Катерина Калюжная – Знак вечности (страница 16)

Это одновременно было красиво и пугающе. Девушка потеряла связь с реальностью. Только осознание, что где-то в темноте за ее спиной стоит Максим, не давало ей впасть в панику и попытаться вырваться из сетей оплетающего ее пламени. Его незримое присутствие стало для нее единственной опорой в зыбком мире волшебства.

Песнь становилась громче и ритмичнее, голос Линды набирал силу, в нем появлялись звонкие нотки. Символы водили хоровод над головой перерождающейся, постепенно убыстряясь. Вскоре стало невозможно отличить один знак от другого, они слились в единую линию и засверкали с нестерпимой яркостью.

Голос смолк неожиданно, оборвавшись на высокой ноте и погрузив мир в абсолютную, звенящую тишину. Золотое и красное свечение погасло, даже огонь, выплясывающий фантасмагорические танцы вокруг Алины, исчез. Примерно секунду, показавшуюся девушке вечностью, ничего не происходило, а потом действительность взорвалась, распавшись на миллиарды разноцветных искр.

Алина почувствовала (или ей показалось, что почувствовала), как ее ноги оторвались от земли, и она, словно отрастив себе крылья, взмыла под потолок. Внутри нее росло что-то огромное, большее, чем она сама, чем все, что она когда-то знала. Оно постепенно заполняло ее существо. Когда в ее теле не осталось ни одной клеточки, которая бы не дышала неизвестным, Алина смогла найти этому название. Счастье. Немотивированное, нереальное, невозможное, неистовое. Оно сжигало боль, терзавшую ее многие годы, вытесняло из головы все мысли, отодвигало воспоминания на задний план. Эйфория – называл эти ощущения Макс в другой, далекой от нее жизни.

Это длилось и длилось. Шли минуты, часы, а она все так же пребывала между небом и землей, купаясь в совершенном блаженстве. Из ниоткуда возник золотой символ – шар, в котором двигалась наполовину размытая темная фигурка, больше всего напоминавшая маленькое солнышко на ножках, как частенько изображают небесное светило дети. Она то приседала, то вставала, то устремлялась вперед, то резко останавливалась. В руках человечек держал красный короткий меч. Присмотревшись, Алина разглядела, что у него есть глаза, серебряные, блестящие.

Шар разделился на две части, абсолютно идентичные друг другу. В каждой из них продолжал двигаться крошечный воин. Два золотых пятна приближались к девушке до тех пор, пока каждое из них не оказалось прижато вплотную к ее коже, одно – к лицу в районе левого виска, другое – к правой руке, между большим и указательным пальцами. Они продолжали вращаться и двигаться вперед, словно не замечая возникшей на пути преграды. Постепенно сгустки света погрузились в кожу и теперь тускло сияли сквозь нее. Неожиданно в обеих половинках когда-то единого шара от серебристых глаз отделилась тонкая нить, достигла грани светящихся меток и принялась вертеться по кругу.

Вспышка ослепительного бордового оттенка вырвала из окружающей темноты лицо Максима, превратилась в узкий луч и на огромной скорости устремилась к Алине, по пути разделяясь на две равноценные линии. Они просочились в отпечатки шаров и сплелись с серебристой нитью, образуя причудливый, замысловатый рисунок.

На миг темнота рассеялась, выхватив серьезное лицо Стаса, и тут же превратилась в черный луч. Как и бордовый, он потянулся к формирующимся линиям знака и соединился с плетением, усложняя его и совершенствуя.

Голубой луч – и спокойное, красивое лицо Лизы.

Оранжевый, осветивший улыбку Роберта.

Розовый, несущий в себе частичку тепла Хадижи.

Фиолетовый, превративший окружающее в мистическую фантасмагорию, на фоне которой Влад выглядел как добрый волшебник из детской сказки.

Красный, отразившийся в колючем взгляде Сони.

Алина не заметила, когда они все пришли сюда. Да сейчас ее это и не волновало.

И снова темнота, только два золотых шара, на лице и руке, излучали призрачное свечение. Серый человечек продолжил свое хаотичное движение, красный меч по-прежнему пылал кровавым огнем, серебристые глаза с удивлением смотрели на мир, а вокруг – тонкая, сплетенная из восьми цветов лента, складывающаяся в причудливую фигуру – не то неправильный ромб, не то еще что-то, неизвестное обычной геометрии.

С каждой секундой свечение слабело, пока не затухло совсем, норовя погрузить Алину в пугающий непроглядный мрак. Однако этого не произошло. Как только две золотые точки исчезли, вспыхнул свет. Он казался необычайно ярким, глаза заслезились, пришлось несколько раз моргнуть, прежде чем они привыкли к отсутствию темноты.

Алина огляделась. Напротив по-прежнему стояла Линда. Фолианта в ее руках больше не было, волосы спокойно лежали на плечах, густыми волнами спускаясь до поясницы.

Рядом с магом находился Стас. Он выглядел чрезвычайно серьезно и торжественно. Лиза коротко подмигнула новоиспеченной воительнице. Хадижа с Робертом улыбались. Влад украдкой оттопырил большой палец на руке, выражая таким образом свое отношению к происходящему. Соня, колючая, словно ощетинившийся еж, старалась не встречаться взглядом с Алиной.

Чтобы увидеть Макса девушке пришлось развернуться на сто восемьдесят градусов. Парень выглядел не просто довольным, а по-настоящему счастливым. Он протянул к Алине руки, но не сделал ни шагу навстречу, помня, что пересекать золотую линию круга ему нельзя.

– Добро пожаловать в семью, Серебряная, – проговорила Линда своим обычным полудетским голоском, заставляя девушку повернуться к себе лицом. Алина ожидала продолжения торжественной речи, но волшебница молчала, вид у нее был очень усталый.

– Ты так и собираешься там стоять? – поинтересовался Макс, и Алина поняла, что может покинуть заколдованное место.

Первый же шаг заставил новую воительницу замереть на месте. Тело было ее и при этом чужое. Она чувствовала силу, о которой раньше не могла и мечтать, и даже не сомневалась, что сможет пробежать любую дистанцию быстрее опытного марафонца. Но самое удивительное – ей хотелось использовать свои новые возможности, хотелось физической нагрузки, изматывающей и приносящей удовлетворение одновременно. В несколько шагов она преодолела расстояние, отделявшее ее от Максима, и крепко обняла его. Он сдержал слово, был рядом во время всего ритуала, его близость поддерживала ее, давая ощущение защищенности.

В какой момент появились ребята, она не заметила, но знала точно, что в самом конце процесса, когда Линда создавала знак. Она чувствовала нить каждого из них там, где теперь находилась метка. Наконец она поняла, что говорил ей Макс о связи, более прочной, чем дружба или даже родство, существующей между членами одной группы. Если из знака выдернуть одну отдельную нить, вместе с ней оторвется часть твоей собственной души, крепко-накрепко переплетенной с остальными.

– Максим, шальная магия тебя не задела? – озабоченно поинтересовалась Линда, разглядывая лицо воителя. – Ты какой-то чересчур эйфоричный.

– Нет, твое зелье отлично действует. Я вообще ничего не почувствовал, словно смотрел из-за стекла, пока не пришло время ставить знак, – успокоил ее Макс, – это я радуюсь, что нас снова восемь.

– Ясно, – хмыкнула Линда и вышла из комнаты, просочившись сквозь стену. Алина не заметила, чтобы та исчезала или открывалась потайная дверь.

– Все по домам, – скомандовал Стас, будто не произошло ничего необычного, – сегодня Алина отдыхает, завтра приступим к тренировкам. График я сообщу чуть позже.

– Выйдешь на улицу, старайся ничему не удивляться, – шепнула ей на ухо Хадижа, когда они карабкались вверх по отвесной лестнице. В отличие от спуска подъем не отнял у Алины ни капли сил. Да и магический светильник ей теперь был не нужен: глаза прекрасно видели в темноте.

Ритуал занял больше времени, чем Алина предполагала. Солнце уже давно встало и приближалось к своей высшей точке. Яркие краски волшебного сада ослепили девушку, стоило ей сделать первый шаг из затененного особняка. Раньше она не знала, что трава имеет такой насыщенный зеленый оттенок, цветы обладают настолько дурманящим ароматом, а теплый воздух умеет так ласкать кожу. Минут десять Алине потребовалось на то, чтобы прийти в себя и привыкнуть к своим новым, магически усиленным чувствам. Товарищи ее не торопили, каждый прекрасно помнил свои собственные ощущения в первый день жизни воителя.

– Серебряная… Странно, – сказала Лиза, когда они уже шли к стоянке по тропинке, ставшей снова длинной и ужасно извилистой. Алина только сейчас вспомнила имя, которым назвала ее Линда после преобразования. Не требовалось большого ума, чтобы догадаться: причиной тому послужили серебристые глаза человечка на ее метке и такая же нить, связавшая ее с остальными членами группы. Ничего особо «удивительного» девушка в этом не видела, у каждого, как она поняла, свой цвет.

– Она же пришла на место Зеленого, а серебряный заменяет любой цвет, – пожала плечами Хадижа.

– Это было бы логично, если бы Антон отказался от знака. Многие из тех, кто приходит на место отказников, серебряные. Но он умер, его место свободно, – продолжала рассуждать Лиза.

– Необязательно, – вступил в разговор Влад. – Я знаю несколько человек с таким же цветом, и они занимают свое собственное место в группе. Вспомни Арину из «Стрел», или Питера из «Львов».

– Ты прав, – согласилась блондинка, – но все равно это большая редкость.