Кассандра Клэр – Золотая цепь (страница 46)
– А почему?
Люси как-то раз спросила Джессамину о том, что происходит с человеком после смерти, но Джессамина ответила, что не знает этого, что призраки обитают в некоем «чистилище», а не в царстве мертвых.
– Потому что я не могу покинуть ваш мир, – сказал Джесс. – Когда восходит солнце, я проваливаюсь во тьму и снова прихожу в себя лишь после заката. Если и существует жизнь после смерти, я ее не видел и ничего не знаю о ней.
– Но ты можешь говорить с сестрой и матерью, – настаивала Люси. – Они должны понимать, насколько все это странно. И они хранят твое присутствие в тайне? Грейс никогда не рассказывала об этом Джеймсу?
– Нет, – покачал головой Джесс. – Но Блэкторны привыкли хранить секреты. Я лишь благодаря случайности узнал о том, что Грейс сегодня вечером встречается с твоим братом. Я видел, как она писала Джеймсу письмо, но она меня не заметила.
– Ах да, тайное свидание, – усмехнулась Люси. – Ты боишься, что ее репутация погибнет?
К немалому раздражению Люси, репутация молодой леди являлась очень хрупкой вещью. Девушка, которую застигли наедине с джентльменом, считалась погибшей. Мать всегда утверждала, что порядочный джентльмен поступит честно и женится на леди, вместо того, чтобы обречь ее на вечное одиночество и презрение общества, даже если он ее и не любит, но Люси никогда не была в этом до конца уверена. А если джентльмен не предлагал руку и сердце, то ни один мужчина из светского общества больше не смотрел на такую девицу. Она могла распроститься с надеждой выйти замуж. Люси подумала о Евгении.
– Еще чего, чтобы я волновался из-за такой чепухи, – обиделся Джесс. – Ты ведь, без сомнения, слышала рассказы о моем предке Бенедикте?
Люси приподняла бровь.
– Ты о том, который заразился демоническим сифилисом и превратился в огромного червяка, и которого убили мой отец и дядья?
– Я боялся, что твои родители сочтут эту историю неподходящей для юной особы, – улыбнулся Джесс, – но вижу, что опасения мои были напрасными.
– Они рассказывают про это каждое Рождество, – самодовольно произнесла Люси.
Джесс слез с подоконника. Люси не могла удержаться, чтобы не взглянуть в зеркало над туалетным столиком – она видела там только свое отражение. Девушку в пустой комнате, которая разговаривает сама с собой.
– Дед Бенедикт погряз в черной магии, – продолжал призрак. – А его отношения с демонами… – Он содрогнулся. – После его смерти в оранжерее остался цербер. Его обязанность – охранять нашу семью.
– Тот самый демон, которого Джеймс видел в оранжерее? Но он же убил эту тварь. Той ночью члены Анклава обыскивали поместье, но ничего не нашли.
– Это был не простой цербер, а гибрид, его скрестили с каким-то демоническим растением, – говорил Джесс. – Когда его убивают, он разбрасывает вокруг стручки, на первый взгляд безобидные. Но через несколько часов стручки лопаются, и из них вылупляются новые церберы. Сейчас они уже превратились во взрослых особей.
Люси стало холодно.
– И чего ты боишься?
– Грейс покинула дом без ведома матери – более того, ослушалась ее прямого приказа. Новорожденные церберы обязательно почувствуют это. Дед в свое время сделал так, чтобы существование демонов было подчинено лишь одной цели: защищать членов его семьи. Они выследят Грейс и вернут ее домой, – объяснил Джесс.
– Но почему ты так уверен в этом? Почему новорожденные демоны должны выполнять волю Бенедикта, которого давно нет на свете?
– Я прочитал об этом в бумагах деда, – грустно сказал Джесс. – Он хотел создать породу полностью покорных ему демонов, которые перед смертью порождают новых демонов, наследующих все воспоминания и инстинкты «родителя». Поверь мне, я никогда не думал, что его план действительно
– Но… – Люси запнулась. – Они могут причинить вред Грейс?
– Нет. Церберы считают ее одной из Блэкторнов. Но если кто-то из Эрондейлов… если твой брат будет с нею, они сочтут его врагом. Он убил их предка в оранжерее. Они нападут на него, а в одиночку ему будет нелегко справиться со стаей демонов-церберов.
Джеймс будет не просто один, подумала Люси; она сомневалась в том, что он вооружен.
– А твоей матери об этом известно? Вряд ли ей хотелось бы, чтобы на территории ее поместья жил демон…
– Мать терпеть не может других Сумеречных охотников, и не без причины. Мне кажется, она всегда чувствовала себя в безопасности под охраной цербера, живущего в оранжерее. – Джесс вздохнул. – Но, честно говоря, я не уверен в том, что она знает о новорожденных демонах. Я сам догадался о том, что произошло, только когда увидел, как они покидают поместье. Но, будучи призраком, я, естественно, не мог их остановить. – В голосе его прозвучал бессильный гнев. – Я даже не сумел найти мать, чтобы предупредить ее.
Люси покачала головой и опустилась на колени перед сундуком, стоявшим в ногах кровати – там хранилось ее оружие. Она откинула крышку, и в воздух поднялись клубы пыли. Внутри были разложены кинжалы, ангельские клинки, ножи, цепи, дротики и прочие предметы вооружения, аккуратно завернутые в бархат.
Джесс бесшумно возник рядом с ней.
– Демоны-церберы – серьезные противники. Возможно, тебе понадобится подкрепление.
– Я как раз думала об этом, – ответила Люси, извлекая из сундука небольшой топорик. – А ты в это время чем займешься?
– Попробую найти мать и отправить ее следом за Грейс. Она может приказать церберам оставить Джеймса в покое, и те ее послушаются. У тебя есть какие-нибудь идеи насчет того, где моя сестра могла назначить свидание?
Люси взяла из сундука мешок с кинжалами и ангельскими клинками и закинула на плечо.
– Ты хочешь сказать, что не знаешь этого?
– Нет. Я не смог прочесть письмо до конца, – пробормотал Джесс. – Как тебе кажется, ты сумеешь их найти?
– Постараюсь, уж не сомневайся. – Люси поднялась, сжимая в руке топор. – Позволь мне кое-что тебе сообщить, Джесс Блэкторн. Возможно, у твоей матери и есть причина ненавидеть Сумеречных охотников, но если ее ручные демоны хотя бы оцарапают моего брата, на мое сочувствие она может не рассчитывать. Я забью ее до смерти ее же собственной шляпой.
С этими словами она распахнула окно, взобралась на подоконник и бесшумно исчезла в ночи.
9. Смертоносный напиток
Когда Корделия и Мэтью прошли несколько ярдов по темному переулку, девушка заметила мерцающую дверь. Дверь была проделана в сырой, давно не крашенной стене, и Корделия решила, что для обычных людей она просто невидима.
Войдя, они очутились в узком коридоре, стены которого были завешены тяжелыми гобеленами, спускавшимися до самого пола, так что невозможно было разглядеть, что скрывается за ними. В конце коридора виднелась другая дверь, также выкрашенная в красный цвет.
– В те вечера, когда в этом здании не собирается салон, здесь действует подпольный игорный дом, – шепотом сообщил Мэтью, когда они с Корделией приблизились к двери. – Здесь имеется даже люк, ведущий на крышу, чтобы в случае налета полиции игроки могли сбежать, спустившись по водосточным трубам.
Неожиданно дверь распахнулась. На пороге, прислонившись к косяку, стоял высокий мужчина в вечернем костюме стального цвета. В полумраке волосы его казались совершенно белыми. Корделия решила, что ему где-то за шестьдесят, но, подойдя ближе, увидела, что у него совсем молодое лицо. Взгляд странных пурпурных глаз был внимательным, пронизывающим.
Это мог быть только Малкольм Фейд, Верховный Маг Лондона. У большинства чародеев имелась некая особенность внешности, отличавшая их от людей, физическое проявление их происхождения от демонов: голубая кожа, рога, каменные клыки. Глаза Малкольма имели необычный оттенок, никогда не встречающийся у людей – они были фиолетовые, словно аметисты.
– На этот раз вас трое? – обратился он к Анне.
– Трое, – кивнула она.
– Мы стараемся ограничить число Сумеречных охотников в нашем салоне, – объяснил Малкольм. – Я предпочитаю, чтобы нефилимов было гораздо меньше, чем нас, существ из Нижнего Мира, ведь обычно численное преимущество на вашей стороне.
Где-то в глубине помещения раздался женский голос. Малкольм не повернул головы, но улыбнулся.
– Однако вы действительно вносите оживление в наш кружок, как часто напоминает мне Гипатия. – С этими словами он шире распахнул дверь и отошел в сторону, давая гостям пройти. – Заходите. Вы вооружены? Но нет, не обращайте на меня внимания; естественно, я знаю, что вы вооружены. Вы же Сумеречные охотники.
Первой в дверь вошла Анна, за ней последовал Мэтью, а Корделия была последней. Когда она оказалась рядом с Малкольмом, маг пристально взглянул на нее сверху вниз.
– Ваша семья не состоит в родстве с Блэкторнами, не правда ли? – неожиданно спросил он.
– Нет… насколько мне известно, нет, – пролепетала изумленная Корделия.
– Хорошо.
И он провел гостей внутрь. Салон представлял собой анфиладу комнат, оклеенных обоями ярких цветов – алыми, зелеными, синими, золотыми. Гости прошли по коридору со стенами, выкрашенными бронзовой краской, и ступили в восьмиугольный зал, до отказа заполненный различными представителями Нижнего Мира. Корделии показалось, что она нырнула в какой-то водоворот; ее оглушил смех и болтовня.