Катарина Мора – До тебя (страница 51)

Глава 66. Ария

С тяжелым сердцем я сижу у выхода на посадку. Вспоминаю, как летала в последний раз. Это было с Греем, и тогда мое сердце тоже было разбито.

Хотя сейчас все иначе. Тогда мне было больно из-за измены. На этот раз… на этот раз Грей просто уничтожил меня. Воспоминания о нем, моя любовь – они никуда не исчезли. Я сяду в самолет, но это не будет новым началом, как в тот раз. Нет. Теперь я уезжаю, а мое сердце остается.

По щеке стекает слеза, и я продолжаю думать, правильно ли поступаю. Даже когда он отстранился и я перестала понимать, хочет ли он, чтобы я была с ним, я продолжала оставаться. Может, мне не надо было уходить? Я хочу быть рядом, но мое присутствие, кажется, стало для него дополнительной ношей.

Все мои сомнения и неуверенность в себе переплелись, заставляя снова и снова прокручивать в голове одни и те же мысли. Я действительно думала, что мы с Грейсоном можем преодолеть все. Что наша любовь достаточно сильна, чтобы провести нас через самые мрачные времена. Я ошиблась.

Я отвлеклась от размышлений, когда свет в аэропорту внезапно мигнул. Все экраны в пределах видимости погасли и затем снова включились, и я замерла от шока, увидев изображение. Передо мной появился Грейсон с широко распахнутыми глазами.

– Ария? – Его голос эхом отражается во всех микрофонах, и у меня отвисает челюсть.

Все вокруг тоже уставились на экраны, большинство в таком же шоке, как и я. Что происходит? Грейсон поправляет галстук и выравнивает камеру. Видео, кажется, идет с мобильного устройства.

– Не садись в самолет, умоляю тебя, Ария. Умоляю, останься. Я еду в аэропорт, – говорит он, взглянув на часы. – Я знаю, что у тебя посадка через десять минут, но я тебя умоляю, не садись в самолет.

Он ерошит волосы, и его лицо искажается от боли.

– Ария, ты лучшее, что было в моей жизни, и отпустить тебя – мой худший поступок. Прошло несколько часов, и я могу честно признаться, это самые ужасные часы в моей жизни. Я думал, что делаю лучше для нас обоих, но ошибался. Я так ошибался, милая. Я так боялся навредить тебе, что не увидел, какую боль причиняю, Ария.

Грейсон выпрямляется, видимо говоря водителю ехать быстрее.

– Я люблю тебя, – продолжает он. – Люблю твою улыбку, твой острый ум, твою душу. Я знаю, что не заслуживаю тебя, Ария… Но каждую минуту моей жизни я буду стремиться стать хорошим человеком. Может, этого недостаточно, Ария, но клянусь, если ты дашь мне шанс, я никогда не перестану пытаться. Я никогда не перестану стараться сделать тебя счастливой и вызвать у тебя улыбку.

Камера дрожит, Грей, судя по всему, несется сломя голову.

– Я знаю, что причинил тебе боль. Знаю, ты думаешь, что мне все равно, что я не обращал на тебя внимания последние недели. Милая, посмотри, что у меня в телефоне.

На экране мелькают сотни моих фотографий, одна за другой. Я на работе, я дома. На этих фотографиях я занята самыми обычными вещами, и большинство сделано в те моменты, когда я даже не замечала, что меня фотографируют. Я дома работаю за ноутбуком, я стою перед кофемашиной в офисе, селфи нас обоих, пока я сплю на груди Грея.

– Я в полном отчаянии, и мне наплевать, что весь мир узнает, как я одержим тобой. Я так тебя люблю. Даже когда меня охватывал страх и я был уверен, что ты уйдешь от меня, я хотел сохранить эти моменты, чтобы смаковать их до конца моих дней. Но, знаешь что, Ария, воспоминаний недостаточно. Мне нужна ты. Я так тебя люблю, что жизнь без тебя не имеет смысла, и я знаю, что ты меня тоже любишь. Я знаю это, Ария. Знаю, что ты любишь, и этого достаточно. Пока есть любовь, мы справимся. Я сделаю все, чтобы ты дала мне еще один шанс. Знаю, что причинил тебе боль, но я потрачу всю жизнь, чтобы заслужить твое прощение.

Рядом суматоха, шум голосов, люди расступаются, и появляется Грейсон. Он идет ко мне. Наши глаза встречаются, и он убирает телефон. Видео обрубается.

– Ария, – шепчет он, остановившись передо мной. Хватает меня за руки и крепко сжимает. Падает на колени и смотрит на меня. – Молю тебя, пожалуйста, останься. Я не прошу тебя о прощении. Только шанс заслужить его.

Я в полном ошеломлении заглядываю ему в глаза.

– Грейсон, зачем ты приехал? Почему именно сейчас? Эти экраны… О чем ты думал?

Все смотрят на нас, множество телефонов нацелены на нас. Я растерянно оглядываюсь.

– Ты отключила телефон, и я испугался, что ты улетишь. У меня не было выбора. Я не мог позволить тебе сесть в самолет. Мне наплевать на последствия за взлом системы безопасности аэропорта.

Мое сердце сжимается от боли, и я с трудом сглатываю.

– Ты позволял мне уходить уже не один месяц, – шепчу я, и он качает головой.

– Прости, милая. Я знаю, как это для тебя выглядело, но я никогда не прекращал любить тебя. Ты дашь мне шанс доказать это? Я сделаю что угодно.

Я внимательно разглядываю его, пытаясь понять, насколько он искренен. Отчаяние в его глазах не может быть наигранным.

– Можешь пообещать, что будешь разговаривать со мной? Обещай, что будешь активно работать над нашими проблемами. Не думаю, что мы сможем обойтись без терапии, Грейсон. Обещай мне, что ты сделаешь все, что потребуется, что не будешь снова выгонять меня из своей жизни, когда возникнут трудности. Обещай мне, Грей.

Я ожидала, что он будет колебаться, но нет. Он кивает и крепче сжимает мои ладони.

– Я обещаю. Все, что ты хочешь, я это сделаю. Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо со мной, Ария. Нет ничего, что я не попробую. Пожалуйста, просто скажи, что ты остаешься.

Мольба в его глазах заставляет мое сердце биться быстрее. Я так долго сомневалась в нем и в итоге решила, что уже ничего нельзя исправить. Я думала, он отказался от нас. Но, возможно, неуверенность и страх – это не только его проблема, но и моя.

Я улыбаюсь ему, и мои глаза наполняются слезами.

– Тогда да, Грейсон. Я останусь.

Глава 67. Грейсон

Когда мы возвращаемся в квартиру, Ария молчит. По ее лицу я понимаю, что она не надеялась снова здесь оказаться. Ставлю ее чемодан в угол. Она подходит к окну, как в самый первый раз.

Я встаю у нее за спиной, накрывая ладонью ее руку. Ария напрягается и поворачивается, оказываясь в плену между стеклом и моим телом. Смотрит на меня, и мне больно от неуверенности в ее взгляде. Мне больно оттого, что я всему виной.

Я приподнимаю ее подбородок указательным пальцем и медленно, осторожно наклоняюсь. Ее глаза закрываются перед тем, как мои губы задевают ее рот, и когда наши губы сливаются, она ахает.

Ария встает на цыпочки, и я целую ее глубже, наслаждаясь каждой секундой. Я прижимаюсь к ней, она стонет, запутываясь руками в моих волосах. Когда мы отрываемся друг от друга, мы оба тяжело дышим. Как давно я ее не целовал.

– Мне тебя не хватало, – шепчу я ей в губы, наклоняясь для очередного поцелуя. Она вцепляется в меня еще крепче и страстно отвечает.

К тому времени, когда она отодвигается, я твердый как камень. Мы прислоняемся лбами друг к другу.

– Мне тоже, Грейсон. Даже не представляешь насколько.

Ее руки скользят по моему телу, и я целую ее прямо под ухом, перед тем как спуститься к шее. Она тихо стонет, и я улыбаюсь. У нее дрожат руки, и она прижимает ладони к моей груди в попытке скрыть дрожь.

– Скажи мне, о чем ты думаешь, – шепчу я.

Она выглядит такой уязвимой, такой раненой.

– Думаю, хочешь ли ты меня, Грей. Ты примчался за мной в аэропорт и уговорил остаться, но мне трудно поверить твоим словам. Я не хочу снова быть обманутой. Если ты чего-то хочешь от меня, пожалуйста, скажи. Я сделаю для тебя что угодно, только, пожалуйста, не используй меня. Не думай, что тебе нужно встречаться со мной, чтобы не расстраивать Ноа.

Что за черт? Я так был занят своими переживаниями, что ни разу не задумался, как мое поведение может повлиять на ее едва затянувшиеся раны. Каждый раз, когда я отстранялся от нее, она, должно быть, вспоминала Брэда. Твою ж… Не могу поверить, что я довел свою девушку до таких мыслей. И, что хуже, я сам не понимал, что творю. Я до сих пор помню, как она рыдала, передавая нам с Ноа слова Брэда, и все это время я сам напоминал о той ситуации, заставляя ее думать, что отношусь к ней так же.

Я беру ее щеки в ладони и заглядываю в глаза.

– Все, о чем я могу сейчас думать, это о том, что я хочу увидеть тебя голой и глубоко войти в тебя. Я боюсь, что хочу тебя слишком сильно, как тогда, когда ты взяла мой член в свой красивый ротик. Я хочу вытрахать все дурацкие мысли из твоей головы, но я боюсь, что буду слишком груб. Вот и все. Мой самый большой страх – причинить тебе боль. Ты заставляешь меня терять контроль, Ария, и я не хочу, чтобы ты страдала. Но в то же время я эгоистичный ублюдок, и как бы я ни пытался, не могу отпустить тебя, хотя знаю, что есть большая вероятность, что я не сдержусь и сделаю тебе больно.

Она кивает, скользнув руками к пуговицам моей рубашки, и шепчет:

– Но, милый, мне нравится пожестче.

Она смотрит мне в глаза, расстегивая пуговицы и оценивая мою реакцию, и я закусываю губу, когда ее руки опускаются к моим брюкам.

– Чувствуешь, Никта? – спрашиваю я. – Похоже на притворство? Похоже на то, что я тебя не хочу?

Она качает головой, и в ее глазах загорается надежда. Я снова целую ее, стягивая одежду. Она глубже впивается в мои губы и поднимает руки, помогая мне снять с нее платье. Остается в черном кружевном белье, и я с трудом сглатываю.