Каталина Канн – Попаданка в Академию элементальной магии 1 (страница 4)

Разумеется, честнее было бы сказать, что я — единственный, кто на это способен. Моя чистая королевская кровь давала мне силу, превосходящую даже могущество Ситрины. Даже мой брат, номинальный правитель, не мог сравниться со мной в близости к Духу. Именно поэтому корона по праву должна была принадлежать мне, но я предпочёл ей свободу воина.

— Тогда решено, — тихо проговорила Ситрина, и её серебристо-серые глаза блеснули, когда на её губах появилась улыбка. — Я рекомендую определить её в Огненный Квартал. Это её второстепенная сила, как и твоя.

— Ты хочешь, чтобы я жил с ней? — вырвалось у меня. Сама мысль о том, чтобы делить кров с этой непредсказуемой полукровкой, вызвала у меня волну глухого раздражения.

— Ей нужен защитник, Эксион. И ты единственный, кто для этого подходит.

Я сдался, с глухим вздохом засунул руки в карманы и прислонился к косяку двери. Ситрина, как всегда, была права. Мало того что я был единственным, способным контролировать её дар, так я ещё и оказался одним из немногих, кто не жаждал её смерти за грехи матери.

— Ей нужно больше, чем один защитник, — Киар словно прочёл мои мысли. — Девушке нужна целая армия.

— Которой у нас нет, — в голосе Ситрины прозвучала горечь. Она, великий миротворец, основатель Академии, мечтавшая объединить все королевства, не могла смириться с предрассудками сородичей.

— Это слишком тяжёлая ноша для одного, — в тоне Киара слышалась тревога.

— Я взял на себя эту миссию добровольно. Я позабочусь о ней.

— А кто позаботится о тебе, Эксион? — мягко возразил старый фей. — Ты и твой брат — последние из королевской линии Духа.

Я скривился, но ответил твёрдо:

— Я смогу постоять за себя.

— Ты так похож на своего отца. Он бы гордился тобой... — Ситрина печально улыбнулась, но её слова были заглушены.

Пронзительный крик сверху заставил всех троих вздрогнуть и устремить взгляды на потолок.

— Кажется, наша спящая красавица пробудилась, — сухо прокомментировал Киар.

И в тот же миг за окном раздался оглушительный, дребезжащий треск.

Я ринулся к окну, и у меня перехватило дыхание. Идиллический сад Ситрины был разрушен. Огромное вековое дерево лежало на боку, подобно поверженному гиганту, придавив собой хрупкую теплицу, от которой осталась лишь груда искорёженного металла и битого стекла.

— Она повалила дерево, — пробормотал я хмурясь. Но как? Я бы почувствовал, если бы она использовала магию Духа. Моя энергия была неразрывно связана с момента нашего контакта.

Пока я пытался осознать это, за пределами дома зародился новый кошмар. Безумный вихрь, сплетённый из воды и воздуха, с рёвом принялся вырывать с корнем остальные деревья, с лёгкостью игрушек швыряя их в сторону особняка.

Я стремглав бросился прочь из комнаты, не оглядываясь, смутно ощущая, что Ситрина и Киар бегут следом. Взлетев по лестнице, я распахнул дверь в её комнату.

Элена стояла в центре, вся осыпанная лепестками и листьями, сорванными с живого потолка. Её светлые волосы были растрёпаны, а в широко распахнутых голубых глазах плясали отблески неукрощенной энергии, смешанные с животным страхом.

Увидев меня, она замерла, опустив руки и часто дыша. Моя магия инстинктивно потянулась к ней, окутывая её успокаивающими вибрациями, призванными усмирить внутреннюю бурю. «Успокойся», — мысленно приказал я, и за окном беснующийся торнадо начал терять силу, понемногу рассеиваясь.

— Я сплю? — её голос был тихим, полным детского изумления. Она смотрела на цветы, пробивающиеся сквозь обои, на виноградные лозы, ползущие по стенам.

Я оглянулся на Ситрину и Киара и тихо сказал:

— Я поговорю с ней наедине.

— Мы будем внизу, — откликнулась Ситрина.

Я притворил дверь, оставаясь с ней один на один в комнате, которая выглядела так, будто её вырезали из самого сердца древнего леса.

Элена смотрела на меня, нахмурив брови.

— Кто ты? — спросила она. — Я сплю?

И затем, словно ветерок, она закружилась по комнате, запрокинув голову с беззаботной улыбкой.

— О, здесь так красиво. Я чувствую себя такой живой. Такой... счастливой.

Похоже, я перестарался с успокоением.

— Элена, — пробормотал я, присаживаясь на край кровати, утопающей в живых цветах. — Элена. Посмотри на меня.

Она повернулась, и её взгляд скользнул по мне с нескрываемым любопытством.

— Ты красивый. Но раз это мой сон, я бы предпочла, чтобы ты был без одежды. Хочу получше рассмотреть тебя... после нашего поцелуя...

Я закашлялся, ощутив, как по жилам разливается горячая волна.

— Ты не спишь. Мы в параллельном мире, полном магии и... фей. Я привёл тебя сюда после пожара.

Элена нахмурилась, а затем неожиданно расхохоталась, сгибаясь пополам и хлопая себя по коленям.

Что же, на её месте я, наверное, отреагировал бы так же.

— Элена, я говорю правду, — я старался говорить мягко, но настойчиво. — Я хотел, чтобы ты согласилась прийти сюда добровольно, но из-за ситуации в баре мне пришлось действовать иначе. Заклятье твоей матери пало, и твои силы пробудились. Тебе необходимо быть среди себе подобных.

— Ты хочешь сказать, что я фея? Ты шутишь?!

— Нет, — я покачал головой, внимательно следя за её реакцией. — Ты в нашем мире.

— Ага, — она смахнула слёзы смеха. — То есть, феи реальны?

— Да, Элена. Феи не миф. Мы магические существа, и мы реальны.

— Конечно, конечно, мы в мире фей, — Элена тщетно пыталась сдержать новый приступ смеха.

Духи, дайте мне силы. Они мне ох как понадобятся.

— Давай начнём сначала, — предложил я. — Расскажи мне о своих родителях, Элена.

Всё веселье мгновенно испарилось с её лица. Она нахмурилась и резко мотнула головой:

— Я не хочу об этом говорить.

— Мне важно это знать.

— А я не хочу, — она капризно топнула ногой. — Исчезни из моего сна!

— Это не сон, — я сделал шаг вперёд. — Ты не можешь просто заставить меня исчезнуть. Расскажи мне о своих родителях.

— Нет.

— Почему?

— Потому что не хочу!

— Это не причина. В жизни много вещей, которые мы не хотим делать. Я, например, не хочу сейчас быть здесь, но у меня есть долг. И мне нужно поговорить о твоей матери. Об Ангелине.

Жестоко? Возможно. Но это подействовало. Её зрачки сузились, а взгляд стал острым и осознанным.

— Я не хочу говорить об этом, — прошептала она.

— Что ты знаешь о ней? — я не отступал. — Думаю, немного, ведь ты выросла среди людей. Твои бабушка с дедушкой что-нибудь рассказывали? Ты очень на неё похожа. Они тебе говорили?

— Остановись.

Ей нужен был толчок. Жёсткий и беспощадный.

— Твоя мать наложила на тебя чары, что скрывали твою истинную сущность. Всё прояснилось вчера, в твой день рождения. Ты чувствуешь это? Дар, что течёт в твоих жилах? Близость к стихиям? Ты спросила меня в баре, кто я. Ты почувствовала мою суть. Потому что ты одна из нас. Ты фея. Как и твоя мать...

— Остановись, — она вскочила, сжав кулаки. — Просто. Остановись.

— Я не могу. Ты должна услышать правду, Элена. Ты должна понять, кто ты. И у меня нет времени смягчать её. Твоя мать...

Мою речь отрезал порыв ветра такой силы, что он швырнул меня на стену. Виноградные лозы смягчили удар. Я поднял взгляд и увидел в её глазах короткую вспышку искр, прежде чем они погасли. Элена медленно осела на пол, закрыв лицо руками.