Катерина Ромм – По краю земли (страница 84)
Как только Камила открыла Атлас, Эстель поспешно отступила назад и скрылась в коридоре.
– Ах да, или это может быть рисунок! – прокричала она, удаляясь. – Вы пока почитайте, я скоро вернусь!
Камила рассеянно кивнула. Атлас был удивительным… артефактом – назвать его просто книгой не поворачивался язык. Каждая следующая страница выглядела иначе, чем предыдущая. Истории были написаны от руки, напечатаны типографским шрифтом, перемежались стихами и картинками. Камила осторожно коснулась особенно вычурных старинных букв; от них до сих пор пахло чернилами. И не было сомнений в том, что чья‐то рука скользила по этому листу, выписывая пером каждую завитушку. Но как такое возможно?
Она потеряла счёт времени, перелистывая тонкие и плотные, гладкие и шершавые страницы. У некоторых листов были ровные широкие поля, на других буквы лезли друг на друга, занимая пространство от края до края. И шрифты, и почерки, и рисунки – всё было разным! Казалось, Атлас составлен из множества разрозненных записок из всех возможных эпох.
Ближе к началу книги Камила наткнулась на историю сотворения мира. Она знала её с детства и всё же не преминула прочитать ещё раз в авторском изложении. С удовольствием, которое было почти осязаемым и дрожало в воздухе, она просмотрела рассказ об Авенжелине и ангеле-хранителе, который настолько полюбил девушку, что решил создать для неё отдельный мир, где не будет ни зла, ни лжи, а только добро и справедливость. Но, сколько Камила ни вглядывалась в строчки, она не ощущала ничего особенного и наконец вынуждена была оставить эту чудесную легенду и искать свою. Некоторые рассказы и стихи были печальными и мрачными, описывали кровавые столкновения и катастрофы, и Камила с замиранием сердца пролистывала такие истории, очень надеясь, что ей не достанется одна из них.
Против воли её рука застыла над полустёртым наброском: сгорбленная фигура в плаще протягивает небу младенца, и небо раскрывается… разрывается… распадается на части. Что это – конец света? Камила поджала губы, в отчаянии разглядывая изображение, от которого она не могла оторваться. Листать дальше не было нужды. Она не хотела, чтобы это было её вариацией, её напутствием, – но чутьё подсказывало, что так и есть.
Проведя пальцами по сухой странице, настолько древней, что казалось, она сейчас рассыплется, Камила прочитала: