Катерина Крылова – Дорогами Империи (страница 17)
— Даже так? Ты со всеми животными так можешь?
— Нет. Только с ней. У нас особая связь, — вздохнула Матрая и шлепнула меня по попе, — все! Вставай и разомнись немного, а потом укладывайся в кровать и отдыхай. Как вернется собака, я тебя разбужу.
Спать я не собиралась, но глаза закрылись сами собой и я незаметно уплыла куда-то в уютную темноту.
Глава 6
Арестованных на корабль погрузили еще ночью, чтобы не делать из этого всенародное достояние и потешное зрелище. Сейчас же Табола вернулся в трактир, чтобы собрать свои вещи и попрощаться. По здравом размышлении он решил не тащить маленького ребенка в опасное путешествие. Лишь надел на его руку кожаный шнурок с небольшим гладким камушком, искусно вплетенным в браслет. Так он мог чувствовать состояние малыша даже на расстоянии, не обращаясь каждый раз к сложному заклятью и вкладывая силы. Надо было в свое время и на Рийну такой надеть! Хотя, она бы не дала этого сделать, конечно.
«Где же ты, ведьма? Хоть бы весточку как-то передала…» — грустно подумал он.
Потом пожал руку Тларгу, попрощался с Михом и Настаей, взял на руки малыша, дав тому дернуть себя за нос.
— Марк, мы с мамой обязательно вернемся за тобой! Пока побудешь с дядей Тларгом и тетей Настаей. Обещай быть хорошим мальчиком и не причини никому вред своей магией. Балуйся шариками, договорились? — Табола понимал, что ребенку нет еще и года, вряд ли он поймет или запомнит, но не сказать этого не мог.
Марк внимательно смотрел на него, словно действительно понял что-то. Потом улыбнулся, пустив слюни и что-то пробормотал. Табола еще раз прижал его к себе и нехотя передал Тларгу. Все-таки в малыше он видел отражение Рийны и даже успел немного привязаться.
Подхватив сумку с вещами, которые привез посыльный из дома Сарагосса еще накануне, он пошел в сторону порта. Табола не торопился. Сейчас он прощался с Каралатом, городом, который успел полюбить.
Восходящее солнце потихоньку разгоняло туман, что за ночь наползал на город с Вильты. Даже усиливающийся с каждой склянкой ветер не был ему помехой. Оказалось, что вторая половина осени в Каралате — это время туманов. Они захватывали город, каждую ночь погружая его в объятия спустившихся на землю облаков. Как сыскарь Табола не одобрял такого поведения природных явлений. В тумане было очень удобно воровать, грабить и проворачивать другие нехорошие дела. Как человеку же Таболе было просто красиво. В утреннем тумане, растворяющемся в солнечных лучах, он видел нечто невероятно прекрасное и эфемерное. То, что уже никогда не повторится, как первый взгляд, первый поцелуй… Он опять думал о Рийне. Скорее бы увидеть ее, обнять и не только понять, а почувствовать, что с ней все в порядке, она цела и рядом.
Они были вместе совсем недолго, но ему казалось, что он знает ее всю жизнь. В некоторые мгновения ему до боли не хватало ее физического присутствия. Только без пошлостей, хотя… Можно и с пошлостями. Табола улыбнулся своим мыслям.
В порту его ждал новый глава Каралатского сыска, который прибыл только накануне. Вчера они не успели толком пообщаться, поэтому Табола принес с собой сумку с документами, уворованными из сейфа Чендаре. Приложив к ним свои пометки, дель Наварра вручил все преемнику усопшего-усохшего барона и с чистой совестью решил забыть про дела местного сыска. Нового начальника он знал как упертого служаку и неплохого мага, разберется.
— Доброго утра, ваше сиятельство, — поздоровался он с Джоем Сарагосса. Ему тоже предстояло путешествие в столицу. Этим фактом он был очень недоволен, но приказы Императора выполняются неукоснительно.
Граф и уже бывший градоправитель не ждал для себя ничего хорошего. Дети были отправлены обратно в поместье, которое сочли безопасным, под присмотр нянек и гувернантки. Его жена-нечисть тоже отправлялась в столицу, но на галере. Под присмотром магов, спеленутая почище младенца с завязанными глазами и заткнутым ртом. Кормить-поить и как-то обращать внимание на нее было запрещено. Она НЕ человек, от такого обращения не сдохнет. Поэтому графиню упаковали в ящик, больше всего напоминающий гроб, и погрузили на галеру. Простые матросы и не знали что там. Решили не искушать их лишний раз.
— Не такое уж оно и доброе, — отозвался Джой. Порывы ветра, многократно усилившиеся рядом с рекой, относили его слова куда-то в сторону. Поэтому Табола просто указал ему на «Речной ветер» и граф начал медленно и осторожно подниматься по сходням. Спустя несколько склянок и сам маг взбежал по ним.
Поздоровался с капитаном, который кивком показал ему на каюты, мол, поговорим там.
— Сначала покажите мне как устроили пленников и моих людей, — перекрикивая ветер произнес маг.
Рейнард улыбнулся и повел Таболу к спуску в трюм.
Тот был поделен на три примерно равные части. Середина обычно была отведена под тяжеловесные товары, в носовую часть, как правило, складывали легкий нехрупкий груз, а задняя часть — жилая зона для матросов. Здесь висели гамаки, под ними были приколоченные рундуки и даже несколько столов и стульев. Тоже намертво прибитых к полу.
Часть пленников устроили как раз в носовой части. Капитан посчитал своим долгом сделать их путешествие хоть немного удобным, поэтому прямо на полу лежали тюфяки, а цепи, которыми те были прикованы к стенам, позволяли сделать несколько шагов до помойного ведра, установленного в специальную обрешетку, дабе не расплескалось при качке. Конечно, на реке мотало совсем не так как на морских просторах, но при такой погоде качка даже в порту была ощутимой.
— Заблюете тут все, сами же и убирать будете. Понятно? — взглянув на «цвет высоких родов» сказал Табола. Дождался кивков ото всех и добавил, — молитесь всем богам, чтобы мы добрались быстро. Можете не надеяться на поддержку семей. Все главы уже дают отчет Императору.
Последнее было лишь предполагаемой правдой, но браваду с некоторых все же стоило сбить. Если они и надеялись, что за ними кинуться папы-мамы, то теперь в глазах некоторых надежды стало гораздо меньше. Ничего, посидят пару дней, глядишь и осознают то, на что готовы были пойти.
В той части трюма, где обычно располагался основной товар, стояли какие-то сундуки и лежали мешки.
— Это что? — спросил Таби.
— Для устойчивости судна при такой погоде нам нужен груз. Здесь мешки с песком и сундуки с камнями. Кое-какие припасы еще. Грузчики вчера полдня таскали. Правда, слушок мы пустили, что везем особый императорский заказ. Репутацию нужно поддерживать, — улыбнулся Рейнард.
— Действительно, трепать про пленников не стоит, — согласился Табола, — впрочем, вы даже не соврали, заказ и правда императорский.
Вторая половина пленников находилась на галере и будет добираться с гораздо меньшими удобствами. Их приковали прямо на палубе, а крышей им послужат лавки для гребцов и пропитанные особым составом шкуры, в которые можно будет завернуться. Распределяли их не по знатности рода, а просто по тому в какой очереди выводили из камер. Первая шестерка на корабле, а все последующие отправились на галеру. Там Табола побывал еще когда их только привели, поэтому сейчас решил не бегать по кораблям. Карн присмотрит.
В корме трюма уже побросали свои вещи ребята из разведотряда. Табола кивнул Джессу, от ответил улыбкой.
«Вот все равно ты мне не нравишься,»- подумал дель Наварра. Он прекрасно понимал, что никаких явных причин для антипатии нет, кроме ревности, но никак не мог заставить себя относиться к огненному спокойно. Уж больно тот нагло зыркал из-под своей челки, как-будто знает что-то такое, о чем Табола и не догадывается.
Последние сборы и проверки заняли еще около нара и, наконец, «Речной ветер» отшвратовался и первым начал выходить из гавани. Косой парус был поднят только на одной мачте. С ним управлялось сразу несколько человек, подтягивая какие-то канаты, а какие-то наоборот отпуская. Рядом с капитаном стоял один из воздушников Карна и сосредоточенно что-то кастовал. Табола ни ягхра не смыслил в судоходном деле, стихии ветра и воды ему тоже были не подвластны, а потому отправился в каюту, чтобы не путаться под ногами и не мешать людям работать. У каждого своя специализация, а, значит, нечего лезть под руку тем, кто может доставить их до Нисманы. В большой каюте, которая служила одновременно столовой, комнатой для совещаний и местом отдыха команды, обнаружился Джесс, прихлебывающий что-то из большой металлической кружки и листающий небольшую потрепанную книжицу. По всей видимости, ее он взял тут же на полке. Как ни странно, при повальной неграмотности среди матросов, здесь вдоль стен тянулись прибитые полки с рейками, чтобы книги не выпадали. Табола заметил свитки с географическими картами, одна была прибита к стене, коробки с настольными играми, популярными в Империи.
— Ага, я тоже удивился, — озвучил его мысли Джесс, — вроде матросня, а досуг как в высоких семействах Нисманы и Солары. Книжечки, конечно, такого себе содержания, бессодержательные, я б сказал, но тем не менее.
— А ты уже осмотреться успел!
— Ну-да, а чего мне тут еще делать? На палубе я бесполезен, у «искропокупателей» я прослушку поставил, маячки рассовал им по карманам да тюфякам. Развлекаюсь вот… Литературкой, — он поднял книжицу титульником к Таболе.