этой неловкой попытке морализаторства. – Подбор пилотов в резервный корабль сделайте также из своей эскадрильи на ваше усмотрение. У вас есть замечания по такой организации полета?