Катерина Крутова – Отличница для генерального (страница 30)
*
Лучи солнца пробивались сквозь мансардные окна, окрашивая спальню в золотистые тона. Аня потянулась, но место рядом было пустым — лишь теплый след на шелковых простынях и едва уловимый запах сандала напоминали о ночи.
Из гардеробной доносились мягкие шаги. Она приподнялась на локтях, натягивая на голые плечи одеяло, и увидела Алекса, одетого в строгий костюм, застегивающего часы на запястье.
— Ты не должен был меня разбудить? — прошептала голосом еще хриплым ото сна.
Мужчина тепло улыбнулся, присаживаясь на край постели.
— Будить тебя — преступление. – Он протянул ей аккуратно сложенную белоснежную рубашку с вышитыми черным инициалами на манжете: А.А. – ту самую, которую она уговорила снять в их первую ночь.
— Александр Александрович? — ухмыльнулась, расшифровывая заглавные буквы. — Как самовлюбленно.
Шувалов покачал головой, ласково поправляя ее растрепанные волосы.
— Александр Архангельский, — поясняя на Анино удивление, добавил, — это фамилия моих настоящих родителей. Когда вернусь — расскажу.
Склонился, целуя в лоб, точно закрепляя обещание:
— Если ты, конечно, не одумаешься и не сбежишь к тому времени.
— Идиот, — она швырнула в него подушку.
- Я бы тебя наказал, но самолеты летают по расписанию. – Алекс шутливо щелкнул ее по носу и поднялся. – На кухне кофе, а в холодильнике есть твой любимый авокадо. Через два часа приедет Михаил и отвезет, куда скажешь. Уходя просто захлопни дверь, умный дом сделает все остальное.
- А я уж думала, ты решил меня здесь запереть до своего возвращения.
- Ой, княгиня, не искушай меня такими предложениями, — рассмеялся мужчина, уже спускаясь по лестнице. – Будь умницей, веди себя хорошо и не рисуй никого кроме меня.
- Слушаюсь, босс! — съязвила напоследок Аня.
Провожая, она, как была нагая, сбежала вниз к огромному окну и помахала черному автомобилю, уже уезжающему за ворота. «Интересно, он успел меня заметить?» — усмехнулась маленькой проказе, надеясь, что вид голой девушки запомнится Александру на всю командировку.
«Будь умницей, веди себя хорошо и не рисуй никого кроме меня», — обещание, которое крайне сложно исполнить. Аня отодвинула дверь в кабинет. На полу все также лежали осколки разбитой бутылки, только жидкость за ночь успела из лужи превратиться в липкое пятно.
Старый снимок нашелся на прежнем месте – в верхнем ящике стола. Можно ли считать, что запрет заходить в кабинет и брать без спроса его вещи теперь отменен? Орлова считала «да», ведь иначе Алекс не позволил ей остаться одной в его доме. А, учитывая ее любопытство, это вообще можно расценивать как приглашение к действию. Оправдывая свой поступок таким образом, девушка взяла в руки фотографию и поднесла к свету. Обведенный, но не перечеркнутый мальчик с круглым, ничем не примечательным лицом, улыбался ей.
Не раздумывая, Орлова присела на край стола и, взяв первую попавшуюся ручку, принялась рисовать, представляя как с годами изменилось детское лицо. Ведь некоторые призраки сами стучатся в дверь, стоит только их визуализировать.
21. Заявление на увольнение
Утром понедельника в офис «Стройинвеста» Аня пришла в рубашке Шувалова. Это был одновременно трофей ее битвы за свет, талисман наудачу в очередной задуманной авантюре и память о близости Алекса – его прикосновениях, запахе, обещании вернуться и все рассказать. Но увидев поджатые губы Марии и вместо приветствия выдержав осуждающий презрительный взгляд, Орлова поняла – секретарша в курсе публичного появления новой сотрудницы с шефом на людях. Сплетни разносятся быстро, и теперь не избежать перешептываний за спиной и откровенных намеков в лицо. Расправив плечи и разгладив манжеты с инициалами любовника, девушка села на свое рабочее место. Белая ткань рубашки превратилась одновременно в ее броню и клеймо.
- А где Татьяна Степановна? – чтобы разбавить вязкую неприятную тишину в кабинете спросила Анна.
- Стоит в пробке, — не поворачивая головы, сообщила Мария, нехотя поясняя, — задержалась у племянника и выехала утром. А вместе с ней миллион дачников также отложил возвращение на понедельник. Толкаются где-то на Черной речке.
Не успела Орлова включить компьютер, как дверь в кабинет распахнулась. На пороге стояла незнакомая женщина лет тридцати – из деловых. Дорогой костюм, безупречная укладка, одновременно сдержанный и стервозный макияж, дающий понять, что его обладательница остра на язык и резка в решениях.
- Юлия Олеговна? – секретарша от неожиданности аж подпрыгнула, чуть ли не вытягиваясь по стойке смирно, из чего Орлова сделала вывод – незнакомка либо из руководства, либо из очень важных партнеров «Стройинвеста».
— Маш, мои документы готовы? – вместо приветствия, холодно поинтересовалась вошедшая, сканируя кабинет взглядом профессионального ревизора и дольше необходимого разглядывая Анну.
- Да, оригиналы отправлены вам еще на прошлой неделе, и я уже получила уведомление о вручение. – Всегда бойкая секретарша чуть ли не заикалась.
- ЧУдно. – Юлия Олеговна скрестила руки на груди и, не сводя глаз с Ани, выдала:
- А я уж решила, что Александр опять нанял не пойми кого, и новые работники не могут даже назвать курьеру правильный адрес.
- Я лично отправляла контракты… – начала было Мария, но была прервана повелительным взмахом руки.
- К тебе, Машенька, у меня вопросов нет. А вот ты… — женщина подошла вплотную к столу делопроизводителя и буквально ткнула пальцем в две черные буквы «А» на манжете рубашки, — видимо, и есть та самая новая пассия моего мужа?
Аня замерла, почувствовав, как качается пол кабинета, а перед глазами плывут цветные круги, инстинктивно прикрыла ладонью рукав рубашки, пытаясь скрыть злополучные инициалы.
— Простите, мы не знакомы, — выдавила, выдерживая, мягко говоря, недружелюбный взгляд и пытаясь сохранить остатки самообладания.
— О, мы знакомы ближе, чем тебе кажется. Я — Юлия Шувалова, жена Александра – твоего босса и любовника.
Она наклонилась, и запах дорого парфюма ударил в нос тяжелым, удушающим ароматом.
— Хозяин подарил тебе рубашку? Мило. И как раз в его вкусе. Машенька, напомни, сколько блондинок у вас сменилось за последние полгода? Муж, знаешь ли, неравнодушен к светленьким.
— Юлия Олеговна, пожалуйста, не здесь, — неожиданно тихо, но твердо произнесла Мария.
— Я твоего мнения не спрашивала, Маша, — даже не взглянув на секретаря, жена Шувалова продолжила, обращаясь исключительно к Ане. — Он тебе свой номер хотя бы оставил? Или просто присылает водителя, а ты по первому зову запрыгиваешь на член? Не переживай, дорогая. Через неделю Алекс вернется, и ты ему будешь так же неинтересна, как все предыдущие. Он коллекционирует молоденьких глупых блондинок. Бонусы испытательного срока, так сказать. Сколько раз ты уже отсосала ему вместо обеда?
Терпеть оскорбления и хамство было выше сил. Анна резко вскочила, смахивая на пол папки с документами. Каждое слово Шуваловой било точно в цель, разрывая на куски хрупкие надежды и сладкие воспоминания прошедших выходных.
— Извините, у меня срочная работа, — выдавила, стараясь, чтобы голос не дрожал, и вздернув подбородок, пошла к выходу. Уйти требовалось немедленно, пока никто не увидел ее слез.
— Конечно, беги, милая, — прозвучал вслед сладкий от сочащегося яда голос. — И добавь в резюме ценный опыт особых отношений с руководством.
Аня вылетела в коридор, захлопнув за собой дверь. Она летела, не видя пути, пока не уперлась в знакомую табличку «Отдел персонала». Не думая, что творит, распахнула дверь и ворвалась внутрь.
Дмитрий Фаркас сидел за своим столом, сняв очки и устало потирая переносицу. Увидев Орлову, мужчина вздрогнул. Его взгляд тут же стал по-деловому отстраненным. Конечно, он тоже все знал.
— Дим… — начала Аня, но тут же исправилась, чувствуя, что утратила право обращаться к коллеге по-дружески, — Дмитрий, ответь мне честно, Александр Шувалов женат?
Фаркас отвел глаза, неторопливо протер и надел очки, помедлил несколько секунд, которые показались Ане вечностью, глядя на стопку бумаг на столе.
— Да, — наконец выдохнул он, и в темных глазах отразилась странная смесь жалости и разочарования. — Такие вопросы обычно задают до того, как получают засосы на шее, Анна.
Мир рухнул окончательно и бесповоротно. Опор не осталось. Только леденящий душу обман и жгучий стыд.
— Спасибо, — прошептала Орлова, почти не разжимая губ.
Она взяла из принтера чистый лист, схватила со стола Фаркаса первую попавшуюся ручку и села напротив менеджера по персоналу.
«Заявление. Прошу уволить по собственному желанию… Орлова Анна Владимировна. Дата. Подпись».
Не стала указывать причину. Какая разница? Она больше ни секунды не сможет находиться в его офисе, где каждый в курсе ее позора и греха. Дмитрий взял листок не глядя.
— На испытательном две недели можно не отрабатывать, верно? — спросила, отстраненно отмечая, каким взрослых и чужим прозвучал ее голос
Фаркас лишь покачал головой. Он хотел что-то сказать, даже поднялся, чтобы выйти из-за стола, но меньше всего сейчас ей требовались разговоры и утешения. Аня развернулась на каблуках и вышла, в этот раз осторожно прикрыв за собой дверь. Только у бывшего своего кабинета задержалась на мгновение, равное нескольким вдохам – сумочка кросс-боди с телефоном и ключами от квартиры еще была при ней – не успела снять, придя на работу и сразу погрузившись в скандал адюльтера. На рабочем месте осталась чашка, сменные туфли под столом и несколько эскизов в ящике. На всех – он. К черту! Орлова решительно устремилась к лифту - ей было невыносимо находиться среди этих стен, дышать воздухом, пропитанным именем Шувалова, его властью и его ложью.