Катерина Колесница – Бес. Будешь моей (страница 9)

– Типа того. Ты кому там настрачиваешь? – кивает на телефон.

– Новая цель, – хищно улыбаюсь. – Нетакуся. Причем, реально, без выебонов. Вымирающий вид.

– И ты решил последнего мамонта кончить? – ржет, туша окурок в пепельнице.

– Естественно. Это же истинный кайф, поиметь редкий экземпляр.

– Ага, а что насчет текучки? В “Неон” валим, пока еще мою карту не блокнули?

– Да, погнали. Не дрейфь, бабло сегодня будет сто процентов.

В клубе сегодня народу больше обычного, не протолкнуться. Оно и понятно, все хотят крови и зрелищ. Будет им и кровь, и зрелище. За это бабки уплачены. Плюс выигрыш. Деньги, конечно, не лишние, но больше я здесь для того, чтобы адреналина хапнуть и бесов своих погонять.

Бои, конечно же, нелегальные, но владелец клуба большие бабки на них рубит. Да и менты у него прикормленные, вот и процветает тут полная свобода действий. Ну, почти. Насмерть никто друг друга колошматить не собирается. Так, больше показное. Хотя, морду подрихтовать могут знатно. У некоторых дело даже до больнички доходило.

Оставляю своих пацанов, которые расположились в випке, чтобы было удобнее наблюдать за боем, и иду готовиться. Волнение отсутствует полностью. Кто против меня сегодня стоит, я знаю. Да, мы в одной весовой категории, он далеко не слабак, но и я не пальцем делан. Рассчитываю уложить его в четвертом раунде, чтобы зрители успели насладиться боем.

Вскоре объявляют участников.

– В правом углу нашего ринга победитель прошлого боя. Встречайте, Арес!

Ага, сейчас я из него Аполлона сделаю. С полной реконструкцией табла.

– В левом углу ринга многократный победитель наших боев – Бес! – старается чувак, который выступает здесь в качестве рефери. Норм чувак, кстати.

Зал восторженно гудит, что дополнительно начинает гонять по венам адреналин.

Здесь нет защиты, кап, перчаток и прочих приблуд. Голая рукопашка. Единственное, на руках тактические перчатки, вот и вся экипировка. Спасибо, что хоть штаны оставили. Но девки бы пищали громче, если бы их не было.

Первый раунд проходит на равных. Да я и не особо напрягаюсь. Подозреваю, что противник тоже. Но ничего, это только разогрев. Во втором уже все значительно жестче. Начинаем прощупывать друг друга уже ближе. Даже разок в торс отхватываю. А к концу раунда уже всерьез начинаем махач. Ну все, понеслась!

В зале шум, в венах адреналин. На импровизированном ринге капли первой крови. Не моей. Но в один момент кулак Ареса пролетает уж слишком близко, царапнув бровь. Без рассечения, но все равно чую, что и мне кровь пустили. Но это только прибавляет азарта. Влево, вправо, уворачиваюсь. Выбрасываю джеб. Ровняю красавчику нос. Его кровища на моих руках. Стекает по локтю.

Зал взрывается оглушительными криками, свистами, визгами. Клоуничаю, давя лыбу и клянясь залу. Но в момент застываю.

Чего, блять?

Я не мог ошибиться. Она точно не прикидывалась.

Тогда какого хрена она здесь делает?

Но прям рядом с рингом стоит бледная святоша, закрывая рот руками. Реально прям бледная. В ужасе смотрит на меня. Глаза по два пятака. Нет, даже по фаре от шахи.

Охреневаю.

И, как результат, пропускаю удар.

Глава 9

(Есения)

В субботу занимаюсь тем, что помогаю маме по дому с уборкой, стиркой и прочим. Стараюсь не попадаться на глаза отцу. Он в последнее время какой-то слишком нервный. Не хочется лишний раз слушать, что мы что-то делаем не так. Но это все ерунда. Большее беспокойство у меня вызывает поведение Лиды. Она старается меньше выходить из комнаты, все время делает вид, что занята уроками. И так уже который день. Она избегает не только родителей, но и меня.

Освободившись, иду к ней в комнату.

– Лидусь, можем поговорить? – прошу мягким голосом.

– Проходи, – делает вид, что ничего не происходит. Но я-то вижу, что она не такая, как обычно.

– У тебя что-то случилось? Расскажешь?

– У меня? Нет, с чего ты взяла? – таращит на меня глаза, будто я сказала глупость.

– Ты же знаешь, что можешь поговорить со мной обо всем?

– Есь, хватит, а. Не могу. Потому, что ты все больше становишься похожей на маму, – звучит с упреком.

– С чего ты так решила? И почему это плохо? – растерянно хлопаю глазами.

– Я думала, ты на моей стороне, а ты…

– Лидусь, конечно же я на твоей стороне. Что происходит? – тревожусь за сестру. – Тебя кто-то обижает?

– Ага. Все. Я устала, понимаешь? Я хочу жить, а не существовать. А плохо, потому что ты словно барашек согласна идти на убой. А я нет.

– Ты снова про это? Лидусь, с чего ты взяла? Может, мне понравится мой будущий муж и я буду счастлива?

– А может нет. И что тогда? Я, между прочим, видела тебя с тем парнем возле подъезда. Он смотрел на тебя с интересом. А ты перед ним вся трепетала, – произносит чуть громче, чем шепотом.

– Тише, Лидусь, – оглядываюсь на дверь. – Это всего лишь однокурсник. Он подвез меня и одолжил свою кофту, когда я промокла. Но больше никаких контактов с ним не будет, – умалчиваю я о том, что было возле раздевалок. Потому что Лида права. Рядом с ним во мне все трепетало. И не просто трепетало, а истерично билось в каких-то сумасшедших конвульсиях. До сих пор в себя не до конца пришла.

– Знаешь, что, Есь. Если ты на стороне родителей, тогда просто оставь меня в покое.

– Лидусь, скажи правду. Ты в прошлое воскресенье не ходила в церковь не потому, что плохо себя чувствовала, не так ли?

– Именно так. Что, расскажешь родителям? – с вызовом вздергивает подбородком.

– Нет, не расскажу. Я понимаю, что у тебя сейчас сложный период. Но прошу, не делай глупостей, хорошо?

Но Лида так и не отвечает. Лишь обиженно отворачивается, демонстрируя, что на этом разговор окончен.

Ухожу к себе и плюхаюсь на кровать. Телефон моргает, наверное, это Ника написала. Хватаю его и открываю мессенджер. Мои глаза лезут на лоб.

Бессонов: “Привет, бледная, поболтаешь со мной, а то я сижу, скучаю”.

Светлова: “Поболтать больше не с кем?”

Не желаю я любезничать с посторонним человеком. Тем более с Бессоновым.

Бессонов: “Почему не с кем? Может, я с тобой хочу”.

Светлова: “А я с тобой не хочу. Мне возле раздевалки хватило”.

Бессонов: “Да ладно тебе, обиделась? Давай я исправлю это. Сходим завтра вечером куда-нибудь?”

Светлова: “Нет, я никуда не хожу по вечерам. Найди себе другую компанию”.

Сначала карандашик загорается, но быстро перестает активничать, и Бессонов больше не пишет. Вот и хорошо.

Сразу же удаляю переписку, от греха подальше.

Сижу смотрю на шкаф. В самой его глубине спрятана книга с женским романом, который откуда-то принесла Лида. Она ее прочла и отдала мне, но читать ее я не стала, просто спрятала и благополучно забыла. А сейчас почему-то вспомнила о ней.

Родители уже легли, поэтому я достаю книгу и решаю просто взглянуть на первые страницы. Не понимаю, почему эти романы так любят читать. Что в них такого?

Провожу пальцами по обложке и названии. Открываю роман и он захватывает меня с первых же страниц. Сложно описать чувства, которые я испытываю. Это и непонимание и возмущение и даже принятие. Какая же Элизабет интересная девушка! Я зачитываюсь до такой степени, что напрочь забываю о времени. А на часах уже без малого двенадцать.

Спрятав книгу обратно, быстро расстилаю постель. Но лечь не успеваю. Мой слух улавливает едва различимый щелчок входной двери. Странно, мама всегда закрывается. Может, это у соседей?

Встаю, чтобы проверить и, действительно, дверь оказывается не заперта. Удивленная, поворачиваю замок и на цыпочках иду обратно. По пути что-то заставляет заглянуть в комнату к сестре. С ужасом понимаю, что ее нет!

Боже, неужели это она вышла? На кровати лежит ее пижама и оставленный телефон. Трясущимися руками беру его и открываю. Нахожу переписку с неизвестным номером. Читая, зажимаю рот ладонью. Она с кем-то договаривается встретиться. В переписке упоминается какой-то ночной клуб под названием “Малиновый неон”.

Мое сердце колотится так, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Что же ты наделала, Лида!

Если родители узнают, дома будет не просто скандал. Даже предположить страшно, какое наказание последует за такой проступок. И не только для Лиды.

Не знаю, что делать и в панике пишу Веронике. Описываю ситуацию дрожащими пальцами, едва попадая по нужным буквам.