Катерина Коротеева – Властный муж. Развод «по любви» (страница 14)
– Да!
Он вытащил пальцы и тут же к входу прислонилась горячая головка. Он провел членом вниз-вверх, купаясь в соках моего желания, и резко вошел внутрь.
– Твою мать… – прошипел он, останавливаясь, – как же в тебе горячо и влажно.
А затем принялся глубоко толкаться в меня, жарко целуя в губы. Я стонала ему в рот, а он с особым наслаждением глотал каждую эмоцию. Дико рычал в ответ, и его животный звук заставлял кровь кипеть от возбуждения.
Член внутри стал каменным, толчки глубже, жестче, я схватилась за его ягодицы, желая его еще глубже в себе. Я зажмурилась, полностью отдаваясь во власть накатывающего экстаза.
Послышался внутриутробный рык и вместе с финальными глубокими толчками внутри ударили густые струи семени, отправляя меня куда-то далеко за пределы вселенной.
Шумно дыша, он взял меня за бедро, обвил ногу вокруг торса и перекатился набок вместе со мной, не спеша выходить из меня.
– Запустим головастиков подальше, – с хитрой ухмылкой проворковал он и нежно поцеловал в губы.
Я не узнавала своего мужа. Казалось, что у него теперь идея фикс сделать так, чтобы я побыстрее забеременела.
Я знала, что он целеустремленный мужчина, но чтобы так рьяно отдавался делу, я видела впервые. Но я совру, если скажу, что мне это не нравится.
Еще как нравится.
И то, что он сейчас меня не отпускает тоже. Нежно гладит мое тело, будто я для него самое драгоценное в жизни.
– Я дурею от твоего запаха, – прошептал он, зарываясь в мою шею и шумно втягивая носом воздух, – сейчас ты пахнешь сексом и мной.
– А кем же мне еще пахнуть? – хмыкнула я. – Не другим же мужчиной.
Рус застыл, а потом отпрянул и серьезно посмотрел в глаза.
– Не шути так, Эль, – во взгляде сверкнула ревность. – Не дай бог, я когда-нибудь почувствую чужой запах, ему не жить. Ты только моя, поняла?
Откуда в его голове рождаются подобные мысли?
– Твоя, Рус, – прошептала я и улыбнулась, – во мне ты можешь не сомневаться. Я люблю тебя.
– И я тебя, – он снова поцеловал меня, а потом осторожно вышел из меня. – Пойдем что-нибудь погрызем? Я дико голодный.
Мы выбрались из постели, я накинула халатик и вышла из спальни. Тело приятно ломило от ночных и утренних нагрузок, но улыбка не сходила с лица.
Когда я залила взбитые яйца с молоком на сковороду, сзади подошел Руслан и, сложив руки на моем животе, обнял.
– Через три месяца будут выборы, – тихо сказал он, – представляешь, если ты к этому времени уже будешь с небольшим животиком? Думаю, что мне это поможет собрать больше голосов.
– Так вот, в чём дело? – усмехнулась я, ни капли не обижаясь в причине его внезапной одержимости. – Тебе просто стало выгодно объявить себя будущим папой?
На самом деле мне плевать на истинные причины, которые повлияли на его решение. Главное, что они созвучны с моим желанием родить ребенка.
– Не только в этом, – на ухо доверительно прошептал он, – я просто пообщался с коллегами о детях и понял, что не готов гоняться по пятам за сыном или дочкой в пятьдесят.
Я прыснула от смеха, ярко представив себе картину, как Руслан бегает по детской площадке за неугомонным малышом.
В его кармане пиликнул телефон.
– А еще сбудется мое желание, – хрипло добавил он, притягивая вплотную к себе. – Моя красавица жена станет еще счастливее рядом со мной.
– Ну всё, – улыбнулась я, разворачиваясь в его объятиях и обнимая крепкую шею, – ты жуткий льстец, но я купилась.
– Очень рад это слышать, – хмыкнул он, и в его кармане снова прозвучал сигнал входящего сообщения.
– Кто тебе там пишет? – выгнув бровь, спросила я.
Он усмехнулся, считывая сейчас собственную мимику с моего лица.
Он достал телефон, включил экран, и я скосила на него любопытный взгляд.
Сообщение пришло от контакта «№2»:
«Черный или красный?»
Одно и то же сообщение пришло дважды.
Руслан на секунду напрягся, но быстро собрался, напечатал «черный» и снова спрятал телефон в карман.
– Кто это был? И почему контакт так странно называется? – не унималась я.
– Это по работе, детка, – его губы растянулись в невинной улыбке, – не бери в голову, в папках запутались.
Я улыбнулась в ответ, но где-то глубоко под ребрами шевельнулось странное предчувствие.
Глава 12
Разложив омлет по тарелкам и красиво сервировав стол, я позвала мужа. После странного послания он извинился и сказал, что ему нужно позвонить, а после скрылся за дверью кабинета.
Я навострила уши и старалась не дышать, чтобы не упустить суть телефонного разговора:
– Какого чёрта ты мне пишешь в выходной? Мне нужно напомнить правила? – тихо рыкнул он, потом замолчал, слушая, что ему говорят на той стороне.
– Никакое! Ты никуда не идешь… – Рус сделал паузу, а потом послышался новый рык: – потому что я так сказал!
– Так, а теперь слушай меня внимательно, – прошипел он, – еще одно слово, и я лишу тебя всех бонусов за этот и следующий месяц и обещанного пакета привилегий. Ты этого хочешь? Включай голову и не вынуждай меня идти на крайние меры!
Глухой стук и шумный выдох красноречиво намекнули на то, что разговор закончен.
Видимо, после не очень приятной беседы, он швырнул на стол свой телефон. Рус всегда так делал, когда бесился.
Меня же пожирало любопытство, я так и не поняла, с кем он разговаривал, с женщиной или мужчиной?
Рус вышел из кабинета. На лице маска безразличия, будто не он сейчас изрыгал пламя, как дракон в своем кабинете.
– Всё хорошо? – тихо спросила я, глядя на мужа.
– Да Черкасов совсем охренел, – буркнул Руслан, опускаясь на стул. Он взял вилку, но не спешил. – Представляешь, в выходной собирался пойти на встречу с подрядчиками. Без согласования, без документов.
Я растерялась.
– Зачем?
– Говорит, там срочный вопрос по муниципальному заказу. И я вот думаю, как можно не понимать элементарных вещей? – он раздраженно дернул уголком губ. – Я ему сто раз говорил: сначала подписываем бумаги, а потом едем на встречи.
Руслан говорил спокойно, но в его глазах плясали злые искры.
– Черкасов, – повторила я. – Это твой заместитель?
– Младший куратор по департаменту благоустройства, – устало ответил он. – Парень толковый, но самодеятельности через край. Думает, если я выдвигаюсь, можно лезть в каждую дыру и брать инициативу. А потом кто крайний? Я.
Он сжал вилку так, что побелели костяшки пальцев, и, заметив мой взгляд, чуть расслабился.
– Короче, я его приструнил. Пусть сидит дома и не дергается без команды.