Катерина Коротеева – Лживый муж. Ты сделал выбор (страница 1)

Катерина Коротеева

Лживый муж. Ты сделал выбор

Глава 1

– Слав, что это за запах? – я села в машину мужа и тут же напряглась.

В нос ударила приторная, густая смесь, будто кто-то только что щедро вылил на себя половину флакона дешевых духов и оставил их здесь разлагаться.

И в воздухе витало что-то еще… Что-то тяжелое.

Не пойму, что это? Но дышать было нечем.

Слава бросил на меня быстрый взгляд и пожал плечами:

– Какой запах? – непонимающе переспросил муж, хотя я заметила, что он слишком поспешно отвел глаза обратно на дорогу.

– На весь салон дико воняет, – фыркнула я, пытаясь выдохнуть через рот. – Какими-то дешевыми женскими духами.

– А, это… Я подвозил Элеонору Степановну, нашего главбуха. Она всегда ими поливается, – он усмехнулся, будто объяснил очевидное. – Наверное, от нее осталось. Я уже давно этого не замечаю. Привык, наверное.

Я приподняла брови.

– Жуть какая. Как к этому можно привыкнуть? – пробормотала я и потянулась к окну.

Щелкнула кнопкой, и в лицо хлынул холодный октябрьский воздух. Я даже поежилась, но стало легче дышать.

Мы тронулись с парковки торгового центра, где я только что отработала смену. Слава всегда приезжал за мной, специально задерживался на своей работе, чтобы мы вместе приезжали домой.

– Как прошел твой день? – спросил муж тем же беззаботным тоном, будто никакой вони в салоне и вовсе не существовало.

А у меня уже начинало давить на виски.

Еще не хватало, чтобы голова разболелась.

– Всё хорошо, – коротко ответила я.

На самом деле день был утомительный. В магазин, где я работала продавцом-консультантом, завезли новую коллекцию сумок и чемоданов. Полдня мы с девочками перекладывали товар, расставляли ценники, принимали придирчивых клиентов, которые, казалось, приходили скорее поторговаться и выплеснуть раздражение, чем купить вещь. Но я любила этот магазин. Любила запах новой кожи, ровные ряды аккуратных витрин, любила смотреть, как женщины примеряют на себя дорогие сумки, словно новую жизнь.

Иногда мне казалось, что я и сама стою за стеклом – красивая, но чужая, выставленная на обозрение.

Я украдкой взглянула на Славу. Он был сосредоточен на дороге, пальцы ритмично отбивали что-то на руле. Русые волосы чуть растрепались, на лице легкая щетина, белая рубашка расстегнута на две пуговицы. Красивый. На него всегда засматривались – и коллеги, и мои подруги. И, наверное, каждая втайне думала: «Вот повезло Оле».

Мне и вправду повезло. Когда-то. Но в последнее время я всё чаще ловила себя на мысли, что мы отдаляемся друг от друга. Что рядом сидит чужой человек. Вроде бы семь лет женаты, но Славу будто подменили. Возможно, это временное явление, и все пары проходят через кризис успеха, Славу недавно повысили на работе, и на его голове выросла корона. Этого сложно не заметить, но меня беспокоит другое, что я больше не чувствую взгляда того прежнего Славы, в которого когда-то влюбилась.

Я поерзала на сиденье, всё еще чувствуя липкий запах духов. Казалось, он въелся в обивку, проник в кожу.

От нечего делать я потянулась к бардачку, чтобы достать салфетку. Щелкнула защелкой, и крышка откинулась вниз.

Я замерла.

Внутри, поверх бумаг, визиток и старых чеков, лежала крошечная ало-красная ткань. Я осторожно вытянула ее двумя пальцами, словно боялась обжечься.

Женские трусики. Кружевные стринги, с крохотным бантиком и стразой спереди.

Мир вокруг остановился. Я слышала только, как у меня в груди заколотилось сердце. Лицо моментально обдало жаром.

Я подняла находку повыше, чтобы он видел.

– А это что? – мой голос дрогнул, но прозвучал всё равно слишком громко. – Тоже Элеонора Степановна забыла?

Глава 2

Слава вздрогнул. Его пальцы, ещё секунду назад ритмично отбивавшие что-то на руле, резко замерли.

Я смотрела на него… в шоке. Не хотелось верить, но…

Откуда в бардачке чужие женские трусы, чёрт возьми?

Утром их тут не было!

Чужой запах… чужое белье… в голове всё очень быстро сложилось в нерадостную картину.

Для нашего семилетнего брака нерадостную.

Муж кинул на меня быстрый взгляд, губы дрогнули – хотел что-то сказать. Но я уже знала: какими бы словами он сейчас ни пытался вывернуться, они ничего не изменят.

У него появилась любовница! Это факт!

– Ах ты скотина! Подонок! – взбесилась я и начала лупить его этими вонючими труселями. Даже пару раз по роже стразой проехалась, оставив красный след. – Ненавижу! Предатель!

Злость захлестнула, как разрушительная волна.

– Оля-Оля-Оля! Прекрати! – заорал он, пытаясь отбиваться и рулить одновременно.

Но меня уже было не остановить. Я била его, словно хотела стереть с лица ту наглую самодовольную ухмылку, которую увидела, как только села в машину.

Он был расслабленный, довольный.

– Ты совсем стыд потерял? В нашей машине ты развлекался с какой-то бабой?! А потом, как ни в чем не бывало приехал за мной?

– Прекрати, я сказал! – заорал он, дернулся в мою сторону, и в следующую секунду машина вздрогнула от страшного удара.

Гулкий металлический скрежет, резкий толчок, и я головой врезалась в торпеду. Перед глазами взорвались белые искры, мир на секунду исчез.

Я застонала, схватилась за лоб – пальцы тут же окрасились теплой липкой кровью.

Рядом Слава встряхнулся, но выглядел почти невредимым.

И это самое обидное! Предатель никак не пострадал!

– Ты как? Нормально? – испуганно спросил он, протягивая руку.

– Да пошел ты! – выкрикнула я, отталкивая его.

– Я еще и «пошел», – недовольно хмыкнул он. – Из-за тебя вообще-то всё произошло, ненормальная!

Он цокнул языком, ударил по рулю и вышел из машины. Из большой черной машины, в которую мы въехали, тоже вышел водитель и уже осматривал масштабы бедствия. Я же осталась сидеть, тяжело дыша. В салоне по-прежнему витал до тошноты приторный дух чужих духов. Красную тряпочку я швырнула на сиденье Славика, резко откинула козырек и заглянула в зеркальце.

Вот чёрт. Сбоку рассекла лоб, и из раны, размером с Марианскую впадину, сильно кровило. Достав из сумки салфетку, я приложила к ране и вышла из машины.

Слава уже что-то блеял, оправдывался перед водителем джипа и постоянно указывал пальцем в мою сторону. Черный внедорожник стоял почти невредимым, как стена, у него всего лишь немного помялся бампер, а его хозяин: высокий, широкоплечий, в идеально сидящем темном костюме, внимательно слушал объяснения моего «ненаглядного».

Я чувствовала его взгляд кожей. Я подняла глаза – и встретила его взгляд.

В этих глазах была сталь. И злость. Не вспышка, а хладнокровное раздражение человека, которого привыкли сторониться, а мы дерзко вторглись в мир, где всё подчинено только его правилам.

По спине прошел ток. Его взгляд пронзал насквозь, и я вдруг ощутила, что мои руки дрожат сильнее, чем от удара головой. Я отвела глаза первой, и в этот момент послышались сирены. К нам подъехала скорая, полиция, собрались люди вокруг. Всё закрутилось, завертелось. Меня усадили в машину скорой помощи, обработали рану, сказали, что нужно зашивать. Я только кивнула. Главное – уехать отсюда, подальше от Славы, от его жалкого лепета и от этого запаха предательства, въевшегося в кожу.

Слава остался на месте ДТП, а меня привезли в больницу. Там сделали несколько стежков, перевязали голову. Сотрясения, к счастью, не обнаружили, поэтому отпустили домой. Я медленно шла по ночному коридору, держась за голову, и думала:

Как жаль, что так же легко нельзя зашить рану на сердце.

Ехать домой не хотелось.

Нет ни настроения выслушивать какие-то объяснения мужа, ни желания.

Мне всё с ним понятно.

А то, что разбилась его любимая тачка, так ему и надо! Он давно мечтал о ней.