Катерина Калюжная – Тайны тёмной цитадели. Том 2 (страница 11)

За спинами сгрудившихся вокруг него светлых вспыхнул огонь. Вампир ощутил исходящий от него жар, несущий смерть и боль, и невольно поежился. Неприятный запах поднялся над поляной. Это горели тела его недавних сподвижников. Скоро пламя подберется к нему…

– Антон, Алина решать вам, – указывая рукой на распростертого на земле Олега, вступил в разговор новый участник, самый высокий и крепкий из всех. От него веяло силой и уверенностью. – Только быстрее, пока здесь не появились новые вампиры.

– Я хочу, чтобы он жил, пусть в таком обличии, – жалобно проговорила Алина и перевела полные слез глаза на его двойника.

– Это неправильно, – прошептал брат, не смея оторваться от созерцания вампира, некогда бывшего его близнецом. – Максим не хотел этого. Всегда говорил, что лучше умереть. Не знаю…

– Антон, – всхлипнула Алина, хватая его за руку. От прикосновения маленькой ладони воин вздрогнул, посмотрел на девушку и молча кивнул.

– Я не могу убить его, Стас. Прости, брат, ты бы смог это сделать для меня. Я всегда был слабее, – с этими словами Антон отвернулся и зашагал к затухающим кострам, от которых сильно пахло гнилью.

– Прощай, – прошептала Алина и коснулась губами его лба, как поцеловала бы покойника. Олегу захотелось кричать от отчаяния. Одно прикосновение ее губ вызвало взрыв чувств, скрутивший все его существо. Вот сейчас они уйдут, они все, а он останется, вечно обреченный влачить жалкое существование в качестве раба ненавистного мага. Без друзей, без семьи, без любви.

– Прощай, – эхом повторила блондинка, имени которой никто так и не произнес, и следом за Алиной коснулась губами его лба.

– Прощай, – арабка наклонилась и коротко чмокнула его в щеку, кожу обожгло тепло ее слезы.

– Прощай, – стараясь оставаться холодной, сказала Соня и, не прикоснувшись к нему, побрела прочь, ссутулив плечи.

Олег хотел ответить, но в горле застрял комок. Если бы вампиры умели плакать, он бы сейчас рыдал, как ребенок, впервые столкнувшийся с несправедливостью жизни.

Влад и курносый молча кивнули и отвернулись. Им было нечего добавить. Стас, в котором Олег сразу угадал главу, на минуту задержался.

– Если тебе надоест твое существование, найди меня, я сумею сделать это не больно, – сказал он и пошел следом за остальными.

– Я любил вас! Всех! Я уверен! Вы снитесь мне! – крикнул Олег, надеясь, что его услышат. Он должен был сказать это. Голос не повиновался, но он заставлял себя произносить противившиеся хозяину звуки.

Антон, идущий последним, держа за руку всхлипывающую Алину, обернулся:

– Мы знаем, братишка. Мы будем тебя помнить.

Еще какое-то время в воздухе витало эхо их голосов и слышались удаляющиеся шаги. Паутина по-прежнему крепко держала Олега, не давая догнать бывших друзей, еще раз взглянуть в серые глаза все еще любимой, хоть и забытой женщины. Заклинание должно само рассеяться через десять часов, не оставив следа. Подобные артефакты входили в любой боекомплект, но использовались крайне редко из-за своей ненадежности и сомнительной эффективности в стандартных условиях, когда противников было много. Но в это время его бывшая группа будет уже далеко. До земель Валентина, где их ждал портал, осталось совсем немного. Они вернутся домой, а он побредет обратно в черную цитадель, чтобы получить очередной выговор, возможно сопровождающийся мучительным и несправедливым наказанием, и новый противный совести приказ, от которого невозможно ни отказаться, ни уклониться. Не имея возможности заплакать, Олег закричал, громко, с надрывом, давая выйти из сердца боли, которая была страшнее любого огня.

Больше он не боялся смерти.

До земель Валентина Души Ветра осталось пройти совсем немного. Стас возглавлял отряд. По неестественно прямой спине можно было понять, как сильно на главу повлияла неожиданная встреча с тем, кто раньше был одним из них, а теперь по злой воле демона в человеческом обличии превратился в вампира. Но ни лицо Черного, ни мысленный голос, твердо раздающий указания, не изменились. Он прекрасно умел владеть собой и контролировать собственные чувства.

– Антон на место Алины, Влад вторым прикрывающим, Лиза на острие. Хадижа и Алина – в основную группу и не высовываться, – распорядился он сразу же, как силуэт связанного по рукам и ногам Максима поглотила тьма. Глава в первую очередь должен уметь думать и принимать решения, которые пойдут на благо всем. И Стас умел делать это как никто, сразу поняв, что Розовая и Серебряная не способны сейчас ни здраво мыслить, ни защищать даже себя. От Лизы, хоть и предельно уставшей, и Антона, шокированного, но не сломленного, пользы будет значительно больше.

Чем дальше от замка отходил маленький отряд, тем светлее становилось вокруг. За кронами стоящих впереди деревьев виднелась полоса более светлого неба, усыпанного звездами. Там проходила граница между лесами, принадлежащими Сантьяго, и тропическим садом, устроенным Валентином.

Стас переступил невидимую черту и вздохнул с облегчением. Все, теперь они в безопасности. Оставалось только найти портал и благополучно вернуться домой.

Боевой порядок тут же был нарушен. Антон подхватил под руку Алину, не давая девушке упасть. Нервное напряжение было слишком велико, и Серебряной казалось, что она спит, только кошмар все никак не кончается. Хадижа уткнулась в плечо Роберту, громко шмыгая носом. Она уже взяла себя в руки и могла сносно ориентироваться в пространстве. Впечатлительность Розовой раздражала, и Соня не преминула ей это высказать. Влад зашикал на жену, но, как обычно, без особого результата. Красная и сама изрядно перенервничала и теперь искала того, на ком выместить свою злобу. Бледные щеки брюнетки и гуляющие под кожей желваки выдавали ее расстройство и волнение, но, естественно, вслух она не высказала их, прячась за потоком бесконечной брани и злых насмешек. Соня не умела быть мягкой. Любое проявление чувств было для нее унизительной слабостью. Вот и сейчас она шла вперед, гордо вскинув голову, не замечая, как хлещут по лицу ветви деревьев, а ноги больно бьются о торчащие из земли переплетенные корни.

– Мы уже почти у цели, – вслух сказал Стас. В отличие от мысленного, его настоящий голос звучал глухо и слегка прерывался.

– Ты точно помнишь, где указанное место? Мы могли выйти где угодно? – спросил Влад, пиная небольшой камешек по утоптанной тропинке, на которую они только что ступили.

– Помню, я бывал здесь, но давно, – Стас уверенно шел к цели. Ему не терпелось оказаться за стенами замка Линды, и, если бы не Алина, обвисшая в крепких руках Антона и неспособная двигаться быстро, глава задал бы группе темп марафонного забега.

Периодически лицо Черного стекленело, он переставал отвечать на редкие вопросы и погружался в себя. Или, как считали все, кто замечал выражение лица главы, вел диалог, скорее всего, с Линдой, пересказывая ей, а возможно, и генералу историю их грустной встречи.

– Все будет хорошо, все будет хорошо, – шептал Антон Алине на ухо. И от его теплого, родного голоса на душе становилось немного легче. Увидеть Максима с лихорадочно блестящими глазами и матово-белой кожей, на которой отчетливо проступал символ Сантьяго, не скрываемый даже колдовской тьмой, было для нее болезненным ударом. Признавшись самой себе в любви к бывшему мужу, Серебряная раз и навсегда похоронила его в своей памяти. Ее вечность продолжалась, и она была вполне счастлива в ней, вспоминая ушедшее с теплотой и легкой грустью. Макс погиб в бою, как всегда хотел, этим они с Антоном успокаивали себя, и до сегодняшнего дня у Алины неплохо получалось жить дальше. Максим-вампир, ведущий орду собратьев на бывших друзей и соратников, изменил все. Перевернул ее мир вверх дном. Она не могла понять, как ей относиться к немертвому мужу-врагу, который смутно, но помнит ее и свои почти стертые ритуалом перерождения чувства. Она не понимала, что ей делать со свалившейся на нее бедой, как вести себя с его братом, ее любовником и возлюбленным, с которым она планировала соединить свою жизнь до конца вечности или пока смерть не разлучит их.

Ей хотелось найти ответы на вопросы, вертящиеся в голове и с назойливостью дрели сверлящие мозг, но мысли путались, а судорожные рыдания обжигали охрипшее горло.

– Вот он! – вскрикнул Роберт. Впереди между двумя кустами боярышника виднелась черная арка пространственного перехода.

– Алину вперед, – распорядился Стас. И Серебряная послушно шагнула в знакомые тиски портала.

Яркий свет фонарей слепил, заставляя глаза слезиться еще сильнее. Взбудораженная толпа оставшихся в замке воителей переминалась с ноги на ногу около нескольких идентичных воронок, встречая вернувшихся друзей и считая тех, кому уже никогда не ступить на эту землю.

– Что случилось? – подбежал к буквально выпавшей из портала Алине Вадим. Он хотел знать, не приключилась ли беда с его родственниками. За спиной юноши маячили фигуры Алисы и Игоря.

– Все живы, – выдавила из себя Серебряная, отступая, чтобы шедший следом Антон смог благополучно выйти из перехода.

На лице Вадима отразилось облегчение. Алиса тут же развернулась и пошла по своим делам: не хватало еще попасть под горячую руку матери, у которой, без сомнения, была тяжелая ночь. Игорь остался стоять на месте, лицо его напоминало маску.