Катерина Логинова – Древние греки. Философия на салфетке (страница 4)

Орфическая же религия переосмысливала религию публичную и провозглашала бессмертие души, противопоставляя душу и тело. Что тоже нашло отражение в философии.

У греков не было жестких догм, священных книг, касты жрецов, наделенных неограниченной властью и монополизировавших истину, так что греки рассуждать на «заоблачные» темы в отличие от тех традиций, где догмы сдерживали мысль и не давали ей развиться. Вот греки только тем и занимались, что спорили друг с другом, отстаивая свои теории. Особых доказательств им не требовалось – достаточно было правдоподобного изложения. Греки кидали в общее пространство спора новые идеи, обогащали друг друга, придумывали новое. И все это было одинаково не подтверждаемо и бездоказательно. А зачастую просто абсурдно. В мире идей тоже царила демократия.

Ж.-П. Вернан считал, что философская мысль произрастала из мысли политической, выражала ее интересы и даже заимствовала у нее свой словарь. Философы должны были понять, что такое порядок, как он образуется и поддерживается, какие элементы составляют мир людей, какие силы в нем противоборствуют, как объединить их и привести к гармонии, как из многого создать единое. Это было вызвано необходимостью примирить аристократию и демос. Только позже философия создала свой язык, выработала свои понятия и заинтересовалась природой познания (см. Ж.-П.Вернан, «Происхождение древнегреческой мысли»).

Создание открытых форм в жизни, политике и религии

В полисе не должно было оставаться ничего тайного или секретного. Все стало выноситься на площадь и подвергаться критике. Такая же открытость проникла в религиозную сферу. Мистерии обещали посвященным бессмертие, сообщая им тайны, которые раньше были привилегией жреческих родов. В новой системе посвященным мог стать практически любой. Хотя тайны по-прежнему оставались недоступными непосвященным.

Идея равенства: Взаимозаменяемость

Изначально идея равенства возникла в среде аристократии – они были равными друг другу, потому и могли состязаться между собой. В полисе же все граждане превратились в единицы одной системы. Каждый был взаимозаменяем, равен, имел право голоса и подчинялся одинаковым для всех законам. Само гражданское пространство строилось по законам симметрии, равновесия, равенства.

Идея равенства: Революция в вооружении

В аристократическом мире война была делом избранных. Там ценились личный подвиг и воинское неистовство, победа в поединке.

В полисе воин становился гражданином, а гражданин – воином. И привилегии аристократии начали распространяться на всех граждан полиса.

Полис выработал новую идею воина: тяжеловооруженного пехотинца, сражающегося в сомкнутом строю, обязанного держать строй. Этот воин, гоплит, воплощал идею равенства и взаимозаменяемости.

Агональный дух – Новые ценности

Новые политические силы хотели обладать тем же престижем, что и древние роды. А престиж держался, в частности, на том, что у аристократии была монополия на спортивные достижения, например, победы на Олимпийских играх. Вместо того, чтоб пытаться победить аристократа в спорте, представители нарождающихся элит предложили новую иерархию ценностей. Дух состязательности сохранился, но ценностью была объявлена победа в любом соревновании, в любой сфере. Одной из таких сфер стала сфера свободного философского творчества, сфера познания.

Все это является контекстом мысли древнего грека! И нельзя забывать, что древний грек очень отличается от грека современного. Мне близка мысль, что древний грек существовал в некоем невысказанном континууме, с неким бессознательным восприятием бытия. Натурфилософы же пытались эти установки сделать явными, вербализовать.

Классификация

Начнем с того, что классифицируем античную классику:

Ранняя классика

– VI-V вв. до н.э. – досократовская эстетика

– Космологическая (досократовская космология) ступень

– Интуитивная ступень

Средняя классика

– вторая половина V в. до н.э. – софисты, Сократ и сократики

– Антропологическая (софисты, Сократ и сократики)

– Рефлективная ступень

Зрелая, или высокая классика

– IV в. до н.э. – Платон и Аристотель с их школами

– Спекулятивная, или эйдологическая ступень (Платон и Аристотель).

– Объективно-идеалистическая ступень

Эллинизм (IV в. до н.э. – I в. н.э. (30 год)

Неоплатонизм (III—VI вв.)

Христианская мысль – новая религия в свете греческой философии

Архетипические биографии

Прежде, чем мы непосредственно перейдем к самим философам, сделаем маленькое замечание. Биографии людей, с которыми мы разделены тысячелетиями, обычно не блещут оригинальностью, они скорее отражают и обыгрывают несколько стандартных шаблонов. В каждый период шаблоны свои. Кто из греков сидел на месте? Они все поголовно путешествовали (за малым исключением) и учились в дальних странах. Не стоит относиться к биографиям как к совсем уж правдивым историям. Некоторые из них позже перекочуют в Европу и встроятся в средневековые шаблоны.

Фалес Милетский (640/624 – 548/545 гг. до н. э.)

Биография

– Сережа! Я прочел в папашином труде,

Что плавает земля в воде,

Как клецка в миске супа…

Так в древности учил мудрец Фалес Милетский…

– И глупо! -

Уверенно в ответ раздался голос детский.

– Ученостью своей, Павлушка, не диви,

Не смыслит твой Фалес, как видно, ни бельмеса,

Мой дядя говорил, – а он умней Фалеса,

Что плавает земля… 7000 лет в крови!

Саша Черный, «В детской»

Первый философ, которого я запомнила со школьной скамьи, – это Фалес. Фалес был сыном богатых и знатных родителей, возможно, финикийцев. Но повезло ему не только с семьей – он жил в эпоху перемен. Нго родной город Милет, как и другие ионийские колонии, благодаря развитию ремесла и торговли быстро занял новую коммерческую нишу. Плутарх отмечал, что «ремесло не вносило различия между людьми, а торговля была даже в почете, потому что она знакомила эллинов с миром варваров, доставляла дружбу с царями и давала разносторонний опыт» (Плутарх, «Солон»). Фалес не упустил возможности подобный опыт приобрести. Благо был он купцом и по долгу службы много путешествовал, побывал в Египте, где учился у жрецов, в Индии, в Персии. И, вероятно, не по долгу уже, а из врожденного любопытства собрал множество интересных сведений по астрономии (может быть, потому и смог предсказать солнечное затмение в 585 г. до н.э.), метеорологии, арифметике. Помимо этого он приобщился к весьма абстрактной науке – геометрии. Все эти чудеса он потихоньку перевез на свою свободную родину, где абстракции смогли обрести новую жизнь.

Итак, Фалес был свободным человеком в рабовладельческом обществе, и у него было свое личное время.

«По‑видимому, Фалес был тогда единственным ученым, который в своих исследованиях пошел дальше того, что нужно было для житейских потребностей; все остальные получили название мудрецов за свое искусство в государственных делах» (Плутарх, «Солон»).

Фалес считается одним из семи мудрецов. Вполне возможно, идеи и деятельность коллег не были сокрыты от него и каким-то образом влияли на его мировоззрение. Но из всех этих мудрецов Фалес оказался самым мудрым! Как это определили? Неожиданным образом.

Ссылаюсь на без пяти минут очевидца Плутарха. Пришли как-то косские рыбаки на работу. Проезжие милетцы решили поддержать их трудолюбие и купили весь предполагаемый улов. Купили и стали ждать. А рыбаки взяли и как назло вытащили из моря золотой треножник. Кто же захочет расстаться с такой удачей?! А кто захочет взять назад уже внесенные средства? И из-за такой вот мелочи между Косом и Милетом чуть было не вспыхнула война. Во избежание проблем оракул велел преподнести треножник мудрейшему. Для мудрейшего же не жалко! И Кос отдал треножник Фалесу. Фалес же, будучи человеком скромным, уступил его другому мудрецу, другой третьему. В итоге треножник вернулся к Фалесу. Тогда Фалес посвятил его Аполлону Исменскому (см Плутарх, «Солон»).

Вот такой был мудрец! Кстати, древний грек и современный человек, наверное, дали бы два разных определения понятию «мудрец». Мудрость в ту пору заключалась в размышлениях о политике и этике. Был ли Фалес политиком? Кто-то говорит, что был и весьма дальновидным, кто-то, наоборот, утверждает, что он сторонился государственных дел.

Есть достоверные сведения, что Фалес вполне мог упасть в колодец, заглядевшись на звездное небо. Служанка – непосредственная участница событий – прокомментировала это так: «Эх ты, хочешь познать то, что на небе, а не в силах увидеть того, что под ногами». Кстати, в христианской агиологии этот сюжет тоже встречается. Святого спрашивали, как дойти до соседнего села, он отвечал, что про село не знает, зато ему известен путь на небеса. Реакции христианских служанок мало отличались от реакций служанок греческих…

Когда Фалесу надоело, что его обвиняют в бедности, а его любимую философию в бесполезности, он вычислил по небесным приметам, что лето будет урожайным, скупил все маслодавильни в округе и после сбора оливок разбогател, сдавая свои приобретения в аренду.

Семьи у него не было. Когда мама говорила ему: «Фалес женись», он отвечал: «Еще слишком рано». А на очередное приставание ответил: «Уже слишком поздно». Солону же свое нежелание вступать в брак и рожать детей Фалес объяснил страхом перед потерями…