Катерина Снежинская – Пилюли для феи (страница 9)

Сказать, что Каро зла была — сильно преуменьшить. Дивно, а, главное, продуктивно начавшееся утро продолжилось столь же великолепным днём.

Из разговора с фатом, на который почти три часа ушло, лично теург вынесла только одну полезную информацию. Красавчик к своим наречённым никаких романтических чувств не испытывал. И даже не собирался скрывать, что предполагаемая женитьба — как первая, так вторая, а, вдогонку, и третья — для него являются чисто деловым мероприятием. Или предприятием? Но как не назови, а от этого сомнительная полезность узнанного ценнее не становилась.

Господин Иельон на вопросы отвечал охотно. И как ни странно, без излишней зауми. Выдавал факты чётко и по делу. Наверное, и впрямь бизнес у него неплохо шёл, с таким-то подходом к проблеме. Стоило бы и уважать фата. Да вот зарождающая женская солидарность, упорно поднимающая голову, как раздражённая кобра, мешала. Она в равной степени чхать хотела и на довод: «Так все делают!». И на: «Да эта стерва большего и не заслуживает!». Шипела себе, поплёвываясь ядом: «муж-жчи-ины!».

Конечно, выходить замуж не по великой любви, а просто потому, что жениху твоё приданое приглянулось, скорее всего, обидно. Да и какое приданое! Кусок пустой земли, граничащий с Серым городом! Пусть даже размеры участка позволяли на нём дворец отгрохать, да ещё бы и на фонтаны с павлиньими гнёздами осталось. Но иметь в соседях мертвяков и упырей? Бр-р, увольте.

Хотя, с другой стороны, земля в Элизии остаётся землёй в Элизии. И разница заключается только в её стоимости. Обычно она колеблется от: «Кошмар, как дорого!» до: «Не показывайте таких цифр, у меня сердце слабое!».

Видимо, деловой фат ни брезгливостью, ни предрассудками не страдал. Потому что наследство, оставленное покойной матушкой трём барышням, его вполне устраивало. Господин Иельон желал снести останки трущоб вместе с чудом выжившими тараканами. И выстроить фабрику. А затраты на охрану от тех, кто забыл, что мёртвым полагается тихо в могилах лежать, женишок планировал покрыть за счёт отсутствия налога на дым. Рядом с Серым городом мзда за загрязнение воздуха не взималась. Наверное, потому что не с кого её собирать было. Мертвецы городской воздух портили — это бесспорно. Только обычно капиталами не располагали.

Слушая фата, Каро было подумала, что красавчик сам себе яму роет. Уж больно всё правдоподобно и логично складывалось. Случись первая свадьба, новоиспечённый супруг получил бы в своё распоряжение только одну треть участка. Теперь же он мог рассчитывать на всё. То есть, господин Иельон вроде как кровно заинтересован в смерти феечек.

Одно жирное и большое но. Весь надел бизнесмену и даром не нужен — слишком велик. Лишнюю землю он даже продать не мог. Место годилось только для промышленной застройки. А иметь под боком у собственной фабрики ещё какой-то завод — даже если покупатель и найдётся — не самая заманчивая идея.

Конечно, говорил ли дважды несостоявшийся муж правду или врал как сивый мерин, судить было рано. Но слова его звучали вполне разумно.

Посвятил фат детективов и в тонкости взаимоотношений в семействе Олэан. Сестры папеньку попросту боялись, так как своим хозяйством фат управлял железной рукой. В том смысле, что если он приказывал прыгать, то все — начиная от слуг и заканчивая дочерями — спрашивали: «Как высоко?». Но сам фей с будущим тестем вполне ладил и трепета перед ним не испытывал.

Кстати, отец был категорически против того, чтобы Элия обращалась к детективам. Почему-то он пребывал в глубокой уверенности, будто это станет позором для семьи. Но по врачам он и вторую, и третью дочуру добросовестно проволок. О чём сама клиентка вчера упомянуть забыла.

Кстати, Яте, смазывая ушибы и царапины буйной заказчицы, не преминул ещё и сердечко ей прослушать. Ну и так, глазками посмотрел.

— На первый взгляд, здорова, как бык, — пожал плечами теург, когда господина Иельона, с приседаниями, реверансами и заверениями, что он очень-очень помог, выпроводили. — Точнее смогу сказать только после вскрытия.

— Типун тебе на язык, — мрачно пожелал Мастерс. — Кто тогда заказ оплатит?

Медика такие вопросы явно не интересовали, потому отвечать на них он не посчитал нужным.

— Давайте подведём предварительные итоги, господа, — Алекс облокотился о стол, пряча губы за сложенными «шалашиком» пальцами. — Что странного мы имеем в этом деле?

— Парочку ненормальных фатов? — предположил оборотень.

— Истеричку заказчицу! — уверенно внесла свою лепту Каро.

— Всё, — подытожил Яте.

— Информативно, — согласился Росс. — Впрочем, как обычно. Кстати, Рон, напомни мне лишить тебя премии за текущий квартал. Пожалуй, и за следующий тоже.

— За что? — опешил Мастерс.

— За то, что ты едва не учинил драку со свидетелем, — спокойно пояснил управляющий. — Кажется, уровень агрессивности у нас в конторе необычайно высок. Спишем это на приближающуюся весну. Чувство, эмоции, птицы прилетают, почки набухают…

— Отбитые, — буркнул медик.

— Смешно, — не стал спорить альв. — Кстати, госпожа Каро, если вдруг выяснится, что на сотрудников нашего агентства магически воздействовали, а вы об этом ни ухом, ни рылом, то лишитесь премии на полгода вперёд.

Теург только кивнула, таращась на альва во все глаза. И пытаясь сообразить, что шокирует больше: обороты, гипервоспитанному Россу в принципе несвойственные? Они же, но произнесённые равнодушно-вежливым тоном? Перспектива лишиться денег, на которые она так рассчитывала. Или вероятность того, что действительно прохлопала магатаку, а то и диверсию?

Так и не определив, что кошмарнее, Каро решила, что в шоке от всего вместе.

— Давайте разберёмся с планами. Они у нас есть? — Алекс обвёл притихших сотрудников каким-то грустным взглядом. — Планов нет. Значит, станем действовать на моё усмотрение. Я, прежде всего, попытаюсь выяснить реальное финансовое положение отца и жениха заказчицы. Честно говоря, насчёт господина Иельона у меня никаких подозрений не возникает. А вот к господину Олэану есть вопросы.

— Какие?

За то, что Рон это брякнул, опередив тегу на долю секунды, Каро готова была всё простить. Ну почти всё. И почти простить. Но благодарность шевельнулась. В кой-то веки не ей играть роль тупого помощника.

— Например, если закладная лавка приносит такие доходы, что фат позволяет себе невыкупленные драгоценности дочерям дарить, почему он не расширяет дело? — спокойно пояснил Росс. — Не откроет ещё пару контор? Вполне вероятно, что я чего-то не понимаю. Но не верю, что такое дело может быть в принципе выгодным.

— Да почему? — опять встрял оборотень, которому встреча с фатом, видимо, нанесла глубокую моральную травму. А, заодно, и умственную. — Драгоценности же… Ну, дорогие!

— Вот именно, — альв устало потёр глаза. — Тот, кто владеет дорогими драгоценностями, в закладную лавку их понесёт только в самом крайнем случае. Такие граждане свои финансовые проблемы другими способами решают. А у постоянных клиентов подобных заведений брильянтам взяться неоткуда. Но это вы проверите с госпожой Каро. Посмотрите, что к чему, поговорите со служащими. Будет возможность, встретьтесь с отцом нашей заказчицы. В общем, что я учу? Прощупайте почву. Яте, а ты попробуй найти подход к врачам, которые давали заключения о смерти старших сестёр.

Теург хотела было сказать, что медик и подход — вещи несовместимые. Но опять промолчала. И, вообще, тега серьёзно задумалась, не сменить ли ей имя на Благоразумие.

Звучит, конечно, по-идиотски. Но вдруг поможет?

Когда Алекс наконец-то решил, что у сотрудников головы достаточно распухли от ценных указаний и уточнений, смилостивился, да и отпустил всех по домам, к Элизию уже на мягких лапах ночь подкрадывалась. Огни фонарей отражались в черных, подёрнутых тонкой корочкой льда лужах, растёкшихся на брусчатке. Пустынная улица отзывалась эхом на каждый шаг. Где-то вдалеке цокали копыта лошадей.

Но до проспекта, где можно кэб нанять, предстояло пройти ещё три квартала. Делать этого Каро не хотелось смертельно. И причина не в темных подворотнях или страхе пустых улиц. А в снеге, больше дождь напоминающем, сыпавшем размокшее просо с тёмного неба.

Тега, зябко поёжившись, подняла воротник пальто. С каждым вздохом изо рта вырывалось плотное облачко пара. Холод моментально пробрал до костей, пальцы на ногах в модных, но удручающе тонких ботинках, поджались сами собой.

— Госпожа Каро! — негромко раздалось сзади.

Теург резко развернулась, сжимая в кармане рукоять маленького тупорылого револьвера — роновского подарка на Новый год. Правда, Мастерс пока не успел обучить девушку стрелять с точностью снайпера. Разброс попаданий всё ещё оставался предательски непредсказуемым. От «где-то рядом» до «кажется, вон в том сарае». Но держать, наводить и даже перезаряжать барабан Курой уже умела в совершенстве.

Но — к сожалению или всё-таки к счастью? — за спиной теги всего лишь господин Иельон стоял. Фат опирался на свою трость. Подтаявшие хлопья снега мерцали на длинном пальто, как блестки. Полы цилиндра затеняли лицо, отчего глаза казались провалами в череп. В общем, вид красавчик имел загадочный и довольно жуткий. Но и — Седьмой его побери! — привлекательный, заманчивый такой.

— Кажется, я не давала вам разрешение называть меня по имени, — просипела Каро неожиданно пересохшим горлом, поглаживая бочок не вытащенного из кармана револьвера.