Касья Вауш – Абсолютная высота (страница 9)
Наконец, он нашёл полку с какими-то подарочными изданиями брошюр к юбилею ещё Военного Училища, потом и к юбилею Гражданского – они печатались каждые пять лет. Кеша уселся за стол и начал листать их от безысходности. На одном из разворотов увидел список всех профессоров нынешнего Училища, в котором были указаны места их обучения и годы выпуска. Оказалось, что Невзоров Илья Александрович учился в том самом Военном Лётном, которое было раньше на этом месте. “Забавно… Вот так вот учишься, потом продолжаешь здесь же работать, и так всю жизнь… Скучно ему, наверное. Он хоть полетать-то успел?” – подумал парень и решил, что точно не хотел бы работать здесь до пенсии. Ему это место за два года уже успело изрядно надоесть, хотя он и был рад, что наконец начались учебные вылеты.
Затем Кеша отыскал полку с годом, соответствующим году выпуска Ильи Александровича из Училища. Пришлось придвинуть к стеллажу металлическую стремянку, которая противно скрипела, и звук этот расходился по помещению долгим эхом. Лестница не выглядела особо устойчивой, но других способов залезть на верхний ярус не было. Поколебавшись минуту и решив, что даже такому второсортному лётчику не гоже бояться высоты, Кеша, скрепя сердце и скрипя ступенями, полез покорять вершины стремянки.
“Даня, блин, угораздило же тебя влипнуть!” – ворчал он, перебирая макулатуру. На полке обнаружилось несколько книг про выход ОКБ “Антонова” из единого авиапромышленного комплекса, что-то про разработки обратной стреловидности, несколько справочников и какая-то папка. В папке обнаружились лишь старые фотографии – никаких бумаг, записей или документов. Фотографии были явно с какого-то мероприятия – конференции или семинара. Кеша уже подумал было, что ничего дельного здесь не найдёт, но тут заметил, что на некоторых карточках сзади сделаны подписи. Ничего особенного, просто перечисление фамилий и должностей людей на фото. Но вдруг на одной из них он увидел: "Невзоров И. А.", и буквально через строчку – "Менаруй В. С." Кеша узнал фамилию друга и, судя по тому, что Даня был Викторович, предположил, что на фото – его отец.
“Та-а-ак, а вот это уже интересно! Даня говорил, что у него отец – лётчик, но вроде гражданский, а Илья Александрович Военное Училище заканчивал”. Безусловно, это могла быть случайная совместная фотография с какой-нибудь конференции, и они вовсе не были знакомы, но поскольку эта находка была лучше, чем ничего, Кеша вытащил телефон и сделал снимок с мыслью рассказать об этом Дане.
Глава 6 Связанные прошлым
Всю дорогу до города Даня и Дори провели в молчании. Девушка смотрела в окно и вспоминала, что раньше точно так же устраивалась в мягком кресле уютным калачиком и наблюдала, как автобус проносится мимо бескрайних золотых полей и густых изумрудных рощ, мелькающих за пыльным стеклом. Каждая такая поездка оставляла позади все её домашние переживания, школьные будни, усталость и скуку маленькой деревни и обещала взамен бесконечное лето, приключения, яркие краски и целый город неизведанного.
Обычно детей отправляют на каникулы в деревню, подальше от городской суеты. У Дори же всё было наоборот: тихие и спокойные сельские будни сменялись культурной программой от бабушки, и со словами: “Надо же хоть жизнь ребёнку показать!” – начинались цирк, зоопарк, театр драмы, парк аттракционов, краеведческий музей и целая вереница других не менее культурных мероприятий. Лето всегда было наполнено событиями и новыми впечатлениями, отчего казалось, что время удлиняется в два раза. Когда Дори возвращалась через пару месяцев домой, создавалось ощущение, что она не видела друзей целую вечность, не ходила в школу пару лет и забыла, как выглядит её папа.
Сейчас же было вовсе не лето. Создавалось похожее предвкушение неизведанного, только теперь оно больше походило на тревогу. Мир будто стал бледнее: раньше осень ассоциировалась с буйством ярких красок, а теперь была какая-то серая обречённость с оттенками тоски. Осень при этом была всё та же. Ничего не изменилось в мире, но изменилось что-то внутри.
Даня сидел, закрыв глаза и воткнув в уши наушники: то ли спал, то ли размышлял, то ли избегал неловкого общения. Между ними всё ещё чувствовалось напряжение: оба не понимали, как друг с другом взаимодействовать, а молчание ощущалось тяжёлой паузой.
“А ведь раньше мы могли часами уютно молчать… Почему такие знакомые обстоятельства ощущаются теперь совсем иначе?” – с грустью подумала Дори и тоже достала наушники. Музыка бередила воспоминания, задевая расстроенные нервы. Но не было подходящей программы, чтобы настроить их так же просто, как гитару, и приходилось делать это вручную, не зная, в ту ли сторону поворачиваешь колок.
В городе они оказались уже через полтора часа. До встречи с Толей ещё оставалось немного времени, и они решили пройтись пешком. Шли сначала тоже молча. Даня делал вид, что любуется окрестностями, а может, и впрямь любовался.
– А вот здесь я однажды гуляла с бабушкой по берегу и попыталась поймать утку. Она взлетела, а я шмякнулась в воду, – вспомнила Дори, показывая на озеро за деревьями.
– Что, решила, раз утки не ловятся, рыбу ловить?
– Ага, раков. Со дна руками, как папа учил.
– Ой, а мы сюда с родителями приезжали! Они тогда с собой меня взяли за то, что хорошо четверть закончил. На детский автодром ходили, было круто!
– О, да, помню его! Мне как-то раз повезло: мы бабушкину знакомую встретили, и ей очень хотелось о чём-то взрослом поговорить – так у меня случились внеплановые аттракционы без повода.
– Реа-ально повезло-о, – мечтательно протянул Даня.
– Чего? Завидуешь?
– Да уж, бабушка у тебя крутая!
– Согласна.
И вот ребята уже беззаботно смеялись, делясь детскими воспоминаниями. Возможно, между ними и правда ничего не изменилось?.. Да, если вновь садишься на велосипед, на котором давно не катался, первые несколько метров езда будет неловкой, но если это – твой родной, любимый велик, то тело быстро всё вспомнит, и через пару минут навык вернётся. Может, с дружбой так же? А как же тогда быть, если велосипед стал мал, и сиденье с рулём выше не поднять?
От очередной забавной истории Даню отвлекла вибрация телефона.
– Иннокентий, – важно кивая, пояснил Даня и взял трубку.
На этот раз Дори, стоя рядом, слышала почти весь разговор:
– Алло?
– Данечка, ты щас умрёшь!
– Чего?
– Я тут такое нашёл!
– Чего ты нашёл? … Зачем ты искал?! Мне уже прилетело, тоже домой хочешь? Хотя, ты-то наверное хочешь…
– Ну, во-первых, да, а во вторых – меня никто никуда не отправит, тут дело в тебе!
– В смысле?
– Ну, в смысле, тебя отправили домой, потому что ты как-то связан с этим Невзоровым. Точнее, не ты, а твой отец.
– Ну вот, приехали… Батя и тут не даёт мне спокойно учиться! Может, он поэтому был недоволен, что я именно в это Лётное поступил?.. А как ты узнал? И что, собственно, узнал?
– Да в библиотеке старую фотку нашёл. Там куча каких-то людей, и среди них этот Илья и твой отец.
– И что?
– Ну пока ничего, блин! Но сам подумай, они могут быть знакомы… В общем да, ничего конкретного, конечно, но фотку я тебе пришлю. Там с другой стороны фамилии подписаны – может, удастся ненавязчиво спросить у отца про кого-нибудь из них?
Дори молча наблюдала за тем, как непринуждённо Даня общается со своим другом. Это было его настоящее. Это был его
– Ага. "Привет, пап! Я какую-то хрень натворил, и за это меня домой отправили! А откуда ты Невзорова Илью Александровича знаешь?" Так ты это себе представляешь?
– Ну я не знаю! Чего ты сразу с наездом-то?! Я тебе хоть что-то нашёл, а ты…
– Ладно-ладно, спасибо, правда! Это действительно хоть что-то. Но с отцом я пока говорить не хочу. Сейчас вот с одним другом встречусь – надеюсь, он устроит переночевать хотя бы, а там посмотрим.
– Ну ладно, держи в курсе, пиши, если что.
– Хорошо.
Даня положил трубку и посмотрел на Дори, пытаясь понять, всё ли она слышала или разговор нужно будет пересказать.
– Отец, значит? Интересно… – задумчиво произнесла девушка. Затем взглянула на время на своём телефоне и не спеша двинулась в сторону кафе, в котором ребята договорились встретиться с Толей. Даня кивнул и последовал за ней.
Само собой, Толе тоже пришлось всё рассказать: начиная с того, что видел Даня, и заканчивая тем, что нашёл Кеша. Толя сказал, что ситуация кажется ему какой-то мутной, и он, конечно, пустит их пожить, но всё равно с отцом другу рано или поздно придётся поговорить. Однако, наткнувшись на Данин взгляд, парень был вынужден перейти к обсуждению квартиры.
Ника действительно сдавала её: одну комнату уже заняла какая-то девушка, а вот вторая пока была свободна. В ней были односпальная кровать и маленький диван, который, хоть и не раскладывался, но мог вместить одного спящего человека, так что ребята решили пока остановиться там.
Ник сейчас была в Твери, проводила очередной мастер-класс и должна была вернуться только через пару дней. Она жила вместе с Толей и родителями, поэтому, при хорошем раскладе, местонахождение Дани и Дори какое-то время точно могло оставаться нераскрытым.