Катерина Ромм – По краю земли (страница 46)

Парень довольно кивнул.

– Передашь им от меня письмо и подарок, договорились?

– И всего‐то? По рукам! – легко согласился Грацан.

Мысленно он уже представлял себя дома, в уютной постельке, с женой под боком и кружкой пива в руке.

ε

В его собственной мастерской всегда будет много света. Мягкий белый свет – над столами и станками, чтобы не уставали глаза. Яркий, чистый – в торговом помещении. Можно сделать окна в потолке, или вставить витражи, или пристроить уютные эркеры со скамейками для посетителей. Да, обязательно нужны скамейки для тех, кто ждёт своей очереди… В том, что в его мастерской будут очереди, Меркурус не сомневался.

Никогда ещё он не был так близок к своей мечте, как сейчас, шагая по заснеженным горным тропам вслед за виконтом Сэптеном. В конце пути его ждали пятнадцать тысяч изумрудных арионов, и ради них – ради мечты – он готов был вынести любые перегрузки.

Впрочем, «груз», взваленный на него Сэптеном, не слишком оттягивал руки и давил на плечи. Другое дело – занудные монологи виконта. С утра до вечера они буравили Меркурусу мозг так, что он успел соскучиться по деспотичному, но молчаливому Дариану. Не говоря уже о Фелтоне, Айлеке и девчонке.

Сам виконт, долговязый и неуклюжий, оказался тем ещё слабаком: он еле плёлся и каждые полчаса объявлял привал. Иногда Меркурусу удавалось убедить его, что они обойдутся без привала, если до ближайшего трактира было рукой подать. Мысль об уютном трактире, очевидно, грела Сэптену душу, и он незаметно ускорялся. Меркурус шёл за ним по пятам, в недоумении качая головой. Почему Сэптен не нанял повозку, если у него были деньги? Не хотелось спрашивать об этом прямо, а то мало ли что – тот мог передумать, найти лошадей и не заплатить Меркурусу. И какая вожжа вообще попала Сэптену под хвост, что он решил тащиться через перевал Сой-Лешь?

Однако виконт не считал нужным делиться с Меркурусом своими планами. Перед «слугой», как он величал Меркуруса, стояла самая простая задача: сопровождать Сэптена в горах, нести его поклажу и оберегать от передряг. Всё. Они договорились, что разойдутся в Боргентале. Меркурус получит свою пятнашку и вернётся в Набрегу. Сэптен… Чёрт его знает.

В гостевых домах виконт привычно разбрасывался деньгами. Он везде требовал себе лучшую комнату, горячую ванну или баню, ужин из трёх блюд и – самое прекрасное – музыку. Меркурус в душе покатывался со смеху, когда следил за лицом очередного хозяина: что больше выбьет его из колеи, ужин или музыка? Похоже, музыка всё‐таки была в горах более редким явлением – им удалось послушать её всего однажды. Из закромов своего трактира пышногрудая герра вытащила пыльную цитеру и задорно исполнила для Сэптена несколько песенок, пока он чопорно боролся с жирным куском мяса тупым ножом и трёхзубой вилкой.

После ужина Сэптен исчезал в своих «покоях». Лучшие комнаты часто располагались на верхних этажах, и в обязанности Меркуруса входило поднять и разложить вещи, прежде чем виконт появится в комнате. Сам Меркурус ночевал «в складчину» с другими слугами в узких и тёмных помещениях при кухне. Очевидно, Винтекью Сэптен считал, что раскошеливаться ради него – слишком много чести.

Путешествие Сэптена казалось Меркурусу блажью. Прихотью богатенького сыночка из Флоры, которому захотелось посмотреть мир. Он напоминал Венду, хотя даже та выигрывала на фоне изнеженного мозгоклюя.

Но однажды виконт спустился из своих комнат раньше обычного. Меркурус ещё завтракал, сидя в углу таверны.

– Сиди, не торопись, – небрежно махнул рукой виконт.

Меркурус только хмыкнул. Он и не собирался никуда бежать. То, что Сэптен решил сегодня встать ни свет ни заря, – исключительно его выбор.

Пожав плечами, Меркурус проглотил очередную ложку жидкой бобовой каши, приправленной сладковатым – кажется, виноградным – соусом. Отвратительное сочетание! Тому, кто такое сварганил, следовало навсегда запретить вход в кухню. Однако выбора у Меркуруса не было, и он обречённо прихлёбывал баланду, запивая её крепким чаем, как вдруг уловил знакомое имя.

– …Принцесса Венда? – негромко произнёс Сэптен. – Блондинка, стройная такая девушка? Уверены, что она здесь не проходила?

Меркурус чуть не подавился кашей. Вскинул глаза на Винтекью. Тот склонился к владельцу гостиницы в жадном нетерпении. Мужчина в заляпанном фартуке упёр руки в пышные бока и помотал головой.

– С ней ещё должен быть бледный мужчина и маленький мальчик, – не сдавался виконт.

Мужчина? Маленький мальчик?!

Меркурус отодвинул миску. Живот скрутило – то ли от каши, то ли от услышанного.

Что ж это получалось, флорийский франт Винтекью Сэптен преследовал истеричку Венду, чтобы вернуть её домой? А он, Меркурус, как последний дурак, ему в этом помогал? Чёрт бы их всех побрал!

Хотя они уже добрались до перевала, захотелось на всё плюнуть и немедленно повернуть назад. Вот только в карманах было почти пусто. Всего семьдесят арионов – вместо пятнадцати тысяч. Меркурус не мог позволить себе такое расточительство.

Если Сэптен ищет Венду – что ж, пожалуйста. Его дело.

Меркуруса оно не касается.

Он не рассказал виконту, что знает теперь, зачем тот полез в горы. Но отныне стал смотреть на него другими глазами: к раздражению примешалась капля сочувствия. Сэптен не жалел ни средств, ни времени, ни самого себя, чтобы найти девчонку. А она… Вряд ли она хоть раз вспомнила о виконте за последние месяцы.

Удивительно, но идти стало сложнее, когда дорога пошла под гору. Нога Меркуруса начинала ныть почти сразу, стоило ему спуститься с крыльца очередной гостиницы. Она, конечно, болела и раньше, но лишь время от времени – это можно было стерпеть. Сейчас же при каждом шаге под уклон ему казалось, будто в колено и щиколотку вбивают гвозди.

Они миновали перевал и пару недель бродили в предгорьях, пытаясь выйти на след Венды. Дороги сходились и снова расходились, и на каждой развилке Сэптен мучительно выбирал направление. Три дня назад они ночевали в гостевой хижине, где слуги запомнили Венду, – Меркурус намеренно подслушал разговор. Однако это был последний приют, где видели девчонку. Куда она пропала после?

Сэптен одну за другой зачёркивал на карте гостевые хижины. Оставалось не так много дорог, не так много деревень. Меркурусу хотелось поскорее забрать деньги и вернуться домой, но в то же время его охватил азарт. Венда, Айлек и Фелтон не могли просто испариться! Они должны были быть где‐то рядом.

Меркурус не сразу осознал, что они с виконтом уже в долине Ориендейла. Боль настолько занимала его мысли, что он пропустил всё: и красивые виды с высоты, которые стоило бы зарисовать, и долгий спуск, когда горы постепенно вырастали над головой и закрывали небо. Создалось ощущение, будто он моргнул – и сразу очутился в долине, только на несколько недель позже. Меркурус потряс головой, приходя в себя, и двинулся вслед за Сэптеном в сторону ближайшего поселения.

Крошечная, притаившаяся в тени скал деревня встретила их такой тишиной, будто все её жители вымерли. На голос Сэптена из домов выползали одни лишь старики. Виконт смешно дёргался при их приближении, словно боялся. Впрочем, с него станется.

– Я отойду… посмотрю… поищу гостиницу, – выдавил Винтекью, когда до стариков оставалось несколько метров. – Ты спроси у них, может, они видели принцессу!

И он убежал. В самом деле убежал, сверкая каблуками. Меркурус закатил глаза, поправил сумки на плечах и уставился на деревенских. Ближе всех стояла сгорбленная женщина с неестественно тёмными для её возраста косами. Меркурус поздоровался и справился, как дела. Герра сухо отозвалась, мол, не хуже, чем обычно, и замолчала.

Отличное начало разговора.

– Подскажите, через вашу деревню – Вергль, кажется, да? – не проходила прин… – Меркурус закусил губу, – девушка? Русая, волосы такие… по плечи примерно. Очень вредная.

– Мы не Вергль, гер, научитесь читать карту, – сердито отозвалась женщина. Почему‐то Меркурусу с каждой секундой всё больше казалось, что она не такая уж и старая. – Расскажите о девушке.

Он задумался на мгновение.

– Девушка как девушка, ничего особенного. Говорю же, русая. Невысокая, подросток. С ней ещё путешествует парень, у него кожа почти белая и чёрные кудрявые волосы. И рыжий мальчишка лет двенадцати. Не видели таких? Может, они останавливались в вашей гостинице?

– У нас нет гостевых хижин, – отрезала герра.

Что ж, неудивительно. Меркурус ни на что и не надеялся: они с виконтом давно потеряли след. Очевидно, Венда ушла другой дорогой.

– Ильяши? – Один из стариков вытянул трясущуюся руку и тронул темноволосую за плечо. – А эти дети, которые ночевали у Бимбикен, помнишь?

Женщина нахмурилась – и покачала головой.

– Похожая девушка и травник ночевали у Бимбикен, да, – признала она. Меркурус не успел удивиться, откуда северянка знает, как выглядят травники, потому что женщина тут же добавила: – Однако рыжего мальчика с ними не было.

– Как это – не было? А куда же он делся? – Меркурус поймал взгляд старика и застыл. Взгляд лучился печалью и состраданием.

– Девочка всё время плакала, гер. И плакала, и плакала, и плакала…

ϝ

Всю ночь ему снился сон. Сон не запомнился, но оставил приятное послевкусие, которое хотелось сохранить подольше. Поэтому он продолжал лежать в постели, боясь неосторожным движением разрушить тонкую корочку утренней дрёмы. Постель, между прочим, была на удивление тёплой – он ещё не встречал в горных хижинах…