Катерина Кит – Клубничный вкус твоих поцелуев (страница 2)

Мой испепеляющий взгляд сказал все гораздо красноречивее, чем, если бы я выражалась словами. Ведь у меня было очень мало друзей, и с людьми я сходилась весьма неохотно. А тесно общалась я и делилась всем лишь со своей двоюродной сестрой Дашей, которая, по совместительству, и была моей лучшей и единственной подругой.

– Да уж, да разве тут за всеми уследишь, – сказала я, процедив сквозь зубы, – ведь твой друг меняет девчонок, как перчатки! Сегодня с одной, завтра уже с другой! – сморщилась я.

– Просто ему не так повезло, как мне. И он еще не встретил такую же замечательную девушку, как ты, – попытался подлизаться и умаслить меня Слава.

На что я недоверчиво и саркастически усмехнулась, переводя взгляд на красивую пешеходную улицу за окном, сплошь уставленную цветами и увешанную разноцветными фонариками. Мой любимый облепиховый чай остывал в моих руках, а я с ужасом и каким-то болезненным предвкушением ожидала нашу предстоящую поездку, уже заранее понимая, что неприятных и неловких ситуаций и терок с этим раздражающим меня Никитой избежать не удастся.

Глава 2.

Весь следующий день прошел в приятных и томительных сборах моего нового, голубого чемоданчика с красивым изображением белых, воздушных облаков. Занятие было до такой степени увлекательным, что я забылась и даже как-то смирилась с неприятной и неожиданно навязанной компанией. Мне предстояло две недели провести на море, впереди было столько всего интересного и волнительного! Я уже представляла, как буду целыми днями купаться в теплой, соленой воде, греться под ласковыми лучами жаркого солнышка, ну и, конечно же, не забуду посетить пару интересных и познавательных экскурсий.

Все приготовленные мной вещи упорно не хотели помещаться в ограниченное пространство, так что мне пришлось принимать весьма серьезные решения и отказываться от части своих нарядов, что крайне печалило, ведь хотелось выгулять в отпуске все свои красивые платья. Так что собралась я, когда на часах было уже далеко за полночь, и еще долго не могла уснуть, тщательно перебирая в голове все организационные вопросы. А рано утром за мной уже заехал Слава, поэтому я искренне надеялась выспаться в самолете.

Но надеждам моим не суждено было сбыться. По воле судьбы мое место оказалось рядом с местом Никиты. И я уже даже хотела было поменяться с его девушкой или со своим парнем, но, увидев, что Юля сидит рядом с мамочкой и орущим младенцем на руках, а Слава с мужчиной просто огромных размеров, который кажется занимал и половину соседнего сидения тоже, я вдруг пересмотрела приоритеты и вернулась к своему месту, решив, что мне не так уж и сильно не повезло. А на неприятного мне парня ведь можно просто не обращать никакого внимания, не разговаривать с ним и вообще делать вид, что мы незнакомы.

Подойдя ближе к нужному мне пролету, я к своему большому огорчению поняла, что у окна будет сидеть мой сосед, а не я. В таких случаях я обычно всегда раньше просила уступить девушке место и мужчины или парни каждый раз охотно шли на уступки даме. Но в этот раз я чувствовала, все будет иначе. И, конечно же, я заранее знала ответ, задавая вопрос, но все же рискнула сделать попытку.

– Привет! Пусти меня, пожалуйста, к окну, – я натянула на лицо самую милую улыбку, на какую только вообще была способна. Рядом с ним.

Никита был одет в футболку и джинсы, темные волосы, как всегда, аккуратно подстрижены в короткую прическу, а на лице виднелась небольшая щетина. Он сидел с планшетом в руках и увлеченно что-то читал. А после моих слов отвлекся и, хмуря густые, темные брови, посмотрел на меня серьезными глазами.

– Нет, не пущу. Здравствуй, – парень поджал губы и вновь уставился в свой гаджет.

Я так и знала. Кто бы мог сомневаться! Еще бы этот противный и упрямый тип хоть раз сделал что-то хорошее. Я села на свое место и пробурчала непонимающе:

– Тебе что, жалко, что ли?

Мой сосед шумно вдохнул воздух, выключил планшет, убирая его в карман сиденья и внимательно на меня уставился.

– Почему ты считаешь, что все вокруг тебя должны делать только так, как ты этого хочешь? Сколько бы мы с тобой не пересекались, ты каждый раз упорно продавливаешь свои варианты, безапелляционно выдвигая их. И каждый раз мы делаем так, как хочешь ты.

– Это вовсе не правда! Просто так совпадает каждый раз, что мое мнение выражает мнение большинства!

– Да ты даже внимания уже не обращаешь и не задумываешься о том, что может быть кто-то хочет другого. Для тебя есть только твои хотелки. Ты не подумала, что я, например, может быть тоже хочу у окна сидеть.

– В чем проблема? Сказал бы, что тоже хочешь тут сидеть. Но ведь это же не так. Ты просто вредничаешь. Просто ты недолюбливаешь меня, и я это знаю. С самой нашей первой встречи невзлюбил.

– А за что мне тебя любить? Тоже мне, принцесса на пьедестале.

– Мне, знаешь ли, тебя тоже не за что любить! Самоуверенный хам!

Я прищурила глаза, настораживаясь, когда он как-то недобро ухмыльнулся, и уже ждала, что он скажет мне какую-нибудь гадость.

– Ведешь себя вечно, как маленький, капризный, избалованный ребенок!

– Я взрослая и самодостаточная женщина! А вот ты заносчивый и неприятный тип! И в чем это, интересно, проявляется то, что я ребенок? Я работаю и сама зарабатываю себе на жизнь, – не поняла я его нападок.

– Ты обычный экскурсовод, – парень посмеялся надо мной.

– Я не экскурсовод, я научный сотрудник и музейный куратор. Я уже тысячу раз тебе это говорила! У тебя проблемы с памятью или ты просто до такой степени глупый? – взбесилась я, ведь он постоянно называл меня экскурсоводом, хоть это уже давно было не так, и он это прекрасно знал.

– Да я видел тебя и не раз – экскурсии для детишек проводишь, которые тебя и не слушают даже. Можешь говорить, что хочешь, но ничего серьезнее тебе просто не доверяют.

Я так рассердилась на этого придурка, что не сдержала своих эмоций и треснула его по плечу, но он тут же перехватил мою руку и угрожающе проговорил медленно, выделяя каждое слово, глядя в глаза:

– Никогда не поднимай на меня руку! – и добавил уже спокойнее, отпуская меня, – И вообще, пока ты живешь со своими предками, ты так и будешь оставаться маленькой девочкой под крылышками своих родителей.

– Это ничего не значит и ни на что не влияет! И вообще, вот возьму и съеду от них!

– Когда?

– А вот, когда вернемся, тогда и съеду сразу! – сказала я решительно, ведь и сама уже не раз подумывала об этом.

– Ну-ну, посмотрим, тебя за язык никто не тянул, – скептически поднял брови вверх парень.

– В любом случае, я не обязана тебе ничего доказывать!

– Так и знал, что все твои слова пустые, как и ты сама, впрочем – просто кукла пустая, – от его обидных слов я даже ахнула, не чувствуя ничего, кроме злости.

– А ты противный индюк перекачанный! Сам пустой! Только и знаешь, что показываешь всем свои мускулы при каждом удобном случае!

– Да ладно тебе, – он наклонился ко мне ближе, – я сам лично слышал, как ты ставила меня в пример своему парню и отправляла Славу заниматься в тренажерный зал вместе со мной. Значит, получается, все-таки тебе нравится, как я выгляжу, – я еще больше закипела в бешенстве. Я и понятия не имела, что он слышал тот наш разговор с его другом, в котором я и правда советовала Славе немного заняться собой.

– Высокомерный, заносчивый хам! Это ты сам придумал в своей голове! Живешь в своем выдуманном мире, где ты – красавчик, а все девушки вокруг без ума от тебя.

– Дурочка ты, Янка, дурочка и врушка.

– Это почему это?

– Нет ничего постыдного в том, чтоб признаться, что тебе нравится. Ведь я видел, как ты смотрела и облизывалась тогда, когда я переодевал при тебе рубашку, – его темные зеленые глаза сверкнули, а я чуть дар речи не потеряла и нервно сглотнула. Я прекрасно поняла, про какой он случай говорит. Может быть, я и взглянула на него тогда случайно, но уж явно не облизывалась! Что за глупости?

– Сам ты дурак! Не было такого! Ты сам врун!

Внутри все просто кипело, и от негодования и досады я треснула парня со всей силы по предплечью, и тут же сама пожалела об этом.

– Я же тебя предупреждал: никогда не поднимай на мужика руку! – Никита резким движением одной рукой обхватил меня, а на другую намотал мои распущенные волосы и с силой потянул их назад, заставляя меня запрокинуть голову, – поняла меня?

Но я молчала, плотно сжимая губы, мне, конечно, было не так уж и больно, но положение было слишком унизительным.

– Я спросил, поняла?

– Никита, отпусти! Мне больно! – тихо прошептала я, пытаясь не разреветься от переполняющей меня досады, – Поняла я, поняла!

Он разжал свой стальной захват, а я больше не собиралась с ним разговаривать дальше – отвернулась, а слезы сами потекли по щекам, и тело начало содрогаться от тихих рыданий, которые я старательно пыталась скрыть и задавить в себе. Спустя минуту парень вновь заговорил уже примирительным тоном.

– Да ладно тебе, не реви ты. Ничего же такого страшного я тебе не сделал, да я своих девок во время секса сильнее натягиваю, и им это нравится.

Мое живое воображение сразу нарисовало Никиту с какой-нибудь девкой, и внутри что-то неприятно защемило.

– То-то ты меняешь их, как перчатки – просто они все бегут от тебя, сверкая пятками, – все же отозвалась я, не поворачиваясь.