Катерина Алёшина – Эльфийское стекло (страница 16)

Тариэль усмехнулся.

Лея снова подумала про Аврору: «Что она будет делать одна? Пропадёт. Снова будет слоняться по замку, как тень или пустая оболочка. Нельзя так с ней».

– Я должна известить мать, что со мной всё в порядке. Она ведь с ума сойдёт, – настойчиво сказала княжна.

– Нет, исключено, – отрезал принц. – Будешь слушать меня – и скоро вернёшься. Сосредоточься на карте.

Тариэль стал показывать дальше. Он вернул палец к пустому месту в горах.

– Если здесь спуститься к побережью и обогнуть по морю, будет короче. Вот тут есть порт, наймём корабль…

Принц не закончил, вернулся Рейдан. Он нёс в руках охапку одежды.

– Ну что, княжна, вот и одёжка, примеряй, – с улыбкой выдал Рейдан, бросая кучу тряпок на диван.

Лея посмотрела на принца.

– В целом я всё рассказал, – проговорил он.

Княжна ощущала крайне смешанные чувства: страх, беспокойство и азарт. Она подошла к охапке вещей, стала по одной рассматривать их: полушубок, шапка, тёплые штаны, шерстяная рубаха, подбитый мехом жилет и что-то ещё в конце кучи. Из остатков Лея выудила нечто очень колючее, шерстяное. Вещица отдалённо напоминала уродливые панталоны.

– Что это? – спросила княжна, приподнимая колючую ткань.

– Это наденешь под штаны, – пояснил Рейдан.

Лея скривилась, представив, как будет некомфортно и колко.

– Нет, ни за что не надену, – бросила она.

– Ещё как наденешь, если не хочешь отморозить зад, – со смешком сказал Тариэль.

Рейдан заржал.

Лея раздражённо вздохнула, сложила вещи в стопку. «Издеваются ещё, остроухие. Сами-то небось таких не носят», – зло подумала она.

– Княжна, ты же с юга, к морозу не привыкла. Поверь, будет холодно, очень холодно, – примирительно произнёс Рейдан.

– Видно, она хочет пойти по сугробам в своём платье, – насмешливо сказал ему Тариэль.

Лее очень захотелось стереть ухмылку с лица принца. Рейдан, напротив, не раздражал. Он, похоже, не обижался на нанесённый урон. «Да и с чего бы? Подумаешь, царапина, даже шрама не будет», – заключила княжна.

– Когда отправляемся? – спросила Лея.

– Утром, за два часа до рассвета, – ответил принц.

Глава 20. Тариэль

Когда княжна направилась в купальню, Тариэль предупредил:

– Не выходи из коридора и тем более не спускайся. Поняла? Здесь, в северной башне, не бывает посторонних, тут безопасно. Но если ослушаешься, я тебе не помогу.

– Не дура, поняла, – ответила Лея.

Как только за княжной закрылась дверь и зажурчала вода, принц вернулся в спальню.

Рейдан, развалившись на диване, смотрел в камин. Тариэль переложил одежду княжны на кресло, устроился рядом с другом.

– Ри, ты ведёшь себя как болван. Чем она так задела тебя? – спросил Рейдан.

Принц скривил губы, ничего не ответил. Тариэль и сам понимал, что непривычно резок и груб. «Должно быть, сцена на лестнице задала неправильный тон», – полагал он. Принц вспомнил, как сжал тонкое девичье тело, а Лея билась и кричала в его руках.

Рейдан молчал. Тихо потрескивало пламя в камине. Неожиданно друг ухмыльнулся и проговорил:

– Я понял, Ри. Она не вешается на тебя и не обтекает слюной.

Тариэль презрительно фыркнул.

– Мне всё равно. Человечка не в моём вкусе.

Рейдан промолчал, должно быть уже потерял интерес.

– Тебя она разве не раздражает? – вдруг спросил Тариэль.

Друг пожал плечами.

– Да нет, бойкая такая. Я-то думал, будет реветь и истерить. Терпеть не могу женские слёзы, – сказал он.

Тариэль надолго задумался, глядя на то, как лениво языки пламени лижут поленья в камине.

«Лорелея, – произнёс про себя принц. – Её пламя другое, оно рвётся наружу, искушает. Провидец тот, кто дал княжне это имя. Она манит, словно песня русалки. Этого не отнять».

– Ри, уже поздно, – оборвал размышления Рейдан. – Надо поспать хотя бы несколько часов. Не думаю, что теперь княжна сунет нос из северной башни.

– Иди, – кивнул Тариэль.

Рейдан ушёл. А принц расстегнул рубашку и растянулся на диване. Потрескивало пламя в очаге, за стеной еле слышно журчала вода. Тариэль прикрыл глаза, мысли потекли сами собой.

«Может, вломиться в купальню? – подумал он. – Нет. Что за безумная идея?»

У принца было много женщин: знатных и не очень, умных и не совсем. Все они обладали красотой и по-своему нравились Тариэлю, но лишь на краткое время. Любовные дела не занимали принца так, как магия и стекло. Он знал: наступит день, когда отец велит ему жениться, и выбор будущей супруги Тариэль доверит королю. Тем, что он жаждал, обладала Лорелея. Но было в ней и другое, то, чего принц пока не понимал.

Глава 21. Лорелея

Одна из стен купальни продолжала полукруг спальни. Лея поразилась обилию зеркал, стекла и света. Внезапно в отражении она увидела себя: растрёпанную, в разорванном платье. Ярко горели настенные бра. Три узких окна чернели ночной мглой. Купальня не уступала размером самой спальне. По центру на низком пьедестале располагалась чаша ванны. «Какая большая, в ней легко поместились бы двое», – подумалось княжне. Она обошла её, коснулась пальцами сверкающих труб, пустила воду, задумчиво склонилась над ванной.

«Боги! Что нужно сделать, чтобы поток поднялся так высоко? – поразилась Лея. – Какая пустая трата. Хотя для эльфов это, видно, пустяк». Княжна вспомнила старую Нэн и то, как та таскала для неё вёдра с кипятком. Сердце сжалось, ужасно захотелось вернуться в то время, когда жизнь была проще и не было других забот, кроме горячего стекла, ждущего в печи.

Журчала вода, на скамье лежала стопка полотенец, а рядом – небрежно брошенный пушистый халат. Лея не стала ждать, пока наберётся ванна, сбросила платье и полезла в чашу. Ей казалось, прошла вечность с тех пор, как она лежала в собственной ванне накануне отъезда из «Драконьего пика».

Лея повернула вентиль, из крана побежала обжигающе горячая вода. Вскоре купальню заполнил пар, а княжна разнеженно распласталась в чаше. Приятное тепло обволокло её, укутало в знакомых объятьях. Жар всегда успокаивал княжну, она любила горячую воду и моменты наедине с собой. В такие секунды ей казалось, что внутренний демон спит, заботы оставались далеко, а мысли бесконтрольно неслись в неведомые дали.

Вот и сейчас Лея отпустила внутренний контроль, отбросила нелепость ситуации и стала думать об эльфийском принце.

«Может, он сейчас войдёт проверить, не сбежала ли пленница?» От этих образов сделалось совсем горячо, вода дошла почти до края чаши. Лея перекрыла вентиль. «Глупая, ты же заперла дверь на засов», – одёрнула она себя. Но думать о таком никто не запрещал, и Лея, погрузившись в воду, стала представлять. В её воображении одна картинка спорила по непристойности с другой. Всё вокруг подёрнулось сладким маревом. Княжна коснулась пальцами груди, выдохнула рвано, остановилась.

«Какого чёрта? Да что со мной не так? Вряд ли эльфа интересует это».

Вода начала остывать. Лея торопливо помылась, после завернулась в необъятный халат, спустила воду. Она ждала, что у двери будет кто-то караулить, но в коридоре оказалось пусто.

Княжна бесшумно прошла в комнату принца. Здесь царил мрак, только отблески камина плясали по стенам. Тариэль спал, свесив руку с дивана. Расстёгнутая рубашка выпросталась из брюк. В разрезе белоснежной ткани Лея видела, как тёмные узоры оплетают тугие мышцы торса. Во сне лицо принца утратило надменность. Светлые пряди разметались по подушке. Закатанные рукава открывали сильные руки. Лее стало любопытно, умеет ли принц что-нибудь ещё, кроме как держать свой клинок. Она подкралась ближе и стала смотреть на его лицо. Аристократическая утончённость сочеталась с грубой силой: бледная кожа без единого изъяна, волевой подбородок.

«Красивый, зараза», – подумала княжна.

С десяток минут Лея изучала черты принца, пытаясь представить, как выглядит он без одежды. Потом ей наскучило это, и она пошла в кровать.

«Надо же, не проснулся! А вот мне как теперь уснуть?»

Лею волновал не только принц, но и предстоящее утром. «Безумный план под стать тому, кто его сочинил», – заключила княжна, устраиваясь поудобней.

Горячая вода сделала своё дело, несмотря на тревогу, княжну потянуло в сон.

Глава 22. Лорелея

Когда Тариэль разбудил Лею, было ещё темно. Спросонок княжна не сразу поняла, где находится, а увидев принца, залилась румянцем. Он стоял у кровати, по пояс обнажённый, и с интересом разглядывал её.

– Вставай, княжна, пора, – сказал эльф, странно косясь на Лею.

Княжна всегда спала беспокойно и возилась во сне. За ночь одеяло сбилось, а халат распахнулся. Лея плотнее завернулась в то единственное, что на ней было, поднялась. Волосы высохли как попало, огненные локоны торчали во все стороны.