Кассиан Норвейн – Хронос-Сеть (страница 7)
Помещение, где собирали оперативные брифинги, находилось в нижнем секторе базы – глубоко под разрушенными уровнями. Здесь было сыро и тускло, в стенах слышался гул подземных насосов, а лампы вспыхивали с короткой задержкой, как будто не хотели будить тьму.
Энт вошёл первым. Его шаги отдавались пустым эхом по бетонному полу. Кей стоял у проекторной панели – с прямой спиной, скрещёнными руками и тем самым лицом, на котором никогда не читалось ничего, кроме усталости. Рядом – Рейн. Высокая, стройная, волосы собраны в тугой узел. Она наблюдала за Энтом, как за инструментом: без оценки, но внимательно.
– Садись, – коротко сказал Кей.
Он не сел.
На стене вспыхнуло изображение. Мужчина средних лет, в плотной защитной куртке, смотрел прямо в камеру. Спокойный, собранный, почти безэмоциональный взгляд. Фон за ним – блеклый коридор, отфильтрованный потоком серых пикселей.
– Кадо Мацуо, – начал Кей. – Один из внутренних исследователей. Когда всё пошло к чертям, он остался с нами. Помогал с анализами, разбирался в ядрах. Был полезен. Тихий. Логичный.
Пауза.
– А потом просто исчез.
Рейн продолжила:
– Мы думали – погиб. Много кто погиб. Но месяц назад он появился снова. С другой стороны. Работает на учёных.
На экране промелькнула схема – трёхэтажное здание, блокировка по периметру, точки охраны. Потом – координаты. Старый деловой район, к северу от Синдзюку. Один из тех, что когда-то был центром Токио, а теперь – только оболочка.
– Что он им отдал? – спросил Энт. Голос был ровным.
Рейн посмотрела прямо на него:
– Алгоритмы отслеживания ревиверов. Не все. Только некоторые цепи. Но мы уже потеряли пятерых.
– Почему я?
– Потому что ты двигаешься иначе. Умеешь не оставлять следов и… – Кей замолчал на секунду, – ты один из немногих, кого они не могут отследить.
Энт смотрел на голографическое лицо Мацуо. На стершуюся щетину, плотно сжатые губы. Ничего знакомого. Но где-то глубоко под кожей – чувство: он уже был рядом с этим человеком. Не память – след, как тень в холодной воде.
– Нужно убить его? – спросил он, всё ещё глядя на экран.
– Только если не получится вытащить, – сказала Рейн. – Но, по опыту… никто из них не сдается.
Кей выключил панель. Свет в комнате стал тусклее. На мгновение все трое стояли в молчании.
– Сегодня ночью, – сказал Кей. – Один. Точка выхода через западный проход. Подойдёшь незаметно, проследишь маршрут, найдёшь окно. Не тяни.
Энт кивнул.
Он вышел первым. Коридоры за дверью встретили его тишиной и дрожью воздуха. Где-то капала вода. Вентиляция гудела, как далекий океан.
Больше не чувствовал волнения. Не чувствовал страха. Только ту самую точку внутри груди, которая каждый раз включалась, когда появлялась цель. Что-то дрожащим эхом отзывалось от той встречи, что уже была. И от той, что ещё впереди.
Район Синдзюку. Ночь.
Синдзюку дышал по-старому – тяжело, с хрипом разрушенных улиц и металлическим эхом, скользящим по пустым проспектам. Здесь, в самом сердце старого города, здания больше не стояли – они держались. На кусках бетона, арматуре, на памяти о том, чем когда-то были.
Энт шёл по низкому тоннелю под обрушившемся путепроводом. Выцветшие указатели, обугленные рекламные щиты, стены с трещинами – всё молчало. Он двигался быстро, без лишних остановок.
База доктора Мацуо была наверху – третий уровень, бывший телекоммуникационный узел. Протокол: подняться, дождаться сигнала, устранить. Никаких шумов. Никаких свидетелей.
Он поднялся на один пролёт – и остановился. Впереди, за проломом стены, мелькнули тени.
Не ревиверы.
Он отступил в темноту, прислонился к колонне. Из-за края разрушенной стены появились силуэты: трое, потом ещё двое. Вооружены. Организованы. Плавно идут цепью.
Сопровождение.
Он увидел её сразу. Невия.
Она шла чуть впереди. В полевой форме, каска на поясе, автомат за спиной. Движения уверенные, взгляд – острый. Лицо – собранное.
Слишком близко. Энт не шелохнулся. Он смотрел на неё – как тогда, у стены. Но теперь ближе. Настолько, что мог различить изгиб губ, направление взгляда, морщину у переносицы.
Она остановилась.
Энт знал, что она его почувствовала. Не увидела – почувствовала. Она повернулась – на полградуса в сторону, но ровно туда, где он стоял. И на секунду – их взгляды почти встретились.
Он ждал выстрела. Но она не подняла оружие. Её зрачки дрогнули, дыхание едва заметно сбилось – и всё. Ни слова. Ни сигнала.
Один шаг вбок – и он исчез. Падение вниз по обрушенному пролёту, скольжение в вентиляционную шахту, тень проглотила его без остатка. Молча.
Прозвучали голоса:
– Есть движение. Южный угол!
– Подтверждаю! – второй голос, резко.
– Перехватить. Живым. – это была она.
Но слишком поздно. Энт уже растворился, как пыль в воде.
Тело двигалось автоматически, без шума – он перепрыгивал через обломки, скользил по лестницам, нырял в темноту. Местность знакома – в каком-то смысле. Не по памяти, но по интуиции. Как будто он здесь уже был, в другой реальности. Это проявление одной из его способностей – предвидение будущего.
Искать точку наблюдения долго не пришлось. Разрушенное административное здание на углу проспекта обрушилось не полностью: третий этаж, западное крыло, имел прямую видимость на задний двор центра. Оттуда, где он лежал – вдавленный в пыль и бетон, за грудой обугленных досок – открывался вид на серую площадку, где стояли странные конструкции.
И в их центре – он. Доктор Кадо Мацуо.
На нём была защитная куртка, тонкие очки на переносице, волосы зачесаны назад. Двигался медленно, говорил с кем-то из техников – показывал на приборы. В руке держал планшет, другой отмерял расстояние. Устойчивый, собранный, как будто весь мир вокруг не рухнул.
Энт прищурился.
И снова – ощущение. Не воспоминание. Просто отклик: знакомый силуэт, тембр, способ, как человек держит плечи. Как будто он уже видел его. И даже разговаривал. Давно.
Мацуо наклонился, проверяя крепление. За его спиной маячила охрана. Но не броня, не стены, не число тел – ничего не мешало. Он мог выстрелить сейчас. Но не стал.Он замер. Ветер в проломе завывал негромко. Никаких голосов рядом. Ни патруля, ни звука шагов.. Достал из-за спины винтовку, посмотрел через прицел. Еще раз. Приблизил.
Медленно отпустил курок. Что-то было не так. Слишком чисто. Слишком просто. И, может быть… не всё было правдой в словах Кея.
Буквально через 10 минут Энт вошёл в здание, когда охрана сместилась на юг – едва заметный интервал. Перекличка смолкла, датчики на нижнем уровне мигнули на пару секунд, и этого оказалось достаточно.
Энт двигался как тень: по обугленным коридорам, вдоль стен с выцветшими схемами и символами прежней эпохи. Внутри – полумрак, старый запах изоляционных проводов и влаги. Он знал, что цель в восточном крыле – временная лаборатория, переоборудованная под серверную и аналитический пункт.
Он остановился за дверью. Голоса изнутри едва различимы: обмен данными, короткие команды. Потом шаги. Один. Чёткий.
Он не стал ждать. Дверь открылась без звука.
Доктор Кадо Мацуо стоял у терминала, склонившись над столом с проектором. На экране – сложные графики, линии временных потоков, сигнатуры(квадратичная форма), данные.
Он не обернулся.
– Я знал, что ты придёшь, – сказал он.
Голос был ровный, даже усталый. Энт не двинулся. Стоял в проёме, кинжал – в руке, опущен.
Мацуо медленно выпрямился. Повернулся. Глаза серые. Взгляд прямой, будто он смотрел не на убийцу, а на старого ученика.
– Ты не помнишь меня, верно? – сказал он, тихо. Без обвинения. Просто факт.
Энт молчал.