Катарина Мора – До тебя (страница 45)

Она наклоняется, и ее губы скользят по моим. Вес ее тела едва чувствуется, она такая хрупкая. Я постоянно ее трогаю… Кто знает, сколько раз я уже неосознанно делал ей больно?

Ария вздыхает и ложится. Я чувствую ее волосы под подбородком. Обнимаю ее, и сердце рвется на части. Я всегда буду стремиться защищать Арию… но я не могу защитить ее от себя.

Глава 57. Ария

Охваченная беспокойством, я ставлю десерт в духовку. Грей всегда любил португальские пирожные, и я надеюсь, что это лакомство его развеселит. Всю неделю он сам не свой. Отдалился от меня и молчит. Я ни разу не видела, чтобы он улыбался, и хотя он не отталкивает меня, но и не тянется ко мне, как раньше. Он не подходит ко мне, возвращаясь домой, не целует меня. Когда мы ложимся спать, он обнимает меня, если я устраиваюсь в его объятиях, но никогда не делает это первый.

Даже в офисе он стал другим. Работает почти круглосуточно, но ничего не обсуждает с нами. Ни с кем не разговаривает. Даже Райли заметил, что Грей ведет себя иначе. Рабочая атмосфера поменялась, и это точно из-за Грея. Он даже не осознает, что он сердце компании.

Не знаю, что творится у него на уме. Он все время задумчив, это меня беспокоит. Такое чувство, будто я его теряю, хотя он рядом со мной. Не знаю, что сказала Ида, но она явно ранила его. Остается надеяться, что раны эти излечимы.

Входная дверь открывается, и я напрягаюсь. Сердце начинает колотиться. Никогда не чувствовала такого отчаяния. Никогда не испытывала настолько сильного желания помочь другому человеку. Даже когда я хотела, чтобы Ноа улыбнулся, и пекла ради этого торт на день рождения, чувства были другими. Не было ощущения, что сердце разобьется, если я не смогу вызвать у него улыбку.

Грейсон почти не смотрит на меня, входя в дом, он явно глубоко в своих мыслях, как всегда в последнее время.

– Грей, – говорю я, подходя к нему.

Он останавливается и поворачивается ко мне. Что-то все-таки не изменилось: он смотрит на меня с такой же любовью.

Я кладу ладони ему на грудь, медленно скольжу ими вверх, обнимая его за шею и прижимаясь, привстаю на цыпочки для поцелуя. Он слегка наклоняется, едва касаясь губами моих губ, но поцелуй совершенно целомудренный. Не помню, когда я последний раз возбуждала его, и от этого меня мучает неуверенность. Я твержу себе, что дело не во мне, но не могу не тревожиться. Может, такая большая перемена заставила прийти к мысли, что в его жизни для меня нет времени или места, что он не хочет меня. Я старательно отгоняю эти мысли, но они преследуют меня.

– Я испекла пирожные, – говорю я, пытаясь изобразить жизнерадостную улыбку. Если есть что-то, в чем я по-настоящему хороша, так это в притворных улыбках.

Грейсон кивает, глядя мне в глаза.

– Спасибо, – бормочет он, – но я не голоден.

Он отворачивается и идет в сторону спальни, и это меня убивает. Я не могу смотреть, как он уходит. Ненавижу это ощущение беспомощности. Я не хочу просто стоять и смотреть, как он страдает. Только не когда я рядом.

– Грейсон, – шепчу я, и голос ломается. – Не закрывайся. Не отталкивай меня.

Он поворачивается ко мне, и на его лице такая же боль, как, должно быть, на моем. Подходит ко мне и крепко обнимает, зарываясь руками в волосы. Наклоняется и дрожащими губами целует в лоб.

– Прости, – шепчет он, – прости, Ария. Просто у меня много работы. Вот и все.

Он отстраняется, и я уже по нему скучаю. Делаю шаг к нему, встаю на цыпочки и притягиваю его голову к себе. Целую, молча умоляя поцеловать меня в ответ.

Он напрягается, и секунду я думаю, что он отодвинется, но потом он целует меня, первый раз за эту неделю целует по-настоящему. У меня вырывается стон, и он тает, его руки скользят по моему телу. Я приподнимаюсь еще выше, и он улыбается мне в губы, подхватывая меня в объятия и прижимая к стене. Я закидываю ноги ему на талию.

Его язык дразнит мои губы, и я приоткрываю рот, углубляя поцелуй. Как мне этого не хватало. Мне не хватало терять себя в нем.

– Ария, – шепчет он, спускаясь губами к моему горлу. У меня снова вырывается стон, когда он всасывает чувствительный участок кожи, так хочется большего.

Но он отодвигается и, тяжело дыша, роняет голову мне на плечо.

– Я не могу, – бормочет он.

Он аккуратно ставит меня на пол, но я не отпускаю его.

– Почему? Что происходит, Грей? В последнее время ты со мной почти не разговариваешь. Поговори со мной.

Он ерошит волосы и отводит взгляд.

– Дело не в тебе, милая. Ни в коем случае. Ты самое лучшее в моей жизни. Ты мой свет, когда остальной мир погружается во мрак. Дело во мне. Я рожден во грехе, Ария. Я сын насильника. В моих венах течет его кровь. Этот мрак – внутри меня. Я не должен был родиться. Человек вроде меня… Просто вопрос времени, когда я сделаю тебе больно, и, скорее всего, я не пойму. Черт… Может, мне даже будет приятно. И что тогда?

У меня сводит живот, по спине бегут ледяные мурашки, но я стараюсь сохранять спокойствие.

– Кто тебе это сказал? – спрашиваю я, не в состоянии контролировать резкость своего голоса. – Когда ты уходил из офиса увидеть Иду, то не думал ни о чем подобном. Ты ушел с надеждой в глазах, а вернулся в отчаянии. Это она с тобой сделала? Это она тебе сказала?

Я чувствую гнев, который не испытывала никогда в жизни, мне очень хочется удалить ее дело с платформы. Как она осмелилась заставить любовь моей жизни задаваться такими вопросами? Он искал ее много лет – и что нашел?

– Я… все в порядке, Ари. Ей плохо, и она не сдержалась, но нельзя сказать, что она неправа. Все так и есть. Я действительно результат ужасного преступления, и это не изменить. Но есть шанс, только шанс, если мы сделаем так, чтобы правосудие в отношении Иды восторжествовало, часть этих грехов простится.

Я накрываю ладонью его щеку, глядя глаза в глаза.

– Это не твои грехи, Грейсон. Это не твоя ноша. Не ты должен искать прощения.

Он кивает, но я вижу, что он мне не верит, и сейчас я ничего не могу сделать, чтобы он увидел себя моими глазами. Я могу одно – помочь ему с этим делом. Если это то, что ему сейчас нужно, значит, я все выясню, пусть даже я уверена, что Ида не заслуживает ни Грейсона, ни нашей помощи.

Глава 58. Ария

Просыпаюсь в одиночестве и в панике сажусь в кровати. С бьющимся сердцем выскальзываю из постели и перехожу из комнаты в комнату, зная, что Грея я не найду. Я это чувствую. Звучит безумно, но я чувствую, что его нет дома. Я ощущаю, когда он рядом, а когда нет.

Я смотрю на часы в гостиной, и у меня сводит живот от беспокойства. Семь утра, значит, он ушел ночью. В последнее время, просыпаясь, я часто обнаруживаю, что Грей смотрит в потолок, но он всегда в постели рядом со мной.

Это первый раз, когда его нет, и я встревожена. Возвращаюсь в спальню в поиске его следов, любого намека, когда он ушел и куда мог направиться.

Вибрирует телефон на ночном столике, и я подпрыгиваю, хватая его в надежде, что это Грей, но нет. Всплывает множество уведомлений от «Немезиды». Хмурюсь, не понимая, что могло вызвать такой поток.

Листаю сообщения, и сердце останавливается, когда я вижу, что Эш загрузил видео и попросил, чтобы команда по работе с медиа распространила его.

Трясущимися руками запускаю его, боясь того, что могу увидеть. Видео начинается, и я сразу же узнаю Джорджа. Грей сидит спиной к камере, они вдвоем в пустом баре. Джорджа видно хорошо, а Грей практически в тени. Но это неважно. Я всегда узнаю его.

– Есть девушка, – говорит Грей, и его голос звучит не очень разборчиво. – Мне кажется, я люблю ее, понимаешь?

Я хмурюсь, и по спине бегут холодные мурашки. Что происходит? Почему он с Джорджем… и о ком он говорит?

Джордж делает большой глоток чего-то похожего на виски и кивает, побуждая Грея продолжать. Такое впечатление, что они часами уже пьют вместе.

– Я думал, она любит меня, но нет. Хотел жениться на ней, прикинь? Любил ее всем сердцем. Черт возьми, я мечтал о детях. А она? Она дурила меня всю дорогу. Мне она ни разу не позволила раздвинуть свои длинные ноги, но оказалось, что все время раздвигала их для кого угодно.

Джордж смеется.

– Женщины – порочные создания, парень. Они играют с тобой и думают, что им все сойдет с рук. Но ты имеешь право взять желаемое.

Грейсон напрягается. Едва заметно, и я сомневаюсь, что кроме меня кто-то обратит на это внимание. Я падаю на колени, крепко сжимая телефон. Часть меня чувствует себя преданной, но более рациональная понимает, что происходит. Он пытается получить у Джорджа признание. Как он вообще его нашел? Как напоил? Будет ли законным это доказательство? Не уверена, что да, но понимаю, как оно может повлиять на присяжных, если Грей сможет сделать так, чтобы его увидели. Если наша команда по работе с медиа сделает это видео вирусным, Джордж не сможет сбежать от ответственности.

– Да надо было. Если она раздвигает ноги перед моими друзьями, она должна позволить и мне трахнуть ее. Я обращался с ней куда лучше, чем любой другой мужик.

– Возьми ее, – расслабленно говорит Джордж. – Она была у тебя первая, да?

Грей кивает.

– Мы встречались. Она заставила меня поверить, что хочет меня, что выйдет за меня замуж.

Джордж смеется и кивает.

– Когда-то я знал такую женщину, – говорит он, делая очередной глоток виски. Как только его стакан пустеет, Грей сразу подливает еще, но Джордж, похоже, не осознает, что происходит.