Кассия Сенина – Тени Парфенона (страница 4)

Хош еще раз огляделся вокруг и сказал:

– Чертовски удобное место для сброса трупа: ни камер на дороге, ни людей вокруг. И автопрокатчики из-за этого забора с рекламой, конечно, тоже ничего не видели.

– В такую рань там мог быть только дремлющий охранник. Теперь везде сигнализации, ходить с колотушкой вдоль забора не нужно… Бедный священник, за что же его так? – Диана покачала головой.

– Вот это нам и предстоит выяснить.

Когда они закончили осмотр места происшествия, Шекеру позвонили из Управления и сообщили, что родственники и сослуживцы убитого обратились в астиномию и теперь знают о трагедии, а тело Зестоса доставили в судебный морг. Госпожа Зесту должна прибыть для опознания.

– Думаю, родственников сегодня лучше не терзать расспросами, – сказал Хош напарнице. – Побеседуем пока с госпожой Киннам.

Медики из «скорой», увезшей тело Зестоса, записали телефон Афинаиды Киннам, и Шекер позвонил ей, чтобы договориться о встрече. Киннамы были дома, и теперь путь астиномов лежал на юг Нижней Глифады. Приморское шоссе здесь отдалялось от береговой линии, отрезая от остального города уютный кусочек побережья, где расположился лучший район Глифады. Тут всё говорило о богатстве и комфорте: идеальный асфальт, окруженные садами двух-трехэтажные особняки, художественно подстриженные деревья, цветы, невысокие заборы с витыми решетками.

– Я думала, дом у них побольше, – заметила Диана, глядя через забор на кремово-белую виллу Киннамов. – Но место отличное, окна прямо на море.

Хош промолчал. Напротив окон его квартиры, по другую сторону проспекта Кесаря Иоанна Комнина, торчала многоэтажка, но и ту он видел чаще всего лишь ранним утром и поздним вечером, а то и ночью. Ненормированный рабочий день следователя не располагал к наслаждению домашним досугом. Шекер куда больше времени проводил в отделе убийств и в разъездах по городу, чем дома.

Ворота были снабжены видеозвонком. Ответил мужской голос, и Хош, представившись, поднял к лицу удостоверение. Раздался щелчок, и астиномы вошли в калитку рядом с воротами, которая автоматически затворилась за ними. Сад радовал глаз: прихотливо раскиданные клумбы, бассейн, беседки, увитые розами декоративные арки, шпалеры, камни, дорожки, покрытые ассиметричной плиткой. Смеркалось, вокруг вытянулись причудливые тени, круглые фонари на тонких гнутых ножках уже начали источать беловатое свечение, питаемые накопленной за день солнечной энергией. С чуть слышным журчаньем лилась вода из поливальных фонтанчиков. «Богато, но без лишних наворотов», – отметил Шекер.

Хозяин встретил их на пороге и, поздоровавшись, провел в просторную гостиную. Господин Киннам был одет в синие льняные брюки и простую белую футболку, но вряд ли она была куплена на базаре у подножия холма Муз. Так же как и зеленое в белый цветочек платье госпожи Киннам, ожидавшей их в гостиной. Гостей усадили в кресла, хозяева расположились на диване напротив. Красивая пара. Ректор Афинской Академии был необычайно хорош собой – высокий темноглазый брюнет с точеными чертами, крылатым размахом бровей и обаятельной улыбкой. Тонкое и одухотворенное лицо госпожи Киннам принадлежало женщине если не много пережившей, то много передумавшей. В том, как супруги сидели рядом, смотрели друг на друга и разговаривали, ощущались гармония и глубокое чувство. Хошу всегда приятно было видеть такие пары, но в то же время порой он им завидовал…

– Нам нужно задать несколько вопросов по поводу вашей сегодняшней находки, госпожа Киннам, – сказал Шекер, а Диана достала блокнот и приготовилась записывать основное.

– Да, пожалуйста, – ответила хозяйка дома. – Вы выяснили, кто его сбил?

– Его не сбили. Его убили из огнестрельного оружия.

Госпожа Киннам тихонько ахнула и подняла руку к груди, но тут же опустила. Ее муж слегка нахмурился и спросил:

– Убили и выбросили там на дороге?

– Именно, – кивнул Хош.

Диана, привстав, протянула Киннамам через кофейный столик планшет с открытой фотографией Зестоса.

– Да, – проговорила Афинаида, посмотрев, – это тот человек. Но кто он?

– Вы его не знаете? – спросил Шекер.

– Нет.

– А вы?

– Нет, – качнул головой господин Киннам, вглядевшись в фотографию. – Хотя… Нет, не припоминаю.

– Но ведь я разглядела его, когда врачи вытащили его из кустов, – нерешительно произнесла госпожа Киннам. – Думала: может он жив… А они сказали, что он уже умер. Но на нем не было крови или ран!

– Убийцы обработали их так, чтобы их не сразу заметили. Видимо, хотели выдать за несчастный случай на дороге. К сожалению, им это удалось, и теперь мы не имеем фотографий с места, где нашли тело, и в отчете медиков тоже мало что сказано. Госпожа Киннам, вы не могли бы описать как можно подробнее, что вы увидели, когда его нашли?

– Я постараюсь… А я ведь еще подумала, что странное место для дорожного происшествия! Там же ни перехода, ни прохода в кустах… Вы думаете, мне надо было вызвать астиномов?

– Ты не виновата, что так вышло. – Муж взял ее за руку. – Ты ведь думала, что он еще может быть жив.

– Да-да! Я подумала, что если его сбили, то…

– Расскажите, как вы нашли тело, – снова попросил Хош.

– Я ехала на службу в храм, думала о всяком и забеспокоилась, не забыла ли книги для знакомого священника. У него сегодня день рождения. Я решила посмотреть, взяла ли подарок, остановила машину и заглянула в сумку. Книги оказались на месте, и я уже хотела ехать, как вдруг увидела… – она сглотнула, – увидела, что из кустов торчат ноги.

– Впереди вашей машины? – уточнил Шекер.

– Да, немного впереди. Я совсем случайно посмотрела туда! Если б не взглянула, так бы и уехала… Ноги совсем не сильно торчали, только кончики туфель были видны, там ведь еще трава… Я испугалась! Но потом все-таки вышла посмотреть, а он там… лежит.

– Как он лежал?

– Почти перпендикулярно дороге, головой в ту сторону… в смысле – к забору. Голова была запрокинута, так что сначала я не увидела лица, уже потом разглядела, когда «скорая» приехала и они его вытащили.

– Вы не заметили ничего вокруг того места? Чего-то необычного или просто чего-нибудь?

Госпожа Киннам покачала головой.

– Нет, ничего такого не было. Просто кусты. Я еще подумала, где же его сумка, даже заглянула в кусты… Но я правда больше ничего там не заметила! Может, что и было, конечно, но я так растерялась и испугалась… А вы уже знаете, кто это?

– Священник Александр Зестос. Служил в Парфеноне. Убит сегодня ранним утром.

– О Боже! – выдохнула госпожа Киннам. – Извините! – внезапно проговорила она и, вскочив, выбежала из гостиной. Все проводили ее глазами, и Киннам сказал:

– Афинаида беременна, так что ее иногда тошнит. А сегодня уже несколько раз тошнило из-за этой находки. Не самые лучшие впечатления в ее положении. Надеюсь, вы не станете мучить ее дурацкими расспросами вроде того, почему она остановилась заглянуть в сумку именно в том месте? Потому что если вы вздумаете ее нервировать чем-то подобным, я буду вынужден выставить вас за дверь.

Тон его бархатистого голоса как будто не изменился, ректор говорил всё так же спокойно и вежливо, но в комнате словно похолодало на несколько градусов. Диана быстро переглянулась с Шекером и сказала:

– Что вы, господин Киннам, мы ни в чем не подозреваем вашу жену! Наоборот, ее случайная находка нам очень помогла. Всё говорит о том, что убийцы не рассчитывали на такое быстрое обнаружение тела.

– Позвольте мне еще раз взглянуть на фотографию, – вдруг попросил Киннам, и Диана снова протянула ему планшет. – Знаете… пожалуй, я его вспомнил. Видел в Парфеноне, когда заходил туда.

– Вы там бывали? – спросил Хош. – Когда?

– В две тысячи восьмом – начале девятого. Иногда бывал, да. Но не как прихожанин, – Киннам слегка улыбнулся, – а как наблюдатель людей и нравов. Я тогда писал роман «Тени Парфенона», собирал материал, а иногда брал с собой ноутбук и писал в кофейне на Акрополе по вечерам. Этого священника я видел в храме, наверное, раза два или три, он служил молебны и панихиды для приходящего народа, там ведь всегда много людей. Как я понимаю, у них есть какое-то определенное время для таких служб, их исполняют дежурные священники.

– И каким Зестос вам показался?

– Он хорошо служил, не торопясь и очень напевно. Должно быть, людям нравилось. – Киннам задумался на несколько секунд, припоминая. – Однажды я наблюдал, как он разговаривал с женщиной после молебна, она подошла что-то спросить. Мне кажется, он был добрым человеком, старался помочь людям… Это всё, что я могу сказать.

Вернулась Афинаида.

– Простите, – сказала она, вновь усаживаясь, – мне стало нехорошо.

– Как и сегодня утром, когда вы нашли тело убитого? – спросила Диана.

– Да, меня вытошнило там, – призналась госпожа Киннам, – а как вы… Ой, вы видели эти следы! – Она смутилась.

– Ничего странного, все-таки вы не гриб в лесу нашли, – успокоил ее Шекер. – Еще один вопрос: когда вы ждали там у тела «скорую», вы не заметили, были ли на пляже купающиеся?

– Прямо возле того места никого не было. Я нарочно огляделась – думала, может, кого позвать на помощь, но… Там же пляж такой, дикий… Может, кто и купался подальше, но за деревьями было не видно.

– Что ж, мы благодарны за сведения и больше не будем вас задерживать.

Хозяин дома проводил астиномов до дверей и сказал: